Танцуй подобно птице! Пускай в их жилах стынет кровь

ЧАСТЬ 16

(От лица автора)

Василиса устроилась на широкой кровати, подтянув под себя ноги и плотнее кутаясь в тяжелый плед. Книга в её руках казалась спасительным якорем. Строки «Преступления и наказания» медленно тянулись перед глазами, погружая в размышления о вине и справедливости, которые так странно перекликались с её собственной жизнью. Усталость, накопившаяся за эти бесконечные часы страха, в конце концов взяла верх. Она не заметила, как томик выскользнул из ослабевших пальцев на паркет, а сознание медленно погрузилось в зыбкую дремоту под мягкий желтый свет прикроватного светильника.

Но покой был недолгим.

Сон пришел внезапно, превращаясь в липкий, удушливый кошмар. Василиса снова оказалась в Новознаменке — бесконечные холодные коридоры, запах антисептиков и звук шагов, от которых некуда было бежать. Образы менялись, как в калейдоскопе: вспышки неонового света в клубе, давящая тишина вип-ложи и лицо Ивана, склонившееся слишком близко. В её сне он снова сжимал её руку, шептал угрозы, и этот шепот казался громче криков.

Девушка начала метаться по подушке, её дыхание стало прерывистым и тяжелым. Она всхлипывала, неосознанно пытаясь оттолкнуть невидимого врага, пока тихий стон не перерос в надрывный всхлип, а затем и в короткий, испуганный вскрик.

Артем появился в дверях почти мгновенно. Он не спал — сидел в гостиной, пытаясь сосредоточиться на документах, но всё его внимание было приковано к звукам из гостевой спальни. Услышав её голос, он в два шага преодолел коридор.

— Василиса! Проснись! — Артем сел на край кровати и осторожно, но крепко перехватил её бьющиеся руки.

Она распахнула глаза, не сразу понимая, где находится. Лицо Якушева, встревоженное и напряженное, было единственным, за что она смогла зацепиться в реальности. Вася судорожно глотала воздух, пытаясь унять дрожь во всем теле.

Несколько минут они сидели в полной тишине. Артем не отпускал её рук, позволяя теплу своего тела успокоить её взвинченные нервы. Василиса смотрела на него снизу вверх, и в этот момент дистанция, которую они так старательно выстраивали в университете, окончательно рассыпалась в прах. Здесь, в тишине его квартиры, он не был преподавателем, а она не была студенткой.

Василиса подалась вперед первой. Это было импульсивное, почти отчаянное движение — потребность почувствовать, что она в безопасности. Её губы коснулись его губ робко, мимолетно.

На мгновение они оба замерли. Время словно растянулось, застыв в этой точке неопределенности. Но уже в следующую секунду контроль Артема дал трещину. Он ответил на поцелуй — глубоко и властно. Его ладонь легла ей на затылок, притягивая ближе, и поцелуй быстро начал терять свою невинность, превращаясь в нечто обжигающее и слишком откровенное для них двоих.

Первым опомнился Артем. Он резко отстранился, тяжело дыша. В его глазах отразилась целая буря эмоций: от желания до жесткого самоосуждения. На скулах заходили желваки, пока он заставлял себя вернуть самообладание.

— Тебе нужно поспать, — голос Артема звучал хрипло. — Ложись.

Он уже поднялся, намереваясь уйти, но Василиса мгновенно поймала его за руку. Её пальцы вцепились в его запястье с недетской силой.

— Пожалуйста, останься, — прошептала она, и в её глазах застыл неподдельный страх. — Я боюсь, что кошмары снова вернутся.

Якушев замер. Он смотрел на её тонкие пальцы, удерживающие его, затем перевел взгляд на её бледное лицо. Оставить её сейчас одну он просто не смог.

Ничего не говоря, он обошел кровать и лег поверх одеяла рядом с ней. Артем притянул девушку к себе, позволяя ей устроиться на своем плече. Его объятия были крепкими и надежными, создавая вокруг неё своего рода кокон.

Спустя некоторое время дыхание Василисы выровнялось. Под мерное биение его сердца она наконец уснула — на этот раз глубоко и спокойно. Артем еще долго лежал в мягком, золотистом свете ночника, прислушиваясь к её дыханию, прежде чем осторожно высвободиться из её рук.

Он поднялся, поправил плед и на мгновение задержал взгляд на её лице, которое в теплых лучах светильника казалось совсем юным и беззащитным. Уходя, Артем не стал гасить лампу — он оставил её гореть, чтобы, если Василиса вдруг проснется снова, темнота не смогла напугать её. Он бесшумно покинул комнату, прикрыв за собой дверь.