Развод в 40

Глава 3

СЕРГЕЙ

Я стою у окна в нашей спальне, пока Лена собирается на выставку своей новой коллекции. Наблюдаю, как она поправляет прядь волос перед зеркалом — эта непослушная блондинистая прядь всегда выбивается из её причёски. Ей сорок лет… А выглядит так, будто время над ней не властно.

— Леночка, ты готова? Такси уже подъехало, — произношу я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Она оборачивается, и на мгновение я снова вижу ту девушку, в которую влюбился много лет назад: серо‑голубые глаза, улыбка, морщинки в уголках глаз — не изъяны, а знаки прожитых счастливых лет вместе, рядом со мной.

— Да, сейчас, — Лена быстро наносит последний штрих помады. — Просто хочу выглядеть идеально сегодня. Выставка всё‑таки.

Я подхожу к ней, обнимаю сзади, целую в макушку. Вдыхаю знакомый аромат её духов — лёгкий, цветочный, такой родной.

— Ты и так идеальна. Как всегда. Много лет подряд.

Мы выходим из дома — нашего уютного особняка в престижном пригороде. Белоснежные стены, большие панорамные окна, терраса с коваными перилами. Лена сама декорировала каждый уголок, и я не могу не восхищаться её вкусом.

По дороге в галерею я рассказываю о новых контрактах, но мысли мои далеко. Перед глазами всплывает образ Ольги— моей новой секретарши.

Помню, как нанял её три месяца назад. Просматривал резюме, когда в кабинет вошла она — молодая, энергичная, с этой особой кошачьей грацией. На двадцать пять лет моложе меня, но держалась так уверенно, будто знала все рычаги управления мужчинами.

— Сергей Викторович, я подготовила документы, — проговорила она низким, чуть хрипловатым голосом и положила папку на стол. При этом её рука как бы невзначай коснулась моей.

Я тогда только кивнул, стараясь не выдать волнения. Но уже тогда что‑то ёкнуло внутри.

Сначала всё было нормально — работа как работа. Ольга оказалась толковой: всё вовремя, всё чётко, никаких ошибок. Но постепенно её внимание становилось всё более… личным. То кофе принесёт именно так, как я люблю, то «случайно» забудет в кабинете духи с таким соблазнительным ароматом, то задержится после работы «доделать отчёт».

А потом был тот вечер, когда она осталась допоздна. Я тоже задержался — разбирал документы. Она подошла сзади, положила руки мне на плечи и стала делать мне массаж:

— Вы так устали, Сергей Викторович, напряжены… Давайте я помогу вам немного расслабиться.

Её пальцы мягко массировали шею, дыхание щекотало ухо. Я хотел отстраниться, сказать, что это неуместно, но… не смог. Её молодость, её напор, её откровенное восхищение — всё это ударило в голову, как хорошее вино. И при том я почувствовал возбуждение, которое давно уже не испытывал ни к одной женщине, даже к своей жене.

Так начались наши встречи. Сначала — короткие, в гостинице неподалёку от офиса. Потом — смелее, рискованнее. Иногда она приходила ко мне в кабинет, закрывала дверь на ключ, и мы занимались сексом прямо за этой дверью, пока в приёмной ждали клиенты и партнёры. Секс был диким, страстным и в разных позах. То на столе, то на диване, то на подоконнике и это было так умопомрачительно. И мне каждый раз рядом с ней сносило крышу как у малолетнего подростка. Особенно бомбическим было то, когда я врывался своим членом в её узкую щель.

— Всё в порядке? — голос Лены вырывает меня из воспоминаний.

— Да‑да, просто… куча дел. Партнёры поджимают с отчётами, — я отмахиваюсь, но чувствую, как предательски потеют ладони.

Галерея встречает нас шумом и суетой. Лена сияет — её платья вызывают восторг у посетителей, коллеги поздравляют, журналисты берут интервью. Я стою рядом, улыбаюсь, сжимаю её руку. Но внутри — пустота и чувство вины.

Когда мы приглашаем Игоря и Марину на ужин, я ловлю себя на мысли: как низко я пал. Лена так счастлива, так светится от успеха, а я… Я думаю о том, что завтра Ольга снова придёт ко мне в кабинет «обсудить график».

Дома Лена хлопочет на террасе — накрывает на стол, зажигает свечи. Я наблюдаю за ней: как она улыбается, как поправляет прядь волос, как ловко управляется с бокалами и тарелками. Красивая. Умная. Но в данный момент уже не любимая, по крайней мере как прежде нет тех чувств.

Ужин течёт плавно. Игорь рассказывает анекдот, все смеются. Я подхватываю, вспоминаю историю с забытым именем клиента — и сам смеюсь, но как‑то натужно.

Краем глаза замечаю, что Лена внимательно смотрит на меня. В её взгляде — тревога. Она что‑то подозревает? Или мне просто кажется?

Когда гости уезжают, я обнимаю Лену за плечи:

— Ты сегодня была невероятной. Я так тобой горжусь.

Она прижимается ко мне:

— Спасибо. Без твоей поддержки ничего бы этого не было.

Я целую её в макушку, но чувствую, как внутри всё сжимается от вины. Рука на её плече на мгновение замирает — я думаю об Ольге, о её горячих объятиях, о том, как легко она заставляет меня забыть обо всём.

— О чём думаешь? — осторожно спрашивает Лена.

Я вздрагиваю, будто очнувшись:

— Да так… О делах. Завтра сложный день.

— Понятно, — она вытирает руки полотенцем. — Пойдём спать?

— Да, хорошая идея.

Она идёт вперёд, а я задерживаюсь на террасе ещё на минуту. Свечи догорели, ветер шевелит скатерть. Всё было идеально — ужин, гости, тёплые слова. Но я знаю правду: я разрушаю всё это собственными руками. И не могу остановиться.

В кармане вибрирует телефон. Новое сообщение от Ольги: «Завтра в три? Я уже соскучилась…»

Я быстро выключаю звук и иду в дом, чувствуя, как тяжесть на душе становится всё невыносимее.

Лена уже в спальне — снимает украшения, смотрит на себя в зеркало.

— Серёж, — она оборачивается, — нам нужно поговорить. Я чувствую, что что‑то не так…

Я замираю на пороге. Слова застревают в горле. Как ей сказать? Как объяснить то, чего сам не могу понять?

— Конечно, Леночка, — выдавливаю я. — Завтра. Завтра мы обо всём поговорим.

Она кивает, но я вижу — не верит. И кто я такой, чтобы её винить за это? Я старый хрыч повёлся на внимание молодой девчонки.

Я смотрю в окно на город — огни машин на шоссе, подсвеченные фасады зданий, мерцание вывесок. Всё вроде бы на своих местах: успешный брак, любимая работа, уютный дом. Но где‑то внутри зарождается неприятное ощущение, будто что‑то неуловимо изменилось. Будто в нашем идеальном мире появилась огромная пропасть — пока не всем заметная, едва ощутимая, но способная со временем развести нас по разные стороны, разбить всё то, что мы строили годами.

Снова вспоминаю Ольгу. Штат расширялся, дел становилось всё больше, и без помощника было уже не обойтись. Просматривал резюме, назначал собеседования — и вот в кабинет вошла она. Сначала всё было нормально. Ольга оказалась толковой: документы в порядке, встречи запланированы, кофе подаётся вовремя...

На следующий день, проспав с Леной на разных краях кровати, я притворяясь спящим, дождался когда жена встанет, переоденется и отправиться на кухню, чтобы традиционно приготовить мне завтра и принести его мне прямо в постель. После её ухода я быстро встал, оделся в деловой костюм и тихо, чтобы не быть замеченным ушёл из дома, чтобы избежать разговора. Я не готов пока что рассказать Лене о том, что у меня есть любовница. Единственно что я сделал, сбежав из дома, так написал записку, написанную моим крупным, размашистым почерком: «Уехал на встречу. Не хотел тебя отвлекать. Целую».

Написал записку, и окинул взглядом комнату. В комнате ещё чувствуется её запах — лёгкий, цветочный, такой родной. Но теперь я остро ощущаю и другой аромат — те самые сладкие духи Ольги, которые, кажется, въелись в мою одежду, в кожу, в мысли.

Взгляд невольно цепляется за детали: на спинке стула висит рубашка, которую я собирался надеть, но передумал; на полу лежит галстук — небрежно брошенный, с узелком, затянутым слишком туго; на зеркале — едва заметный отпечаток ладони, будто я на секунду замер, глядя на своё отражение, и решал что‑то важное.

И вот теперь я сижу за своим столом в офисе, смотрю на телефон — он лежит экраном вниз, чтобы не видеть сообщения от Ольги. Но я и так знаю, что там: «Ты сегодня такой загадочный, отстранённый… Когда увидимся?»

За окном шумит город, в коридоре слышатся шаги сотрудников, а я чувствую себя загнанным зверем. Каждый раз, когда я смотрю на Лену, мне становится стыдно. Она такая светлая, такая настоящая — готовит завтрак, улыбается, верит мне, несмотря ни на что. А я…

Вспоминаю вчерашний вечер. Мы сидели на террасе, пили вино, и Лена вдруг спросила:

— Помнишь, как мы впервые встретились? Ты тогда зашёл в мой магазин, искал подарок для мамы. И вместо этого купил платье для меня.

Я улыбнулся, попытался вспомнить тот день, но мысли тут же переключились на Ольгу — как она вчера шептала мне на ухо, как её пальцы скользили по моей шее…

— Как такое забыть? — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал тепло. — Ты стояла у витрины, вся такая… солнечная.

Но в тот момент я понимал: я вру не только ей, но и себе.

Телефон снова вибрирует. Ольга. Опять. Я стискиваю зубы, откладываю телефон в сторону.