От лица ДЕРРИКА
Далтон что-то скрывал.
Я чувствовал это каждой клеточкой — так же, как чувствуешь приближение шторма. Никаких доказательств. Никакой явной улики. Просто тяжесть в груди, это внутреннее чувство, что он скрывает от меня часть головоломки.
И что бы это ни было, это было связано с моей маленькой мышкой.
Кай.
Даже мысль о их имени заставляла что-то внутри меня натянуться. Становилось трудно дышать.
После того, что произошло ранее — нашего маленького рандеву, если это можно так назвать — я едва сдерживался, чтобы не ворваться обратно к близнецам и не начистить им физиономии до неузнаваемости.
Но я не сделал этого.
Потому что Далтон сказал что-то, что я не мог игнорировать: что он не знал, с кем они разговаривали. Был третий голос. Третья часть.
Третья гребаная угроза.
И
