Мантия вечности

17. Обратный отсчёт (Елена)

Елена. Раздумия

— Что-то Маша притихла, – Оксана посмотрела на Елену – та сидела, склонившись, над блокнотом и что-то туда записывала. – Не к добру. Маша! Ма-а-а-аша!

— Не кричи, – Крыся возникла в дверном проёме, смотрела строго. – Я думаю.

— Все тут мыслители, – хмыкнула Оксана. – Знаете, что я вам скажу? Не получится хорошего отпуска. То на набережной этой вляпаемся, то в гостях чёрт-те что мерещится...

— Что тебе померещилось? – поинтересовалась Елена, не прекращая своего занятия. – Кроме того, что мы с ней похожи?

— Тебе честно сказать? – на обратном пути на глаза попалась “Оптика” и там совместными усилиями уговорили Крысю найти себе очки. Оксана была чуть-чуть навеселе (“это вас нужно по пьяни бояться, а не меня!”), и Крыся, похоже, на всё согласилась, лишь бы только покинуть магазин. Зато в очках ей явно стало уютнее. Особенно после того, как Елена сказала, “это подарок, от меня – от Оксаны у тебя уже есть”.

— Да, честно, – Елена подняла взгляд, а Крыся подошла, встала рядом с её креслом.

— Хорошо, – Оксана поджала губы, помотала головой. – В общем. Я своей пятой точкой всё чую. Мне казалось, что там всё ненастоящее. Сон, понимаешь? Тебе Маша про кошку уже рассказала?

Ну как могла рассказать, если они все рядом и секретничать нет смысла?

— Тогда я расскажу, – Оксана почесала в затылке и рассказала. – Я вот сейчас позвоню, в ту контору, вдруг меня никто и не ждёт после праздников.

И позвонила. Ответили не сразу. Оксана придумала повод – что-то там про документы, которые нужно собрать – и озадаченно посмотрела на остальных, едва повесила трубку.

— Меня ждут, – пояснила она. – Но я говорила с другой тёткой. Ничего не понимаю!

— Ты говорила с одним менеджером, она перепоручила твоё дело другому, и что?

Крыся скептически улыбалась.

— Смешно ей, – проворчала Оксана. – Сама онемела, когда кошка появилась, а туда же. Пантера, не нравится мне. Что она говорила, что её родичи завтра будут?

Елена кивнула.

— Спорим, что не будут? Хоть режьте меня на части, там нечисто. Что-то с Ольгой не то.

— Что предлагаешь? – Елена посмотрела ей в глаза. – Я ничего не почувствовала. То есть наоборот, я там себя как дома чувствовала, – она достала из кармашка деревянную статуэтку и поставила на стол.

— Это же Баст! – удивилась Крыся и убежала к себе. Почти сразу же вернулась, поставила на стол вторую фигурку. – И у меня тоже, но другая. Ты специально выбрала, да?

— Я не выбирала, – Елена говорила медленно. – Мне кажется, это она меня выбрала. Оксана, а у тебя что?

Оксана порылась в сумке и добыла оттуда статуэтку. Кот Бегемот, из “Мастера и Маргариты” – с примусом в руках, сидит на стуле. Мастерски сделано, глаз не отвести.

— Чёрт знает, почему его, – Оксана снова почесала затылок. – Да, так что я предлагаю? Я предлагаю поселиться у Ольги. Так спокойнее будет.

Крыся усмехнулась.

— Спорим, что никто туда не приедет! – Оксана протянула руку. – Спорим?

Елена поднялась.

— Оксана, ты как себе это представляешь? Взять, позвонить и попросить остаться?

— Да. А что? Давай я позвоню! Вот увидишь, согласится!

— И все туда уедем?

— Ну, можно по одной, – Оксана пожала плечами. – Чтобы кто-нибудь с ней был всё время. Ты ж видела, как она обрадовалась! Нам всем, не только тебе!

— Звони, – Елена пододвинула телефон.

Елена. Шрам

— Оля, мы тут все свои, – Оксана налила всем понемногу. – Лену тогда забрали из-за меня тоже. Не спорь, если бы не я, ничего бы и не было! Маша потом больше всех убивалась, тоже чуть топиться не пошла. Кры... Маша, решили же, что по-честному! Все свои! Катя потом справки наводила, искала её всюду, думала, сбежала и потом несчастье какое случилось. Очень переживала, говорила, всё бы отдала, чтобы только так не случилось. Остались вы. Ёлки, ты осталась.

Ольга пыталась, когда вся шумная компания вернулась, выглядеть жизнерадостной, но не очень-то получилось.

— Говори, – уже другим голосом попросила Оксана. – Голова у меня, может, и дурит, зато всё остальное чует!

Ольга рассмеялась, прикрыла глаза.

— Говори, – повторила Оксана и мягко взяла её за руку. – Пожалуйста.

— Мне... – Ольга прикрыла глаза. – Мне осталось несколько дней. Сказали, придут ночью, когда именно – не скажут.

— Тихо! – Оксана сжала другой рукой плечо Марии, на лице которой проступил ужас. – Кто придёт?

Ольга разрыдалась, уже не пытаясь держать себя в руках.

— Тихо! – Оксана встала. – Оля, я не тебе. Маша, ну-ка встань! – тряхнула её за плечи. – Некогда! Лена, хватай Крысю, кофейник, кошку и за нами! – сама подняла на руки Ольгу (вот силища!) и бережно понесла в гостиную.

— ...Кто придёт? – ещё раз поинтересовалась Оксана, когда Ольга уже сидела в кресле, укутанная пледом, а остальные сидели рядом. – Оля, расскажи, что можешь. Мы все теперь в одной лодке.

* * *

...Настоящие самоубийцы не оповещают о своих планах, не намекают, не устраивают театр и не дожидаются звонков в двери, чтобы ”в последний момент” не успеть. Они просто уходят – некоторые по плану, некоторые экспромтом. Елена тогда позвонила, когда Ольга уже прижала лезвие бритвы к запястью. Звонок, рука дёрнулась – много крови, но не опасно, вены не повреждены. Но больно, очень больно. Это отрезвило.

— С тобой что-то не в порядке, – резко заявила Елена вместе приветствия. – Я чувствую, не ври мне. И не клади трубку! Говори, здесь или там, в чате, где хочешь. Если нужно, я приеду.

— Приедешь? – говорить сквозь слёзы трудно, но можно.

— Приеду. Ты же хотела меня видеть? Увидишь. Только выбрось это из головы!

— Я руку перевяжу, – предупредила Ольга. – Порезалась. Не клади трубку!

* * *

— Эх... – только и сказала Оксана, когда Ольга показала шрам на левом запястье. – Вовремя Лена позвонила.

— Потом всё как в сказке было. Я на работу устроилась, с Димой там познакомилась, с Леной почти каждый вечер потом говорили. Я боялась, не хотела, чтобы она приезжала.

— Почему это? – удивилась Оксана. – Коньяка может? Ну тогда... Маша, не сваришь кофе? У тебя хорошо получается. Мы подождём!

— Я думала, её нет, – пояснила Ольга, когда Крыся, довольная и обеспокоенная одновременно, вернулась. – Думала, у меня так крыша съехала, что я сама себе мозги вправила, от страха. Ну не может быть столько совпадений! Она так вовремя всегда звонила, будто знала, что у меня всё плохо!

— Я правда знала, – подтвердила Елена. – Само в голову приходило: позвонить надо.

— Круто! – покачала головой Оксана. – Оля, всё понимаю. Что было потом?

— Потом пришёл он, – Ольга прикрыла глаза. – Той ночью, когда Лена пропала. Я проснулась, подумала – большая беда с кем-то. А в дверях – он стоит.

* * *

Он выглядел как то чудище из фильма по Толкиену, но не из огня, а из темноты. Только глаза светились. И голос был голосом молодого человека. Ольга тогда была не одна, родители в соседней комнате, да двоюродный брат гостил. Но поняла – лучше не кричать.

— Ты говорила, что на всё готова для неё, – и спрашивал не словами, а как бы мысленно, просто казалось, что спросил что-то подобное. – У неё будет шанс вернуться. Но оттуда просто так не приходят, кто-то должен уйти взамен.

— Вы... вы про Лену?! – едва сумела прошептать Ольга. Происходящее не казалось сном, напротив – реально настолько, что не возразишь.

— Ты поняла, о ком я. Если ты готова уйти вместо неё, она вернётся. Нескоро, но вернётся.

— Я готова, – Ольга не колебалась ни мгновения. – Где она? Что с ней?!

Смех. Ольга готова поручиться, его слышала только она.

— Я вернусь, – и он ушёл. Не растаял, не исчез с искрами и дымом, просто ушёл. Ольга готова была поручиться, что слышала щелчок входной двери.

* * *

— Он снова появился? – Оксана мрачно смотрела вокруг. Ночь, давно уже ночь, но какой тут сон...

— Появился. Когда я получила то письмо, второго числа, я слышала его голос. Он сказал, “я приду ночью”.

— Что было в письме? – Елена взяла её за руку.

— Я его стёрла. Там что-то ужасное. Не пиши, не звони, не ищи меня, это из-за тебя всё случилось, ты мне не нужна. Примерно так.

— Но ведь такого не было! – удивилась Оксана. – Оля, Лена прочитала то письмо. Не она отправила, она тогда не за компом была. И там такого точно не было!

— Не знаю, может, мне примерещилось. У меня был только телефон Кати, я ей и позвонила. А ночью он сказал, что скоро придёт.

— “Не звони...” – Елена поднялась на ноги. На лице её появилось выражение... Оксана насторожилась.

— Что такое? Что-то вспомнила?

...Тебе запрещается искать людей, которые тебя любили. Когда выполнишь задание – живи, как захочешь, но пока дело не сделано – не пытайся вернуть ту жизнь. Она в прошлом, дорога туда тебе заказана.

— Это я виновата, – Елена уселась и посмотрела перед собой отсутствующим взглядом. – Мне говорили, а я не послушалась. Я позвонила Жене, и его забрали. А потом я написала тебе, Оля.

— Кто тебе говорил? – поинтересовалась Ольга. Совсем успокоилась, отметила Оксана, сильная всё-таки! А я думала, вся такая из себя художественная, чуть что – в слёзы и лапки кверху.

— Слушай, – Елена взяла её за руку. – Только не перебивай, хорошо?

* * *

— ...Почему её не забрали? – тихо спросила Мария, указав на Оксану. – Почему Катю? Лена, ну не надо, ну было, было что-то! Если бы не было, ты бы Оксану ещё там в кафе послала бы! Я же помню, как ты посылаешь!

— Потому что я сама её нашла, – проворчала Оксана. – Вот почему. Так, уже шестой час. Оля, один вопрос, прости. Завтра, то есть сегодня, никто ведь не приедет? Ни Дима, ни родители?

— Не приедет, – ровным голосом подтвердила Ольга. – Я позвонила сама. Он меня не помнит, – у неё уже нет сил плакать, подумала Елена, длинная вышла ночь. – И родители не помнят, что переезжали сюда. Я тут одна, только кошка и статуэтки. Вот как получила то письмо, поняла, что одна. Если бы ты не написала мне, – она показала на шрам. – У меня как будто отняли всё, Лена. Жизнь взяли и отняли. Всё хорошее, что было. Звоню друзьям – или не помнят меня, или удивляются, чего я столько лет не звонила. Родителям до меня дела нет, Дима уже с другой живёт. Только Заразе я и нужна. И вам теперь.

— Вот гад, – Оксана почесала затылок. – Я не про Диму, – спохватилась она. – Мы остаёмся, да? Можно? Завтра с Машей вещички перевезём.

— Думаете, это поможет? – Ольга посмотрела ей в лицо. – Я не хочу, чтобы он и вас прихватил.

— Задолбали ангелы смерти, – Оксана сплюнула в сторону. – Прости, я злая как сто чертей. Блин, издеваться-то над людьми зачем? Просто будем все вместе. Что будет, то будет.

— Оля... – Елена подошла к её креслу, взяла за плечи. Ольга запрокинула голову, улыбнулась.

— Не извиняйся. Если бы ты не позвонила тогда... – вновь указала на шрам. – Я просто в долгу, я теперь поняла. Ты в беде, Лена, и тебе нужна помощь. Вот и всё. Наверное, там у них такие правила. Я тебя увидела, – она снова прикрыла глаза, – и теперь не боюсь.

— Надо хоть часик вздремнуть, – Оксана выглянула в окно. – Оля, командуй, кого куда. А утром подумаем в четыре головы.

* * *

— Не спишь? – Ольга уселась в постели. Елена осталась в её комнате, в кресле – думала на полу постелить, но вот села буквально на минутку в кресло... Теперь шея затекла.

— Не сплю. Ты не расскажешь, зачем?

Ольге не пришлось пояснять, о чём речь.

— Как подтолкнули. Работы не было, а последний парень меня бросил. Пришла к родителям, а они меня как не видят, никогда такого не было. Я по набережной погуляла, домой пришла и... подтолкнуло. Даже мысли не было, что никому не станет лучше. А когда потом всю ночь не спала, рука болела, вот тогда поняла.

— А я как сонная, – призналась Елена. – Вот чую, уже пора за эту работу браться, а не могу. Ещё один день, ещё два, маленько ещё отдохнуть...

— Отдохни, тебе же разрешили. И я не тороплюсь никуда.

— Ты думала, что дальше будет?

— Нет, – Ольга улыбнулась. – Ты меня учила не думать о подобном. Вот и научила. Мне кажется, что этот в чёрном пытался внушить, что я никому не нужна. И почти внушил.

— Покоя тебе не будет, сама видишь.

— И не надо. Сядь, – Ольга похлопала по одеялу. Когда Елена уселась, куда показали, не без труда поднявшись из кресла, Ольга обняла её и положила голову на плечо. – У тебя же будет пять минуток каждый день вот на это?

— Будет, – улыбнулась Елена. – Можно даже десять.

И они обе рассмеялись. В дверь почти сразу постучали.

— Можно? – Оксана. Когда ей разрешили войти, остановилась в дверях, чеша затылок. – Оля, мы тут с Машей малость похозяйничали. Вы так спали обе хорошо, будить не стали. Короче, пошли завтракать, а то Маша огорчится. Она сегодня готовила.

* * *

— Меня вот интересует, почему мы, – Оксана сидела и крошила сигарету в пепельницу. – Почему именно мы? Если бы кто хочешь мог видеть тот мост или здешнюю набережную, каждая собака уже знала бы. Мы-то тут при чём?

— Несчастная любовь, – тихо предположила Мария. – Мы все или потеряли кого-то, или разочаровались.

— Я не теряла и не разочаровалась, – возразила Оксана. – Нет, я при всех такое не говорю, не дождётесь. Только тем, кого касается. Катя тоже в порядке, у неё и с Женей всё путём, и с Алёной.

— А та девушка? – Мария налила кофе хозяйке и Елене. – Ну, которой ты мозги вправляла. У неё точно несчастная любовь.

— У неё дурь, – хмыкнула Оксана. – Полная голова дури. Внимание ей нужно, вот и всё. Многие так чудят, видала.

— Так можно долго гадать, – Ольга вздохнула. – Я могу вам чем-то помочь? Вы решили устроиться в Питере, я очень рада. Маша, не расстраивайтесь, найдём и вам работу! В таком городе и не найти!

— Легализоваться нужно, – Оксана указала глазами на Елену. – Ну и вообще. У нас была идея вернуть те камушки, разузнать, что можно. Не знаю, как у вас, а у меня крыша падает. Вот кому скажи, даже паре слов не поверит! Лена, что скажешь?

— Узнать больше, – согласилась Елена. – И придумать, что мне с паспортом делать.

— Ты свою квартиру продашь? – спросила вдруг Мария, взяв Оксану за руку.

— Размечталась, – помотала та головой. – Пусть будет. Сдам кому-нибудь, той же Петровой. Девица нормальная, бардака не будет. Я бы маму сюда перевезла, но мы с ней пока вроде как в ссоре.

— Из-за того, как вы живёте? – спокойно поинтересовалась Ольга. Оксана кивнула.

— Внуков она не увидит, позорю я её, лечиться мне надо, всё такое. Учительница она у меня, с детства привыкла пилить, – понизила голос Оксана. – Как отец от нас съехал, никакой жизни не стало. Но я-то у неё одна. Мама же, не кто-нибудь. Не брошу.