Мантия вечности

38. Тень (Леонид)

Выходить в нижний мир по вечерам становилось для Леонида обычным делом. Пусть на пять минут, а может и на подольше – он и сам не мог в точности сказать, зачем ему это.

Он стал вести записи и собирать фотографии – стал протоколировать свои визиты, сохранять на компьютере и фотографии, и текстовые примечания.

Начинала проявляться закономерность. Откуда бы ни выходил Леонид, это всегда был ряд домов , соединённых торцами в один большой и длинный дом – притом, что отдельные дома были разного размера, из разных времён, отделаны в разном стиле. Леонид не считал себя знатоком архитектуры, но доводилось видеть самые затейливые фасады – то деревянные, то каменные, то кирпичные. Как-то раз соседний дом показался металлическим – своего рода бункером.

От выхода вёл небольшой подъезд – почти всегда возле него стояла скамейка – и выходил тот подъезд прямо на дорогу. Всё вокруг неизбежно поросло мхом, но удалив его с той дороги несколько раз, Леонид всякий раз находил подо мхом брусчатку. На вид старую: камни истёрты, отполированы – кто и когда здесь ходил, если все окна черны, все дома мертвы?

По то сторону дороги – всегда набережная, невысокие металлические перила, а за ними, взятая в бетонные – или каменные? – берега, несла беспокойные чёрные воды река. И под водой сновали крупные, на вид хищные силуэты.

Если пойти по набережной в любую сторону, рано или поздно попадался мост – и такая же дорога на другом берегу, и такая же стена из домов. Но стена длилась не бесконечно: несколько раз Леонид находил поперечную улицу, по одной такой он однажды и пришёл в то самое заброшенное недостроенное офисное здание – переделанное под склады.

И небо: низкие, фосфоресцирующие тучи, от них на всё ложился багровый отблеск. Ни разу не было, чтобы выпадали осадки – дождь или снег – хотя снег почти всегда лежал, поверх мха. Почти – но не всегда: несколько раз и снега не было, и воздух был не таким холодным. Отчего здесь всё так, где все обитатели (если они есть), где узнать об этом месте побольше – вот они, основные вопросы современности. Но ведь не спросишь! Леонид попробовал, крайне осторожно, ничего не упоминая, поискать по запросу “нижний мир” – и нашёл великое множество разнообразной чепухи. Настолько дикой и нелепой, что это понял даже он, ни в каком месте не специалист по религиям.

В свой предыдущий визит – накануне дня, когда Леонид впервые помог кошке – Леониду показалось, что за ближайшим мостом мелькнула тень – силуэт. Очертания человека. Кричать и шуметь здесь не хотелось: с одной стороны вроде как заверили, что для Леонида здесь нет ничего опасного, с другой – лучше перестраховаться. Очень уж недружелюбное это место, и совсем не для людей.

А ведь стоит изучить этот нижний мир по всем правилам науки: собрать всё для анализа, сделать побольше снимков. Кто сказал, что Леонид – единственный, кто вхож сюда по своей воле, и в состоянии по своей же воле выйти?

Начнём с малого. Леонид позаимствовал в лаборатории клиники баночки для анализов – не уточняя, правда, для каких – и собрал образцы мха, воздуха, отломил кусочек засохшей ветви с дерева. Хорошо бы ещё воды из той реки взять, но туда без огневой поддержки соваться не хотелось.

Образцы собраны, можно возвращаться с ежевечерней прогулки “на тот свет”, как сам про себя говорил Леонид, но он глянул на тот берег – и чуть не выронил все контейнеры с образцами. Силуэт. Человеческий; в здешнем полумраке не понять подробнее. Кричать не хотелось, особо привлекать внимание – тоже Леонид торопливо спрятал образцы (собирал, естественно, в медицинских перчатках) и поспешил к ближайшему мосту.

Силуэт тем временем двигался в противоположном направлении. Леонид шёл быстро, не забывая делать снимки: заблудиться тут легче лёгкого, и что тогда делать – неясно. Понятно, что можно попробовать войти в любую подобную дверь, вот только чем это кончится – неизвестно.

Леонид бодрым шагом пересёк мост, делая время от времени фотоснимки (без вспышки), и – большое везение – увидел тот самый силуэт. Человек, или что это было такое, так и брёл себе – вдоль моста. Хотелось окликнуть, попросить остановиться – но что-то помешало. То ли осторожность взяла верх, то ли что ещё – не смог. До силуэта, предположительно женского, оставалось каких-то сто метров, когда он – она? – резко повернула налево, к одному из домов, быстрым уверенным шагом пересекла дорожку подъезда и вошла. Леонид, уже забыв почти про всякую осторожность, бежал следом, уже практически настиг свою цель – успел рассмотреть, что это, вероятнее всего, женщина в плаще – и чуть не врезался с размаху в закрывшуюся перед носом дверь.

Распахнул. С той стороны дунуло ледяным морозным воздухом – дверной проём вёл на какой-то мост, и вряд ли в Москве. Леонид поискал вокруг хоть какой-нибудь тяжёлый предмет, чтобы заблокировать дверь – нашёл достаточно крупный камень. Некоторое время осторожность боролась с любопытством – победило любопытство.

Леонид шагнул – и пожалел, что так легко одет: в Москве зимы мягкие, годилась просто тёплая куртка. А сейчас пробирало основательно, стоять не месте нельзя. Леонид осознал, что город вполне живой и населённый – горят огни, видны многочисленные освещённые здания с россыпью огоньков-окон по обеим сторонам широкой реки – но сам мост отчего-то пуст. Леонид шагнул на мост – вначале оглянувшись – и увидел неожиданное: шагах в ста от него, спускаясь по мосту, шествовали всадник на светлой масти коне – а рядом шла – вероятно, та самая – женщина в плаще.

Что-то случилось. Мост во мгновение ока наполнился автомобилями, они неслись в обе стороны. Леонида только чудом не зацепило: клаксон взревел совсем рядом, и Леонид едва успел отпрыгнуть. И сразу же заметил стоящую по ту сторону патрульную машину дорожной инспекции. Похоже, и Леонида на той стороне заметили: из машины вышел сотрудник, в жилете со световозвращающими нашивками, и что-то крикнул, махнув рукой – явно Вадиму. И можно не гадать, по поводу чего крикнул: “Стой где стоишь!”

Ну да, конечно. Леонид оглянулся – проход так и вёл назад, в нижний мир – и, отступив за проход (сразу стало теплее и приятнее), он убрал камень и захлопнул дверь прежде, чем “гаишник” успел перейти мост.

Прохоров. Слежка

Странное сотрудничество с Никоновым начинало становиться смыслом жизни. Прохоров не сразу свыкся с мыслью, что своим недавним родным и близким он теперь совершенно чужой. Ну не получалось вот так взять, и вычеркнуть их из жизни. Даже если они тебя вычеркнули. Несколько раз ещё Прохоров пытался осторожно понаблюдать – и всякий раз обнаруживал, что и недавняя жена, и сын живут себе и не тужат по несуществующему теперь мужу и отцу.

Просто чудо, что привычка оставлять заначки и всякий раз готовиться к “плану Б” выручила настолько быстро: не было никакой гарантии, что тайники никто ещё не нашёл. Не нашёл – и найти себе пристанище получилось почти сразу.

И этот странный до оторопи Никонов, ставший совсем другим человеком после возвращения. Прохоров тогда и сам не мог понять, куда делся Никонов – те кровавые ошмётки, что собрали на месте его исчезновения, было практически нереально опознать. Именно поэтому тогда Кореец расщедрился на анализ ДНК – и вычел его стоимость потом из жалованья тех самых помощников, что профукали такого перспективного “клиента”.

ДНК подтвердила, что останки принадлежат Никонову. После чего некоторых сняли с должностей – что удивительно, Прохорова не тронули. Очень уж много полезного он успел сделать по этому делу (и не только) – Кореец, при всех его тараканах, умел и ценить кадры, и вовремя награждать. И вот Никонов снова здесь, и ДНК совпало – что уже поразительно: нет и не было у Никонова брата-близнеца.

...Прохоров убедился, что слежка за ним не прекращается. Агенты особо и не скрывались, но вот выяснить в точности, чьим они, оказалось трудно: деньги и прочие ценности Прохоров припас, часть ценных данных в виде компьютерных баз осталась при нём, но главное – это знакомства и связи. А вот они пропали напрочь: Прохорова теперь никто не узнаёт. Так то тогда следит за ним и Никоновым? Пока что ясно только, что это государственная структура. В этом Прохоров не сомневался, чутьё на этих людей никогда не подводило.