Мантия вечности

38. Тайна закрытой двери (Агата)

Она “скормила” сведения – архивы того самого общества египтологов – экспертной системе. Возможно, будут уместные ассоциации. Помимо того, что Воробьёва неясно где пропадала четыре с хвостиком года, неясен и внезапный интерес у всей этой компании к Древнему Египту.

По уму, нужно попасть в квартиру Нечаевой, а лучше – в квартиры всех фигурантов. Но на каком основании? В случае с Корейко есть шаткие, но вполне законные основания побывать в его квартире и офисах. В случае остальных – нет. Ну разве что найти, к чему придраться в бизнесе Поляковых. При существующем законодательстве всегда можно найти, к чему придраться.

Вот только стоит дать им понять, что государственные службы пристально интересуются – кто знает, что последует. От прямого и явного контакта лучше воздерживаться так долго, как только возможно. Получается – наблюдение и перехват коммуникаций. С Интернетом всё относительно просто, как и с телефонами. Получить разрешение на прослушку большого труда не составило. Логические связи Корейко – Никонов, Корейко – Овсянников, Никонов – Прохоров и Овсянников – Воробьёва позволили объединить всю эту весёлую компанию в одно дело.

Никто не мог сказать, что за дело – но странности в нём только начинались. Помимо “исчезнувшего” Прохорова уже есть давно умершие Хомутова и Фёдорова, каждую из которых либо зафиксировала камера – либо видели люди. Тело Фёдоровой через двенадцать часов будет в Новосибирске, и соответствующий патологоанатом уже готов приступить к повторному вскрытию.

Двое агентов их с Димой и Мишей отдела сейчас следят – один за Прохоровым, другой за Никоновым. У первого задача не из простых: держать в поле зрения человека, который отлично чувствует слежку, умеет от неё уходить и, что самое главное, вполне в состоянии залечь на дно – полностью прекратить всякую активность, если заподозрит неладное.

Со вторым проще: нашлось животное, собака, которой нужна помощь ветеринара – и по “счастливой случайности” ближайшая клиника оказалась той, где работает Никонов.

Агата посмотрела на два соседних экрана – на одном отражались этапы работы “Аргуса”, на другом – “Системы 315”. И в который уже раз Агата подумала, не пора ли объединить обе системы в одно целое. По сути, задачи их близки, пусть даже разрабатывались обе независимо.

* * *

— Что-то не так? – осведомился Колосов, когда застал Агату, недоумённо вглядывающуюся в рапорт того агента, что следит за Никоновым. Утром агент отвёз пострадавшую собаку в клинику, видел там и Никонова, и хозяина клиники, и успел уже собрать оперативную информацию.

— Во-первых, отметил, что поблизости от Никонова всегда одна и та же собака. Формально – бродячая, ни за кем конкретно не значится, но пса постоянно видят на одном и том же рынке.

— Успели проследить и за собакой? – недоверчиво приподнял брови Колосов.

— Успели проследить за Никоновым. Он предпочитает пешком доходить до одного и того же филиала клиники, в другие, если необходимо, его отвозят. Никонов, во всех случаях, утром встречается с собакой, а потом она поблизости от него, или как бы случайно, или на том же рынке. Думаешь, нужно и за собакой проследить?

— Чем чёрт не шутит! Но ты сказала “во-первых”. Что-то ещё?

— Во-вторых, и телефон Никонова, и он сам были недоступны в клинике около десяти минут, клинику при это он не покидал. План здания клиники у меня есть. Никонов, вероятнее всего, находился возле запасного выхода, – указала Агата кончиком карандаша на часть изображения, – но дверь была заперта, когда агент попытался найти Никонова. И вот ещё. – Агата показала несколько снимков. На них слабо, но отчётливо светящиеся контуры следов начинались от запертой двери запасного выхода, и следовали в направлении лестницы. – Снято в ультрафиолетовом освещении, после того, как Никонов вернулся. Образцы взяты.

— Шустрый агент! – покачал головой Колосов. – Дай угадаю. Сам запасный выход и подступы к нему на камерах наблюдения отсутствуют.

— Отсутствовали, – уточнила Агата. – Агент оставил там камеру. К запасному выходу ходят немногие, уборку в клинике делают везде и каждый день – камеру заметить не должны. Через пару дней посмотрим на записи.

— По ту сторону – обычная улица, ничего светящегося в ультрафиолете нет, – предположил Колосов.

— Точно так, ничего.

— Светящийся материал уже начали исследовать?

— Отправили к нам. Есть что-нибудь по Фёдоровой?

— Пока что выяснил, что собственно вскрытия не проводилось. Заключение об итогах вскрытия липовое. Тело было сильно остывшим: свидетели утверждают, что пролежало оно на улице не более пятнадцати минут. Травм и повреждений на теле нет, замерили температуру, посмотрели на её одежду и дали заключение, что причина смерти – переохлаждение. Дали оценку – замерзала минимум три часа. Где и когда могла замёрзнуть, почему вокруг неё не было её следов – это всё никого не волнует.

Агата покачала головой.

— Что ж, если не делали – тогда нам повезло, больше найдём. Одета в лёгкое платье и летние туфли? И всё это чистое – не считая грязного снега, в котором её нашли. Записей в полиции не сохранилось, но по времени года совпадает – она пропала летом.

— И где-то была восемьдесят лет, – добавил Колосов. – И не постарела. Ладно, дождёмся итогов вскрытия, там посмотрим.

— И первыми её нашли, похоже, Доценко и Воробьёва, – закончила мысль Агата. – Мне одной кажется, что везде, где замечали Воробьёву, происходит что-то странное?

— Не одной, – заверил Колосов, улыбнулся, и постучал кончиками пальцев по крышке стола. – Ближе к вечеру будут данные по девушкам. Все, кроме Горбуновой, теперь в Новосибирске, Доценко и Воробьёва побывали в нашем отделении “АРТ-Панорамы”. Вполне официально, они тамошние сотрудницы.

Агата покачала головой.

— Ещё и это. Накануне исчезновения, свидетели повторяют как один, Доценко и Воробьёва поссорились. До драки чуть не дошло. Потом у Доценко был запой – и рядом с ней отметились все остальные фигурантки, потом она бросает работу экономиста и обучается на охранницу. А сейчас ведёт себя как телохранитель, заметил?

— Что-то между ними всё-таки случилось, – покивал Колосов. – Ладно, это всё к делу не пришьёшь. Есть время поговорить об экспертных системах?

* * *

— ...Похоже, мысли сходятся, – заключил Колосов. – “Аргус” и “Систему 315” можно объединить, очень много общего, грех не использовать.

— Мне нужны помощники, – напомнила Агата. – У меня и оперативной работы порядком. Рано делать выводы, нужно ещё сто раз перепроверить и оценить, но смотри. – Агата вывела одно из заключений от “Системы 315”. – Наша цель всегда интересуется медицинскими исследованиями – в основном это изучение того, как мыслит человек, вся эта область. А вот теперь есть оценки, что интересен не только человек.

— Как минимум Никонов плотно интересуется животными, – покивал Колосов. – При том, что до исчезновения он панически боялся собак, и к животным в целом особого интереса не проявлял. Что ж, ты права, делать выводы рано, но что-то в этом есть. Да, и насчёт программистов я поговорю. Сама понимаешь, нам нужен ещё один успех.

Агата покивала. Когда финансирование бюджетное, получить средства даже на самую перспективную разработку не так уж просто. Контакты и у Овсянникова, и у Корейца достаточно “увесистые”, чтобы вся эта история однозначно была интересна государственным службам.