Укус змеи

4глава: Тим

Итак, домик был снят на неделю. Лабетта приглашена. Родителям Анастаси объявит, что госпожа Георгина уехала на гастроли. Господин Рокерро согласился дать своей любимице актрисе отдых на несколько дней. Даже, если отец и мать захотят проверить правдивость слов дочери и припрутся к директору театра, узнают про обман, то пройдет уже несколько дней. За это время Георгина планировала спокойно отдохнуть. Пусть родители злятся, им давно пора понять, что дочь уже взрослая, ей двадцать пять лет, она сама вправе решать, как устраивать свою жизнь. Никакие угрозы, лишение наследства – ничего не поможет. Георгина самодостаточна, у нее много денег, да и заработает еще больше. А на крайний случай есть много поклонников, готовых подарить своему идолу деньги просто так. Ведь с родителями был договор: я живу в вашем доме, но вы не лезете в мою личную жизнь. Договор нарушен, потому как стали навязывать это чучело – Фольтерса.

Георгина сменила свой наряд на более неприметный. Неброское бежевое льняное платье, туфли на низком ходу из мягкой кожи, светлая шляпка с вуалью. Нужно было осмотреть окрестности, убедиться, что в ближайших домах отсутствуют жители. Бабушка - хозяйка арендованного дома, очень похожая на засушенный фрукт - утверждала, что большая часть обывателей уехали из этого района во время боев с колдунами. На соседней улице должен был находиться небольшой рынок, где Георгина рассчитывала купить себе немного еды на ужин. Заходить в кафе и мелкие ресторанчики девушка не рискнула бы. А вдруг там встретится кто – нибудь из поклонников. Георгина желала оставаться в этой глуши инкогнито.

Девушке хотелось петь. Душа наслаждалась безмятежным спокойствием. Старые деревья с густыми кронами; усыпанные яркими цветками клумбы, пусть немного запущенные, но столь прекрасные; порхающие над ними шестикрылые бабочки. Тишину нарушало лишь пение птиц. За время прогулки девушка встретила на своем пути только одного оборванного чумазого мальчишку, на поясе которого был завязан рабочий фартук. Хоть грязный, неопрятный, но Георгине он показался довольно милым. Возможно, сыграло свою роль чудесное настроение. На вид, мальчишке было лет двенадцать: худенький, одет в какие – то обноски, но очень деловой, бойкий. Георгина нечаянно обронила свой зонтик, предназначенный для защиты от солнца, и мальчик тот час поднял его с мостовой. Вернул девушке. Георгина улыбнулась пареньку, достала из кошелька монетку и протянула ее новому знакомому.

- За что? – удивился мальчишка, на его веснушчатом лице появилась ответная улыбка.

- Просто так, - Георгина погладила пацаненка по его взлохмаченным рыжим волосам. – Купи себе какую – нибудь вкусную булочку.

- Вы добрая, - заметил мальчишка. – А как вас зовут?

- Георгина.

- Я – Тим, - пацан протянул девушке руку, которую та пожала. - Не боитесь прогуливаться здесь в одиночестве? Иногда и днем бывает страшно. А про ночи я вообще молчу.

- Ты покидаешь свой дом ночью? - удивилась Георгина.

- Иногда. Я редко выхожу на улицу, только в крайнем случае. Раньше здесь было много шныриков, колдунов и даже рыцарей Черного ордена, - сказал Тим. – Ночью, в арках пустынных домов светятся светлячки. Красиво, но жутковато.

- Ты утверждаешь, что в арках поселились светлячки?

- Да, они мигают некоторое время, потом их огни гаснут. А на пустых улицах слышатся шорохи. И еще я часто замечал одного очень странного господина. Он статный, дорого одет, но его лицо всегда кажется каким – то неживым, бледным. Словно мертвец. Я всегда наблюдал за ним из укрытия, - рассказал Тим, было заметно, что мальчишка отличался хорошей наблюдательностью. – Магистратусы сюда иногда наведываются, следят за порядком. Несколько раз я видел высокого офицера.

- Наверное, ты читаешь много страшных сказок на ночь, - предположила Георгина, девушке показалось, что у паренька явный перебор с воображением. – А где ты живешь?

- Возле рынка, на соседней улице, - Тим почесал свою рыжеволосую макушку. – Родители погибли, за мной присматривает мой старший брат.

- Слушай, а мне как раз нужно попасть на рынок. Покажешь путь? – предложила Георгина. – Обещаю, что в награду куплю тебе что –нибудь вкусненькое. Или ты куда – то спешишь?

- Ничего, выделю вам немного времени. Вы дали мне монету. Этого будет достаточно. Айда за мной, - согласился Тим, он взял девушку за руку и потащил за собой. – Рынок у нас неважнецкий, скудный. А вот в лавке старого Арканса можно накупить всего, чего душа пожелает.

- Ладно, уговорил. Идем к старине Аркансу, - улыбнулась Георгина.

- У вас такой приятный голос, - признался Тим. – Вы очень красивая. Мне кажется, я вас где – то видел.

«Плохо, очень плохо. Так не хотела здесь засветиться», - с печалью признала Георгина.

- У меня вуаль, и даже через нее ты меня рассмотрел, - рассмеялась девушка, последние слова мальчишки она решила проигнорировать.

Местный рынок и рынком назвать нельзя было. Пара – тройка стоек, на них не совсем свежие фрукты, зелень и мясо, и над всем этим лениво роились надоедливые противные насекомые. Эти мухи казались очень жирными, похоже, продавцы их специально откармливали. Сами торговцы казались такими же сонными, как и насекомые. Рядом, прямо на булыжной мостовой, развалились оборванцы попрошайки: тощий нумгуам с подрезанным ухом, закутанный в выгоревшее тряпье; ворчливая старуха с огромным носом; безобразный толстый карлик с выгоревшей широкополой шляпой на голове. Увидев опрятную девушку, нищие протянули к ней свои руки, стали жалобно что – то мычать. Чуть ли не за подол платья цеплялись. Георгина успела всунуть им пару монет, прежде чем Тим разогнал обнаглевших попрошаек.

- Они совсем оборзели, - оправдал свой поступок мальчишка. – Дергают всех прохожих!

- Они несчастны, - заметила Георгина, девушка всегда с состраданием относилась к обездоленным, на ее лице появилось сочувствующее выражение.

Она считала, что жизнь очень несправедлива, и некоторым людям просто не повезло.

- Но не стремятся подзаработать. Клянчить всегда легче. А чтобы честно заработать, нужно попотеть, - философия Тима была ясна.