Удушающая тишина кабинета, казалось, обрела физический вес. Я прижималась лицом к широкой груди Кая, чувствуя, как ткань его рубашки стремительно намокает от моих непрекращающихся слез. Я ждала чего угодно: что он отстранится, что его волк взревет от разочарования, что в его глазах промелькнет та самая тень отречения, которую я уже пережила когда-то. Мужчины-альфы Юга жили продолжением своего рода. Для них бесплодие Луны было ударом по их первобытной гордости.
Но Кай сделал то, чего я никак не ожидала.
Его огромные, сильные руки сжались на моей талии с такой сокрушительной, собственнической силой, что у меня перехватило дыхание. Он буквально вжал меня в свое горячее тело, словно пытался силой своей ауры Чёрной Луны защитить от всего мира, от самого леденящего диагноза Илая. Из его груди
