Мантия вечности

35. Записка (Катерина)

35. Записка (Катерина)

От кузнеца вышли молча, и молча же пошли по улице, под впечатлением.

— Думаю, надо было хоть что-то рассказать про ту девушку, – не выдержал Евгений. – У вас же на лицах всё было написано. Удивительно, что он не стал допытываться.

— Женя, и что бы мы сказали? Что кто-то из нас, где-то на том свете, схватил девушку за руку, после чего её нашли мёртвой в Санкт-Петербурге? Как бы это прозвучало?

— По-дурацки, не спорю. Но он всё равно что-то заподозрил. Как минимум, что мы не очень-то откровенны с ним.

— Женя, я не хотела бы, чтобы к именам парня Лены, Ольги и Алёны добавился ещё и кузнец Авдеев, – неожиданно высказалась Мария – вначале казалось, что она вообще не слышит, о чём говорят другие, не обращает внимания.

— Да, это аргумент, – согласился Евгений. – Если так посмотреть, то лучше ни с кем ничем не делиться. Но так ведь всё равно не получится.

— Пока что мы знаем, что это египетское общество гонялось за надписью на балконе, – продолжила Катерина. – И эта надпись у нас есть. Ты сумела определить язык, Маша?

— Египетские иероглифы, но я не египтолог, не могу ни прочесть, ни произнести. Нужен настоящий египтолог.

— Тогда идёмте к тому самому внуку? – предложила Катерина. – Туда, куда вчера провожали Хомутову, или кто это был. Маша, и приготовь пару фрагментов той надписи. Один, который они уже знают, и какой-нибудь следующий.

На том и решили.

* * *

Внук оказался мужчиной лет пятидесяти – уже заполучившим благородную лысину в сочетании с окаймляющими её благородными сединами. И действительно, что-то было от Хомутовой – привычка держаться, взгляд, или что ещё.

— Чем обязан? – поинтересовался внук, Ипполит Петрович Хомутов.

— Ипполит Петрович, у нас есть несколько вопросов, касающихся вашей бабушки, Генриетты Васильевны, и общества египтологов, в котором она состояла.

Внук улыбнулся и сразу стало казаться, что это – добрейший в мире человек, который всем и каждому готов помочь в чём угодно.

— Вот как. Но я не знаю вас, к сожалению, и обсуждать настолько щекотливые семейные вопросы не вижу ни единого основания. Это всё?

— Посмотрите, – тихо попросила Мария, протягивая два фото – фрагменты надписей на фонтане. Все заметили, что на лице Хомутова мелькнули поочерёдно растерянность, изумление и недоверие.

— И вот это, – добавила Мария ещё тише и протянула записку Хомутовой. Внук её водрузил на нос очки, взял бережно лист и замер, глядя на бумагу.

— Проходите, – пригласил он неожиданно, отступив на шаг, – и захлопните дверь, пожалуйста. Я сейчас подойду.

Трое остались в прихожей и замерли, переглядываясь. Катерина расстегнула свой пуховик, но раздеваться не стала.

Хриплое мяуканье. Из-за угла коридора выбежала складчатая, страшноватая кошка-сфинкс, и уселась посреди коридора, глядя на людей. Затем вновь мяукнула, развернулась и, подрагивая тонким кожистым хвостиком, побрела восвояси.

— Откуда это у вас? – поинтересовался Хомутов, появляясь из-за другого угла. – Баст?! Я тебя не узнаю... – обратился он явно к кошке. Трое гостей вновь переглянулись. – Если перевести на понятный людям язык, моя кошка доверяет вам и выражает, гхм, восхищение. Я такое вижу впервые в жизни. Да, так откуда записка?

— Прежде чем мы попробуем ответить, – посмотрела Катерина в его глаза. – Скажите, у вас есть сомнения в её подлинности?

— Теперь нет. Это и странно, бабушка пропала без вести очень давно, но в этой записке сказано то, что вряд ли мог знать кто-то из вас. Так откуда записка?

— Можно попросить вас не сердиться и не выгонять нас в процессе рассказа? – попросила Мария, “поправляя очки”. – Дослушать до конца.

— Это – разумеется. Прошу, раздевайтесь и проходите на кухню. И раз уж так всё завертелось, давайте представимся. Чай пьёте? У меня экзотические вкусы, но дрянного чая в любом случае не предложу.

— С удовольствием, – кивнул Евгений, и представил всю компанию.

* * *

После того, как Катерина и Мария закончили свой безумный и сбивчивый рассказ, а Мария показала снимки бумаг из папок, и видеоролик с Хомутовой, внук её покачал головой и во второй раз включил электрический чайник.

— Первый снимок, который был у членов того самого общества египтологов – бессмыслица, – пояснил Хомутов. – Возможно, это шифр, и ключа мы пока не знаем. А вот второй лист уже интереснее. С ходу я правильно не переведу, но могу в общих чертах. Здесь пишется о том или той, что восстановит закон и справедливость во всех трёх царствах; в одной руке этот человек будет держать источник музыки богов, в другой – крест жизни, а на плечах его или её будет одеяние... как бы это выразить – плащ, накидка, мантия – как то так. Одеяние, существующее вне времён, одеяние бессмертия и вечности. Дальше начинается другая фраза, но нужен её полный текст, чтобы продолжить перевод. У вас есть остальные части?

— В том и беда, что есть, – пояснила Катерина. – И как только мы их заполучили, начало твориться чёрт его знает что. Среди прочего – бесследно пропадают люди. И мы уверены, что в самом деле говорили с вашей бабушкой, поверьте.

— У нас есть старые записи её лекций, – покивал Хомутов. – Верю. Я узнал и голос, и жестикуляцию. Или вы очень тщательно имитировали – и неясно, зачем – или в вашей истории есть не только бред и выдумка. Так вы покажете остальные фото?

— Минутку, – попросила Мария и прочитала ту самую фразу, которую посоветовала им Хомутова. И ничего не случилось – Хомутов просто улыбнулся.

— Эту фразу она когда-то сказала и мне. И Интернет её точно не знает, и никогда не слышали известные мне учёные.

— Мы правда беспокоимся за вас, – посмотрела Катерина в глаза Хомутова. – Люди на самом деле исчезают, это не шутка.

— Давайте так, – предложил Хомутов. – Если думаете, что это опасное знание, если им делиться, сделаем так. На определённом форуме, я вам его не называю, но в названии фигурирует имя моей кошки, есть раздел для розыгрышей и недостоверных материалов. Скажите, что вы выдумали надпись на древнеегипетском, посмотрев на известные памятники, и хотите понять, насколько это осмысленно. Отвечать буду точно не я – и не регистрируйтесь под подлинными именем. Так пойдёт?

— Вполне,– заверила, улыбнувшись, Мария.

— Понимаю, вам тоже нужно доверять мне. Я сейчас напишу список тех, кто состоял в том обществе – кто ещё жив. Но если вы в самом деле считаете, что располагаете опасным знанием – трижды подумайте, о чём с ними говорить. Телефон не оставляю – просто передайте мне новости с письмом. Мой электронный ящик указан на сайте института.

— Спасибо! – пожал ему руку Евгений, получив лист бумаги с именами. – Возможно, вы нам очень помогли. Будьте осторожны.