Укус змеи

6 глава: Снова при пушках

Лесные дороги. Тряска, эти лужи, - словно больной зуб ныл Греольд. – Надеюсь, ты выбрал путь покороче…

- Конечно. Ведь я забочусь о вас, барон. Не дай бог моего бесценного друга растрясет, - подтрунил над товарищем Госби.

Повозка, запряженная эрициусами, поскрипывая, катилась по едва видимой в густой зелени дороге. Госби очень беспокоил тот факт, что друзья из вооружения имели лишь арбалеты и мечи. А разбойников на лесных тропах попадалось предостаточно. Парочку смелых парней лилипут завалил, стреляя из арбалета, еще в начале путешествия, когда те решили атаковать повозку и выскочили из – за огромных придорожных валунов. Но могли повстречаться ребята посерьезней, с более крутым оружием. И тогда шансов уцелеть не осталось бы.

- Надо было взять хоть один огнемет, - сетовал Греольд, он сушил шкуру и оставался в гусарском прикиде: доломане и облегающих белых рейтузах – шмотках, которые друзья с трудом нашли в кучах рванья, на складах болотного короля.

Вся эта одежка буквально трещала на бароне, и Госби уже представлял себе, как Греольд с раздражением срывает с себя обрывки мундира и снова залазит под теплую шкуру.

Повезло только с обувью, отхватили барону вполне достойные кожаные ботфорты.

- Промежность натер, - жаловался Греольд.

- Сними рейтузы, и сразу полегчает, - посоветовал Госби.

- И снова бегать с голым задом? Нет уж, лучше потерплю, - насупился барон.

Госби очень детально изучил карты, и, действительно, выбрал самый короткий путь к Клицергу и Ордону. По расчетам лилипута, они должны были преодолеть весь маршрут за шесть – семь дней. Навыки сталкера очень пригодились: Госби прекрасно знал лес, его тропы и запутанную паутину дорог; где протекали ручьи; самые безопасные стоянки. В первый день друзья поужинали вяленым мясом, подаренным им дедулей, присматривавшим за повозкой. Госби наполнил фляги водой из протекавшего рядом быстрого ручья, собрал хворост для костра. Лилипут выбрал отличную стоянку для ночлега: с одной стороны она была закрыта холмами, с другой густым каскадом деревьев. Греольд уже успел перепачкать сажей свои белоснежные гусарские рейтузы, он съел большую часть мяса, напился воды и, развалившись на шкуре, кунял перед костром.

- Завтра надо будет подстрелить пару летунов, - поделился с другом своими планами Госби. – Или наловим рыбы. Километров через пятнадцать дорога должна вывести к небольшому лесному озеру.

- А чем ловить будем? – сонно спросил барон. – Руками?

- Завтра начнешь плести сеть. Я насобирал высохшие стебли вьюнкрепа. Сделаем пару острог для рыбалки.

- И как ты их сделаешь? – похоже, Греольд уже начинал посапывать.

- К древку привяжем несколько стилетов…ты спишь? – Госби подбросил дрова в костер, заботливо накрыл друга шкурой и забрался на валун.

Перед лилипутом открылась чудесная панорама: внизу черный лес с его огромными деревьями, вверху – бескрайнее ночное небо, усыпанное миллионами сверкающих точек. Госби нравилось часами напролет любоваться мерцающими звездами.

А темный лес жил своей жизнью: раздавались переливчатые пения ночных пернатых; глухие рыки охотившихся хищников; вспыхивали огоньки светлячков. Ночной воздух был пропитан ароматами лесных цветов.

Утром Госби покормил эрициусов сушеными фруктами, напоил их водой из ручья. Друзья на скорую руку позавтракали остатками вяленого мяса и отправились в путь.

- Мне приснился странный сон, - Греольд сидел в трясущейся повозке и пытался сплести сеть для рыбалки.

- И что тебе приснилось? – полюбопытствовал Госби.

- Словно я превратился в покрытого шерстью маленького зверя. Вместо рук у меня были лапы с подушечками и маленькими, но острыми когтями. Я пытался украсть с кухни какого – то увеселительного заведения сосиски, - рассказал барон.

- Поздравляю, Кошак, ты начинаешь вспоминать проделки Ириса.

- А…это того самого кота, который был лучшим другом Дениса, - догадался Греольд. – только, прошу тебя, не называй меня кошаком.

- Через какое – то время ты все вспомнишь, - усмехнулся Госби. – Сеть еще не готова, ну ты и копуша!

Лилипут проявил особое проворство, и сделал несколько острог, тогда как барон продолжал возиться с плетением рыболовецкой сети.

- Знаешь, Госби, открою тебе один секрет, - отвлекся от своего нудного занятия Греольд. – после перерождения из тела кошака я стал каким - то несмелым. Всего боюсь.

- Это побочные эффекты волшебства. Ничего, со временем пройдет. Ты стал еще более ленивым и медлительным, - Госби притормозил эрициусов.

- А зачем ты остановил повозку? – удивился Греольд и испугано осмотрелся по сторонам.

- Кое – что заметил, - пояснил Госби, он вытащил арбалет и несколько болтов из колчана.

- Что случилось? – забеспокоился барон, его лицо побледнело.

- Спускайся с повозки, возьми арбалет и - за мной. Только постарайся идти тихо, - скомандовал Госби.

Друзья, крадучись вдоль густой стены кустарника, приблизились к небольшой опушке.

- Ели пали, - прошептал Греольд, барон даже задрожал, увиденное на поляне ошеломило его.

Госби, напротив, был сосредоточен и спокоен.

- Считай, что нам повезло. Есть шанс найти оружие, - Госби осторожно подошел к лежавшим на пожелтевшей траве мертвым людям.

- Ты погляди сюда, - тихо сказал Греольд, голос его дрожал. – Смотри, в ветвях деревьев запутался еще один труп.

- Рыцарь Черного ордена, - определил Госби. – Черные доспехи, мракобесная геральдика. Ну и вонь, наверное, поединок произошел дней пять назад. Удивительно, к мертвецам не притронулись хищники.

- И ты будешь рыться в вещах убитых? – барон чуть было не блеванул.

- Вернись к повозке и найди старую простыню, разорви ее. Сделаешь две повязки, и возвращайся сюда.

Греольд, шатаясь, отправился к повозке исполнять поручения лилипута, а Госби начал осмотр места сражения.

Недалеко от мертвых императорского рыцаря и мушкетера лежал усыпанный мухами убитый тшорекс. Госби, зажав ладонью нижнюю часть лица, приблизился к погибшему воину. В кожаной сумке, валявшейся рядом, лилипут нашел с десяток пуль и зарядных капсюлей.

Рыцарь лежал на боку, в руке был зажат пистолет, панцирь на его спине был пробит дважды. Лилипут забрал пистолет и вытащил еще один, торчавший в кобуре, прицепленной к широкому поясу убитого воина.

- Сейчас посмотрим на твой арсенал, черная погань, - Госби с отвращением посмотрел на желто – серое лицо колдуна.

Вместо носа – темная выемка, под выступавшими надбровными дугами располагались четыре глаза: два больших, выпуклых, и два, совсем крохотных. Все они были открыты. Создавалось впечатление, будто труп смотрит прямо перед собой. Рот осклабился в предсмертной ухмылке.

Опустив взгляд ниже, лилипут вдруг заметил в траве коричневатый приклад.

- Ружье, вот повезло, так повезло.

Возле клубка корней старого покосившегося дерева лилипут увидел скорчившегося дохлого пучеглаза, по морде которого ползали мерзкие черви. Рядом ничком, уткнувшись лицом в землю, лежал еще один труп. Жутковатое серое лицо мертвеца было покрыто язвами, по его одежде, пошитой из блестящей кожи, ползала гадюка.

«Канис! Поддержка рыцарей Черного ордена», - подумал лилипут.

Госби поднял с земли ружье колдуна.

- С ударно – кремневым замком, пойдет, - проговорил вслух лилипут, он сорвал с веток застрявшую там походную сумку с боеприпасами.

На темном прикладе виднелись гравировки в виде змей. Оружие было инкрустировано золотыми вставками.

- Колдун высокого ранга, - Госби еще раз глянул на повисшего в ветвях дерева воина.

Дорогую броню прикрывал превосходный черный замшевый плащ, а шлем, валявшийся в траве, представлял собой настоящее произведение искусств, и, возможно, стоил целое состояние. В середине морщинистого лба мертвеца виднелось черное отверстие.

Погибший в схватке императорский рыцарь был молодым парнем, его красивое когда – то лицо накрыла тень смерти.

- Война забирает молодых. Очень печально, - вздохнул лилипут. - Греольд, подбери оружие и сумку мушкетера.

Госби повязал лицо повязкой, которую, наконец – то, принес барон. Из ножен, пристегнутых к седлу мертвого тшорокса, лилипут вытащил копье.

- Держи ружьишко! – Госби передал другу ружье колдуна.

Лилипут отошел от поляны на десять – пятнадцать метров и увидел скорчившееся тело уродца в черной одежде.

- Вот как было дело. Патрульный рыцарь и сопровождавший его мушкетер напоролись на отступавший отряд канисов, возглавляемый колдуном. Мушкетер завалил пучеглаза, и воину Черного ордена пришлось спешиться. Рыцарь императора вступил в ближний бой на мечах с колдуном, ранил его, а потом добил, стреляя из пистолета. Мушкетер зацепил одного из канисов, который подох от ран уже позже. Казалось бы, победа была близка, но рыцарь императора и его помощник не заметили, что с тыла к ним подкрался еще один вражеский боец. Он убил мушкетера и смертельно ранил рыцаря, который успел угостить каниса, напоследок, пулей, - объяснил Госби.

Греольд разинул рот от удивления.

- Да ты настоящий детектив. Осмотрел все и сразу восстановил цепь событий, - произнес барон.

- А зверье не сожрало трупы по той причине, что здесь растет седая трава, от которой хищники слепнут, - добавил Госби. – Мы должны вызвать сепультуров. Нельзя бросать наших погибших парней.

- Зачем сепультуров? – испугался Греольд. – До чертиков боюсь этих ледяных могильщиков! С ними еще расплачиваться надо. Золота у нас осталось с гулькин нос, а до города еще далеко.

- Ты вот что, - Госби на несколько секунд задумался. – собери все личные вещи погибшего рыцаря, нужно будет найти его родственников. И меч прихвати, его нужно будет вернуть, вещь фамильная, видел, сколько на его рукояти драгоценных камней?

Лилипут приготовил мешочек с золотом и острием болта выцарапал на стволе ближайшего дерева следующие слова: « Sepeliet te dignitate».

Кусты и несколько деревьев с треском повалились на землю, мелькнули их длинные корни. Целый пласт травы с землей отлетел в сторону. Из образовавшейся бреши повеял ледяной ветер. Могильщики из страны мертвых действовали быстро: поместили тела мертвых рыцаря и мушкетера в прозрачные капсулы и опустили их под землю. Госби передал золото в руки самого высокого сепультура, на высокой цилиндрической шляпе которого сверкал перламутровый шар. Греольд, закрыв ладонями глаза, спрятался за повозкой. Когда сепультуры исчезли, а поверхность земли выровнялась, Госби похлопал согнувшегося в три погибели друга.

- Не ссы, все закончилось. Пора ехать дальше. Теперь мы снова при пушках…