Утро в тундре наступило ясное, ослепительно белое. Солнце, отражаясь от бескрайних снегов, резало глаза, а морозный воздух был настолько чистым, словно вчера здесь и не было векового кошмара. Военный лагерь гудел, как потревоженный улей: беты Чёрной Луны сворачивали палатки, грузили снаряжение, а на вертолетной площадке уже прогревали лопасти тяжелые винтокрылые машины, готовые унести нас обратно, домой. К моему сыну Лео.
Я стояла у трапа центрального вертолета, одетая в парадную королевскую шинель с серебряным шитьем. Рядом со мной находился мой отец Кристиан и старейшины Высшего Совета.
Двое конвоиров вывели из бункера Райана. Его серебряные наручники звякали при каждом шаге, лицо было бледным, но серые глаза смотрели на меня спокойно, с легкой, притаившейся грустью. Он ждал приговора.
