Мантия вечности

34. Эксперимент (Катерина)

Мария провалилась в зыбкую, сладкую дрёму, время от времени выплывая из неё. Жить в чужом теле непривычно: оно по-другому на всё реагировало, и в первую очередь на пищу. Мария чуть не заработала язву желудка – питалась чем попало, пока была студенткой – а вчера, рискнув съесть острое блюдо там, в кафе, ожидала немедленного воздаяния со стороны желудка.

И – ничего. Ну совсем ничего – никакой реакции, всё штатно, волноваться не о чем. От радости Мария чуть не бросилась к телефону – заказать что-нибудь ещё из того, что так любила тогда, в институте – и чем испортила себе желудок. И вовремя одумалась. Если уж досталось тело здоровое – может, пусть здоровым и остаётся?

...Мария тщательнейшим образом осмотрела своё новое тело – нужно знать, что с ним не так, случись что. Выходит, Ольга не врала: она действительно вела настоящий здоровый образ жизни – и спортом занималась, судя по состоянию мышц. А первым утром, встреченным в новом теле, Мария начала было искать скакалку и гантели... и удивилась. С чего бы? Теперь понятно. Тело помнит. Помнит утреннюю зарядку, и хочет её. А вот Мария со здоровым образом жизни, скажем так, не очень дружит. Пора начать дружить?

Думая об этом, она вновь провалилась в зыбкую сладкую пучину. Хорошо, что Лена нашла ей дело; хорошо, что и Катя, и её Женя теперь будут рядом – после того жуткого путешествия не пойми куда – в “нижний мир” – Мария, если честно, боялась любой тени. И даже присутствие Заразы не очень успокаивало: да, кошка спасла, кого смогла... но не будешь же всюду ходить с кошкой на руках!

Кошка Марию и разбудила. Возмущённый, недоумевающий мяв – “что это, как это понимать?!”. Мария уселась в постели, ощутив волну прохладного воздуха, пригладившую волосы и смывшую всякую сонливость. Заметила, сумеречным зрением, что Катерина точно так же садится там, на разложенном кресле, и протягивает руку к выключателю.

Оксана?! От изумления Мария лишилась речи на несколько секунд. Но это Оксана, несомненно – с ошалевшим лицом, в уличной одежде – именно в такой они с Еленой вышли из квартиры, спускаясь к такси. Елена успела заметить, что в правой руке Оксана сжимает гантель. Это ещё зачем?? И тут способность говорить вернулась к Марии.

— Оксана?? – Мария вновь “поправила очки”, хотя видела всё безукоризненно. – Что случилось, ваш рейс отменили?!

Она не успела договорить последнее слово, когда Оксана исчезла. Нет, не так: её словно смыли, стёрли ластиком из реальности, пара движений незримой стирательной резинки, и Оксана исчезла. И только Зараза кружится по тому месту, где только что стояла Оксана – кружится, задирая голову и принюхиваясь. Мария спрыгнула с постели, метнулась к кошке и, присев и закрыв глаза, тоже вдохнула, запрокинув голову.

— Маша, ты чего?! – голос Катерины. Похоже, не одна Мария лишалась дара речи.

— Её дезодорант, – пояснила Мария, выпрямляясь. – Тот, который я терпеть не могу. Нигде не пахнет, а здесь пахнет!

— Ты гонишь! – заявила Катерина, в глазах которой, впрочем, тоже витала сонная дымка, и она подбежала туда же, где стояла Мария. Довольная Зараза тут же принялась натираться о ноги людей, громко мурлыча и держа хвост трубой. — Слушай, точно... – прошептала Катерина, выпрямляясь. – Я не сплю? Или мы обе спали? Это была Оксана, в дорожной одежде и с гантелей?

Мария покивала и посмотрела на своё одеяние – ночную рубашку. Вздохнула, схватила со стула у кровати охапку своей одежды и твёрдым шагом направилась в сторону ванной.

— Маша! – позвала Катерина. – Не сходи с ума! Давай попробуем выспаться!

— Уже! – отозвалась Мария, перекрывая шум воды. Катерина вздохнула, помотала головой и уселась на кресло.

* * *

Минуты через три Мария, уже одевшаяся и свежая, присела рядом.

— Звонить ей бесполезно, да? – поинтересовалась она.

— Там все мобильники положено отключать, – отозвалась Катерина. – Чёрт, я тоже выспалась! Ладно, пойдём позавтракаем, что ли... Да, бесполезно, – добавила она. – Моя очередь готовить. Омлет будешь?

— Я всё буду, – сумрачно отозвалась Мария. Схватила ноутбук и, когда Катерина подала на стол, успела уже “воткнуться” и что-то найти.

— Приятного аппетита! – пожелала Катерина, водрузив чайник на конфорку, и положив перед собой и Марией тарелки и вилки.

— Катя, – позвала Мария, откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза. – У меня очень странная просьба.

— Говори, – с улыбкой отозвалась Катерина, вернув на место вилку. Боже, до чего странно и жутко видеть Ольгу – а слышать Марию!

— Поцелуй меня, – попросила Мария шёпотом. Открыла глаза и, встретившись взглядом с ошарашенной Катериной, добавила: – Пожалуйста!

Катерина улыбнулась, поднялась из-за стола, шагнула к Марии и едва ощутимо прикоснулась губами к её щеке. И сразу же отстранилась, выпрямляясь.

— Маша, с тобой всё хорошо? – поинтересовалась она.

— Всё замечательно, – подтвердила Мария, поднимаясь на ноги. – Нет, по-настоящему поцелуй. Это важно.

— Маша! – Катерина не отводила взгляда от глаз Марии, морщины собрались на её лице. – Не надо. Мы ведь уже разобрались, верно? Даже если Алёна...

— Считай это научным экспериментом. – Мария серьёзна как никогда. – Я всё объясню. Только раз, но по-настоящему. Пожалуйста!

Катерина не сразу решилась. А когда отпустила Марию, то саму её бросило в жар, в висках гулко стучала кровь, перед глазами всё двоилось. Провалиться тебе с экспериментами...

— Спасибо! – Мария помогла Катерине усесться на её стул. – И прости, я больше не попрошу. Я всё вижу. Знаешь, что я почувствовала?

— Что? – голос не сразу повиновался Катерине.

— Ничего, – слабо улыбнулась Мария и вновь поправила несуществующие очки. – Ничего такого. Хотела убедиться. Ольга и в самом деле натуралка. И я теперь.

— Чёрт... – голос едва повиновался Катерине. – Не делай так больше, ладно? – Она нетвёрдым шагом поднялась, добралась до раковины и стояла там минуту-другую, бросая в лицо пригоршни холодной воды. Решительно вытерла лицо мокрым полотенцем и вернулась за стол. – Сдуреть. Не думала, что на меня это так подействует. Ничего не почувствовала, говоришь?

— Вкусные губы, – заметила Мария невозмутимо, но рассмеялась первой. – Правда, очень приятные. Не знаю, как будто меня мама поцеловала, или сестра. Понимаешь, да? Получается, это всё тело?

— Может быть, – согласилась Катерина. – Ешь давай, экспериментатор, остынет. В наказание вымоешь посуду.

— Ой да пожалуйста! – фыркнула Мария и следующие три минуты они молча ели. Зараза ходила между людьми и продолжала натираться об их ноги.

— Мы видели Оксану, – посмотрела Мария в глаза Катерины ещё минут через пять. Теперь перед обеими стояли чашки с чаем, между ними – вазочка с печеньем, а на коленях Катерины разлеглась Зараза. – Знаешь, я узнала гантель. И посмотрела на её... ну, инвентарь там, в гостиной. Одной гантели нет.

— Откуда знаешь? – прищурилась Катерина недоверчиво.

— У Оксаны нет ничего лишнего, – терпеливо пояснила Мария. – Если бы испортила или испачкала гантель, выбросила бы и вторую. У неё вся её техника блестит, нигде ни пылинки, замечала?

“Это верно”, подумала Катерина, прижимая ладонь к пушистому кошачьему боку, ощущая приятное, живое тепло и вибрацию. “Везде может быть беспорядок, но станки её всегда в порядке”.

— И как такое возможно? – поинтересовалась Катерина, поднимаясь на ноги, к неудовольствию Заразы. – Не парься, я всё вымою, это я так. Как она могла взять гантель, а потом вместе с ней исчезнуть? Как она вообще здесь оказалась?

— Приземлятся – позвоним и спросим. И ещё. Я точно держала в руке алмаз, когда её увидела, – показала Мария свой “камушек”. – А ты?

— И я... – озадаченно отозвалась Катерина, демонстрируя свой. – Чёрт его знает что... Ладно. Что у нас сегодня в планах, сходить в то тайное общество?

— Ну да. Они открываются в десять, если вывеска не врёт. А я пока попробую поискать по тем пропавшим хоть что-нибудь.