Мантия вечности

39. План "А" (Мария)

— Я не могу понять, зачем они это всё ищут... искали, – пояснила Мария. – Слушайте, это выглядит как всеобщее помешательство. Насколько я поняла, в это общество принимали тех, кто начинал видеть одни и те же сны, о том самом фонтане и надписях. Причём видели их все одновременно – те, кто спали в этот момент. Они даже называли себя когда-то “орден спящих”, но никак не могли понять, что же такое видят. Не все же могут с ходу отличить египетские иероглифы от всего остального. Но как только поняли, что это за картинки – стали тем самым египетским обществом. И где-то в середине прошлого века всё кончилось – перестали появляться те люди, что видели тот же сон, а дальше вы и сами знаете.

— И мы ни каком сне его не видели, а видели своими глазами, – вставила Оксана. – Ещё и снимки сделали. И, похоже, не мы одни – помните же, кто-то ещё на форуме спрашивал о переводе.

— Конкурент? – уточнил Евгений.

— Или помощник, – возразила Катерина. – Хотя лучше считать, что конкурент. То есть что – тот кузнец делал кованые предметы для каждого нового члена общества?

— Примерно так, – согласилась Мария. – Выходит, что и Фёдорова, и тот милиционер – они тоже когда-то видели сон про фонтан. А потом, выходит, стали людей ловить... вот этого я понять не могу. Как до такой жизни дойти можно.

— Если только им не поручили, – предположила Катерина. – Ну или это была их работа. Что-то отрабатывали?

— Что? – тут же поинтересовалась Мария. – И перед кем? Хотя... – посмотрела она на Елену. – Наверное, можно предположить, перед кем. Если Анубис – судья, то для него и ловят. Но ему-то какое дело до нас?

— Судья – значит, будет судить, – пожала плечами Оксана.

— Да потому что в него уже почти никто не верит. Про них теперь мультики снимают, – терпеливо пояснила Мария. – Ты подумай, сколько уже было религий, и в каждой после смерти тебя кто-нибудь да судит. И что тогда?

Они все переглянулись.

— Да, странно выходит, – признала Оксана. – Но мы слышали, когда говорили с ней там, у Ольги: “я теряю силу”. Если в кого-то уже не верят, у него уже нет силы, я так понимаю. И судить, или чего-то там ещё, уже не сможет. А у неё ещё есть, и силы неслабые...

— Откуда знаешь, что неслабые?!

— Помнишь, что Лену научили делать? И кошка, которая коридор открывает. И ещё есть кубики. Мне что, всё нужно на пальцах пояснить?

Остальные – все сидели за столом на кухне – посмотрели на Оксану.

— Маша бросает кубики, и знает, куда идти. Там, в коридоре. Лена заходит куда нужно, устраивает там всем приятные сновидения и спокойно прикасается к систру. Потом спокойно уходим домой, и никакого криминала.

— Это всё в специальном хранилище, там кругом камеры, – возразила Мария возмущённо. – А на следующее утро, ну или раньше, приедет та Колосова. Ну или просто милиция.

— Ну придумай что-нибудь получше, – пожала плечами Оксана. – Ну или подождём, пока приедет Ксюша, может у неё будут идеи.

— Ладно вам планы ограбления строить, – подняла ладонь Катерина. – Насмотрелись боевиков, блин. Если мы под колпаком, то в Питере уже ничего не светит, нельзя между городами шастать. Ксюша уже сообщила, что выставка пакует чемоданы, сегодня вечером отправляется. Приедет сюда – всё Ксюше и расскажем, и просто попросим.

— К слову о Колосовой, – побарабанил пальцами по столу Евгений. – Она какие-нибудь свои контакты оставляла? Или они сами позвонят, чуть что?

Катерина добыла ту самую салфетку, молча повернула её рабочей – исписанной стороной – вверх, присмотрелась.

— Странно, – указала она. – Вот её код и пояснение, чтобы не доверяли тем, кто представится её конторой. И вот тут, ниже, просто продавлено. Я-то думала, она просто ручку расписывала... Видите? В коде буквы и цифры, здесь семь цифр...

Они все переглянулись.

— Получается, телефон тоже оставила, – усмехнулась Мария. – Перепиши его куда-нибудь, ну или просто ручкой цифры обведи. Ладно. Тогда ждём выставку, и обсуждаем всё с Ксюшей? У меня тут тоже кое-что есть. Ну то есть там, на компьютере, – указала Мария.

Мария. Карта

— Я пересмотрела видеозаписи, – пояснила Мария. – Не знаю, что это за место и где оно, но надписи на стенах – вообще всё, что на стенах – не меняется. А на полу может и пропасть.

— Ещё бы, если там кошки бегают, – хмыкнула Оксана. – Ого, ты что – карту уже рисуешь?

Мария кивнула.

— Пока мы шли, всегда оборачивались и головой крутили. На камерах видны проходы, по которым ещё не ходили. Я примерно нарисовала всё это. Не очень в масштабе, но смотрите сами.

Получалось, что проход из ванной открывался в тупике. Проход в квартиру Ольги тоже открывался в тупике – в противоположном направлении. Между ними была сложная система проходов, но все пересекались под прямым углом, и получался хоть и лабиринт, но не очень сложный.

— Если выходишь из тупика и поворачиваешь на первой развилке направо, – показала Мария, – то вот эта часть лабиринта обходится по правилу левой руки. То есть касаешься левой стены и идёшь за всеми её поворотами. И ещё: у каждого такого поворота на стене есть знак. Нацарапан на камне, видите?

Да, они видели и все узнали.

— Глаз Гора, – подняла взгляд Елена. – Намёк на то, что нужно внимательно смотреть. И под каждым, смотрите, другой символ – идущие ноги.

— Ужас, – содрогнулась Оксана. – Намёк на то, что нужно идти и смотреть куда-то?

— Там и другеи символы есть, но это к нашим друзьям на египетском форуме.

— Я бы ничего по Интернету не пересылала, – возразила Катерина. – Если за нами так пристально наблюдают – пойти к тому египтологу ножками. И там на месте спросить. Ну хорошо, получается – идут параллельные проходы, некоторые без тупиков, некоторые слепые. Между двумя такими параллельными есть ещё три, в них лабиринт и есть, и в каждые сквозные выходят тупики. Те самые с дверями. Маша, я правильно поняла, что тот проход... ну, где ты третий кубик нашла, так же примерно и выходит?

Мария кивнула.

— А когда мы тебя искали, – продолжила Мария, указав на карту, – то шли в другую сторону. Не в ту, куда ноги на стене идут. И если я не путаю, здесь вот что... – Мария сдвинула карту в сторону, показала набросок другой её части. – Тут уже настоящий лабиринт, там мы толком не смотрели. А вот вдоль этой стены только одна была дверь, где тебя и нашли.

— И за ней, за дверью, ещё один лабиринт, – заключила Катерина. – И туда я без спецназа точно не пошла бы.

— Ладно, карта есть – уже хорошо, – вставила Оксана. – Получается, что по эту сторону таких тупиков может быть ещё полно.

Мария покивала.

— Это чей-то способ быстро перемещаться, – пояснила она. – Сами видели, кошка там как дома – ничего не боится. То есть там безопасно – везде, где мы ходили. Катя? Что-то придумала?

— Та комната, где ты третий кубик взяла, – подняла взгляд Катерина. – Говоришь, там был какой-то склад, и спал кто-то не очень трезвый. У тебя же камера была с собой? Там несколько секунд горел свет, могло что-то записаться. Ты уже смотрела?

— Нет, не стала... – содрогнулась Мария. – Но она есть. Вот. – Она нашла ролик и запустила воспроизведение. Да, на записи совсем немного – камера тоже не сразу адаптируется, не сразу наводится на резкость – видно, что в углу комнаты человеческий силуэт, вначале садится, а затем вскакивает на ноги. Полно ящиков, частично вскрытых, и на многих видны надписи.

— Дай-ка я посмотрю, – предложила Катерина. – Вот смотри сама, здесь камера успела частично навестись на резкость, видны ящики, и на них надписи. Может, что сумею понять.

— Чего там понимать? – удивилась Оксана. – Склад какой-то. По словам Маши, сторож или кто это прямо там живёт, и во всех ящиках успел порыться. Я бы туда уже не возвращалась, если что.

— Я всё же посмотрю. – Катерина поднялась на ноги. – А потом прогуляемся к тому египтологу, да? Маша, не позвонишь ему?