После той ночи в нашей спальне будто поселилась хрупкая, звенящая нежность. Кай окружил меня такой заботой, словно я была сделана из самого тонкого лунного хрусталя, а не владела сокрушительной магией Двух Лун. Его волк постоянно крутился рядом, стоило мне выйти в сад, а Метка на шее приятно пульсировала теплом, транслируя его абсолютное, нерушимое одобрение. Мой Альфа принял мою боль, разделил её со мной и запер в глубине своей души.
Но если бы всё было так просто.
Пока мы пытались залечить душевные раны, за стенами королевского крыла воздух стремительно остывал. Оборотни — существа первобытные, их инстинкты обострены до предела. И если беты и простые воины искренне боготворили меня за спасение шахт, то старейшины Совета, привыкшие веками манипулировать Альфами, начали вести себя странн
