Мантия вечности

41. Вылазка (Елена)

— Ещё только суббота, – проворчала Оксана, – а кажется, что давно уже понедельник. С вами не соскучишься. Катя, ты там надолго? – осведомилась она в телефон, который уже минуты три держала у уха, не говоря туда ни слова. – Я знаю, что дела, я и спросила – надолго?

Следующие несколько минут Оксана молчала, слушая с невозмутимым видом.

— Похоже, это надолго, – заметила Оксана, завершив разговор. – Ладно. Ну давайте рассказывайте, что вы та ещё видели нового. Получается, кругом надписи, и их кусочки мы видели на том фонтане.

— На каком фонтане? – в который уже раз уточнила Ксюша. – Ну да, я видела фото. Где это находится?

Оксана встретилась взглядом со всеми остальными. Мария и Елена кивнули. Оксана вздохнула, и рассказала, где именно.

— Обалдеть! – восхитилась Ксюша. – Вот прямо у нас, в центре города, есть ещё один проход туда?! Слушайте, но это не может быть случайным. Должно быть что-то такое, что-то особенное.

— Тонкое место? – предположила Мария, закрыв крышку – экран – своего компьютера. – Там, где можно провалиться?

— Да-да. Что такого есть на Коммунальном мосту? – сразу же поинтересовалась Ксюша. – Что-то должно быть. Что там было, пока не было моста? Или, может, что-то случилось, пока его строили? Маша, ты ведь выясняла, я знаю.

— Выясняла, – коротко согласилась Мария, и сходила в спальню за бумагой и карандашом. – Вот тут была улица Восход. Здесь – понтонный мост, зимой была ледовая переправа. И... – Мария осеклась, замерла, держа карандаш в руке. Бросила его, вновь открыла экран и минуты три сосредоточенно что-то искала, не сводя взгляда с экрана. Оксана посмотрела в глаза остальным и, незаметно для Марии, показала им большой палец вверх – “классно”. Елена и Ксюша едва заметно улыбнулись в ответ.

— За два месяца до того, как начало действовать то египетское общество – когда начались первые собрания – произошла трагедия на ледовой переправе. – Мария вновь прикрыла экран. – Странно, что я не обратила внимания. Почти сорок два человека погибло подо льдом, только двенадцать тел удалось найти.

— Подо льдом, – поёжилась Елена. – Ужас. А в парке у нас что тогда? Там, где медведи?

— Там была Ярмарочная площадь, – немедленно отозвалась Мария. – И был Сенной торг. Так... я уже поняла. – И вновь она стучит по клавишам, просто пулемётная дробь какая-то, и вчитывается в то, что на экране. – Всё верно. Примерно в то же время там случилась, как сейчас сказали бы, бандитская разборка. Много жертв, в том числе случайных прохожих. Дело тогда замяли, о нём много не писали... – Мария обвела взглядом остальных. – То есть это места, где трагически погибло много людей?

— Или были жертвоприношения, – покивала Ксюша. – Я никогда ни во что такое не верила. Нет, я обожаю читать все эти мифы, они очень красивые. Но я бывала там, где стоял Бубастис. И там начала что-то чувствовать, когда ещё не была в той гробнице. И сегодня на мосту тоже что-то такое чувствовала, очень неприятное. Холод, от которого не согреться. Как-то так.

— Это и есть “тонкие места”? – поинтересовалась Оксана. – Блин. И сколько таких по городу?

Мария пожала плечами.

— Нужно сводки читать, – пояснила она, и снова осеклась. – Чёрт! – И вновь повторилась пантомима “Маша что-то срочно ищет в Интернете”. – Слушайте, точно! Двое человек пропали без вести, в районе сквера! Всё прямо как в случае с Никольской!

— Собираемся, – решила Елена, на лбу которой собрались морщины. – Оксана, прошу, не спорь. Если Катя правда занята, сходим сами. Ты ведь понимаешь, почему.

— Понимаю, не дура, – покивала Оксана. – Что, мобильники дома оставляем, как сегодня?

— А другого у тебя нет? – поинтересовалась Мария. – Ну, мобильника с другим номером, которым обычно не пользуешься?

— У меня два номера, – тут же отозвалась Ксюша, показывая свой мобильный. – Но только по очереди, какой-то один. Могу переключиться на второй номер, я с него здесь ещё никому не звонила.

— О, умница! – оживилась Оксана. – Тогда ты переключаешься, а мы оставляем. Катя? – спросила она в телефон и почти сразу же дала отбой. – Реально занята, – пояснила Оксана. – Ладно, тогда без неё. И вот что – идём на войну, так что по карманам всё берём – и фейерверк, и фонари... и что там ещё осталось?

— Магний тоже остался, – доложила Мария. – Я уже взяла.

Елена. Парк

— Тут тоже неприятно, – поёжилась Ксюша, тепло и правильно одетая, когда их компания подошла к скверу. На вид всё нормально – вечерний парк, полно народу, в том числе возле той статуи и того фонтана. – Пробирает. Что, только я чувствую?

— Я ничего не чувствую, – отозвалась Оксана. – Не знаю – может, привыкла. Я тут сто раз была. Вон, смотрите!

Они подбежали к одному из фонарей. На нём было свеженаклеенный лист, и на нём призыв о помощи – потерялся человек. И фото – девушка лет восемнадцати, в зимней одежде. Ушла гулять с подругами и не вернулась. И было это не так давно.

— В милиции бы их послали, – заметила Оксана. – Пока двое суток не прошло, всё такое. Смотрите! Смотрите, начинается!

Они заметили – поблизости от статуи медведей стало не так людно, народ расходился кто куда, словно бы случайно. Ещё пара минут – и возле статуи безлюдно, и снег начал падать, которого совсем не давно ещё не было – мелкий, спокойный, вокруг царил штиль. Ледяное спокойствие.

Ксюша судорожно вздохнула, когда это случилось – когда вокруг них выросли сумрачные проходы, исчезли все огни города, а фонтан и статуя слегка изменились – и статуя теперь выглядела страшновато, неприятно. И видны те самые надписи на фонтане.

— Ксюша, только тихо, – шепнула Оксана, взяв “Мелкую” за руку, ощутив, что владелицу её бьёт дрожь. – Спокойствие. Здесь нельзя бояться.

Ксюша кивнула и, похоже, сумела взять себя в руки.

— Вон там! – указала Мария вглубь одной из аллей. – Точно! Смотрите, кто там идёт!

— Бежим! – указала Елена, добывая систр из-под куртки. – Достаньте фонари! У нас мало времени, нас скоро заметят!

Они пробежались – этот спринт они запомнили надолго. Чувство чужого, неприятного внимания всё крепло, мерещился далёкий приближающийся лай, а они неслись в сторону того самого силуэта – человеческого, невысокого, бредущего неуверенной, спотыкающейся походкой.

Звон раскатился вокруг, когда Елена догнала тот силуэт – явно женский – и схватила его за руку, взмахнув систром. Раскатился, обращая мох под ногами в пыль, и словно жарко дохнул невидимый великан – сгинул холод, перестала пробирать дрожь, вернулась ясность чувств. Потом словно молния ударила совсем рядом – и вот они уже стоят в привычном парке, субботним вечером.

Елена держала за руку девушку – ту, с фотографии. Сказать, что та была испугана – ничего не сказать. Она вцепилась в Елену так, что той стало трудно дышать, и разрыдалась. Не сразу удалось заставить её ослабить хватку.

— Кто-кто-кто вы?! – пролепетала девушка, когда немного пришла в себя. – Где я?!

— Там, где всё случилось, – пояснила Елена. – Вы Алёна Семёнова, верно?

Девушка кивнула, и тут ноги подвели её. Оксана молча подхватила её и отвела – практически отнесла – к скамейке. Подальше от той статуи – они успели отойти почти на другой конец сквера.

— Оксана, у тебя же есть... – Елена осеклась, когда Оксана кивнула и добыла из кармана куртки небольшой термос.

— Кофе с сахаром, – пояснила она, показав термос спасённой. – Пить сможете? Хотя бы глоток.

Девушка кивнула. Чуть не вылила кофе на себя, но сумела отпить. Закашлялась... показалось, что её сейчас вывернет наизнанку. Но справилась, глотнула вновь и вновь, и взгляд её стал почти что осмысленным. И чуть не подпрыгнула, когда в её кармане зазвонил телефон. Не сразу сумела достать его.

— Ответьте, – с улыбкой посоветовала Елена. – Мы никуда не торопимся.

— Да... – сумела произнести Алёна. – Да, мама. Нет, я в сквере. Потом всё расскажу. Нет, всё хорошо. Да, я подожду. – И пояснила, где именно она сидит. – Сейчас папа и брат подойдут, – пояснила она. – Спасибо вам! Где я была?! Где всё это было?!

— Не рассказывайте никому, – посоветовала Ксюша. – За вами погнались, вы убегали, стукнулись головой. Потом бродили по скверу, и мы вас нашли. Лучше так. Не рассказывайте ничего другого.

— Ни про чёрный снег, ни про собак, – хмуро пояснила Оксана. – Не то сразу в психушку загремишь.

— Вы знаете?! Вы знаете, что я видела? – ошеломлённо поинтересовалась Алёна.

— Знаем. Не рассказывайте никому и больше не ходите по этому парку, – посоветовала Елена.

— Я бы ещё на обувку её посмотрела, – тут же напомнила Оксана. – Пока никто не видит.

И верно – в подошву успело набиться несколько знакомых уже камушков. Алёна молча смотрела, как вынимают эти камни. Ни слова не слетело с её губ – только смотрела.

— Об этом тоже лучше не рассказывайте. Слушайте. Если будет что-то странное – звонки, голоса, что-то пугающее – позвоните, – протянула Елена обрывок бумаги с номером телефона. – У вас дома есть кошка?

Алёна кивнула.

— Держитесь рядом с кошкой, – посоветовала Елена, устало опускаясь на скамейку рядом со спасённой. – И прошу, не задавайте пока вопросов. Мы не...

— Алёна?! – к ним подбежали мужчина лет пятидесяти и парень лет шестнадцати. – Где бы была? И что...

— Меня по голове чем-то стукнули, – сердито отозвалась Алёна. – А эти люди нашли меня и помогли. Спасибо! – Алёна взяла за руки Елену и ещё раз обняла. – Я всё поняла.

— Что ещё... – взгляд мужчины был далёк от дружелюбного.

— Я оставила вашей дочери свой телефон, – пояснила Елена. – Если потребуется, звоните – мы придём и всё расскажем.

Похоже, ответ удовлетворил мужчину. Они с братом Алёны взяли её за руки и вскоре скрылись за поворотом.

— Всё лучше не рассказывать, – задумчиво заметила Оксана. – Мне это офигеть как не нравится. Ты понимаешь, почему, Лена?

— Понимаю, – с отсутствующим видом согласилась Елена, спрятав систр. Странно, что никого не удивил этот предмет – так и держала в руке. – Мы не сможем найти всех. Не сможем помочь всем.

Оксана покивала.

— Я, конечно, могу ошибаться – но это всё для тебя. Тебя кто-то выманивает. Знает, что ты понесёшься спасать.

— А что предлагаешь? – тут же вскинулась Елена. – Ничего не делать?

— Слушай, не пыли! – возмутилась Оксана. – Мы в одной лодке. Но их будет всё больше, понимаешь? Нужно найти ещё кого-то. Ну, навроде того всадника – они точно знают, что происходит. А сейчас пошли-ка нафиг отсюда.

— ...Блин, знала бы, не стала бросать трубку, – вздохнула Катерина, глаза которой долго горели после рассказа. – Вы сами как? Всё в порядке?

— Да, мы сразу слиняли, – охотно пояснила Оксана. – Чип и Дейл спешат на помощь, блин. Всё, минут через пятнадцать будет ужин, или как это назвать, там подробнее расскажем.

Катерина взяла Елену за руку, отвела её в спальню и закрыла за собой дверь.

— Я понимаю, что её не вернут, – посмотрела Катерина в глаза Елены. – Но наверное, будут дразнить этим. Я уже поняла. Как ты говорила – он никогда никого не возвращает. Я справлюсь, – присела Катерина на краешек дивана.

— Тебе нужно было побыть с ним? – спокойно поинтересовалась Елена. Катерина кивнула. – Стало лучше?

Катерина вновь кивнула, и рассмеялась.

— Почти как прежде. Конечно, не будет, как прежде. Но лучше, гораздо лучше. Идём, нас ждут. – Катерина поднялась на ноги, улыбающаяся Елена поднялась следом. – Но сначала... – Катерина обняла Елену – крепко, почти как Алёна не так давно. – Я люблю тебя, – услышала Елена, и её отпустили.

— Я люблю тебя, – повторила Катерина, держа Елену за руки. – Наверное, ты всегда знала. Это нужно было когда-то сказать – пока ещё не поздно.

Елена кивнула, не отводя взгляда от взгляда Катерины.

— Идём, нас ждут, – повторила та, и, прикоснувшись губами к щеке Елены, первой покинула спальню.