Мантия вечности

38. Поиски (Леонид)

— Интересуетесь Египтом? – поинтересовался Евстигнеев, когда, во время очередного перерыва, пересёкся с Леонидом в “курилке”. Разумеется, в клинике никто и нигде не курит. Это помещение следовало бы назвать столовой или кухней: туда заходили выпить кофе или чая, наскоро перекусить – причём основное правило клиники соблюдалось строго: никаких приправ с сильным запахом, ничего слишком острого, никакого алкоголя.

Тут процветал здоровый – буквально – образ жизни. Еда хоть и простая, но относительно безвредная; напитки бесхитростные, но вкусные. Одного только чая стояло чуть не полсотни сортов: разные сотрудники по своей инициативе приносили новые сорта. В том числе и сам Евстигнеев.

— С детства, – заверил Леонид, и не особо покривил душой: книги о мифах – адаптированные, пригодные для детей – водились в доме его родителей. – Всегда было интересно, почему тамошние боги – люди с головами животных.

Он указал на страницу книги, где слева было изображение Баст, а справа – Анубиса.

— Ну да, ну да, – покивал Евстигнеев. – Жизнь и смерть, кошки и собаки. Поскольку мы очень часто возвращаем наших четвероногих друзей с того света, поневоле можно и уверовать. Но вот Египет – это редкость. Обычно всё, так скажем, более современное. Я не говорил, что у меня есть знакомый египтолог? К слову, держит дома и кошку, и собаку. Обоих мы наблюдаем в нашей клинике.

— Нет, не говорили, – покачал головой Леонид. – А можно с ним пообщаться?

— Сегодня же и выясню, – пообещал Евстигнеев и сразу же нахмурился – тревожный вызов. Тяжёлый пациент. Они с Леонидом переглянулись, и Евстигнеев молча кивнул – за дело, нельзя терять ни минуты.

...Они и в этот раз вытащили пса с того света. Как и прежде – недосмотр хозяев. Ох уж эти люди! Леонид проехался, вместе с Евстигнеевым, по остальным филиалам клиники и выдал свои обычные заключения по поступившим животным.

* * *

В одном из филиалов Леонид заметил девушку, ожидающую вердикта хирургов – её кошку сбила машина. Не насмерть, но повреждений настолько много, что шансов у животного, как потом заметил Евстигнеев, не было. Девушка сидела, глядя остановившимся взглядом куда-то в пространство, и по щекам её непрерывно текли слёзы.

Может, это придало Леониду решимости – может, нет. В конце концов, кошки – точно такие живые существа, как и все прочие.

— Можно? – спросил он у Евстигнеева, когда они прошли в его кабинет. – Не уверен, что у меня получится. Но раз дела всё равно очень плохи...

— Да, разумеется, – спокойно отозвался Евстигнеев и распорядился. Леонид подошёл к операционному столу – животное ещё живо, сумели починить его, не удалив ничего жизненно важного, но вот выкарабкается ли – большой вопрос.

Дальше всё было, как там, с Полканом – на рынке. И Леонид успел заметить, как начинают заживать – прямо на глазах потрясённых хирургов и медсестёр – только что наложенные швы. Когда действие “заклинания” закончилось, кошка лежала и, казалось, просто и мирно спала. Она даже сделала попытку потянуться и перекатиться.

— Потрясающе! – высказался один из хирургов, глядя на столь же ошеломлённого Леонида. – А я ведь не верил ни во что такое. Как вы это делаете?!

— Не смогу ни объяснить, ни научить, – отозвался Леонид, ощущая озноб, жар и ломоту во всех мышцах. Теперь он сам чувствовал себя больным. – Простите, мне нужно где-нибудь посидеть.

Его отвели на здешнюю кухню, закутали там в одеяло, и вручили чашку горячего чая с лимоном. Евстигнеев появился минут через десять – едва он вошёл, как остальной персонал, восторженно поглядывавший на Леонида, предпочёл вернуться к работе.

— С вами так всегда? – полюбопытствовал Евстигнеев, заметив, что Леониду определённо стало лучше. – Вы и прежде жаловались... простите, говорили, что после такого лечения вам самому не очень хорошо. Сейчас я и сам заметил.

— Всегда, – согласился Леонид. – Скажу сразу, что людей лечить не пытался. И побаиваюсь.

— Да, чрезвычайно интересно... и неприятно, для вас, – покивал Евстигнеев. – Но я учёный. Вы согласились бы вести мониторинг вашего здоровья в таких ситуациях? Если откажетесь, я пойму.

— Без проблем. – Леонид допил чай и осознал, что всё прошло. Что получается – он, если можно так выразиться, сам делится своим здоровьем с теми, кого лечит? – Хоть сейчас.

— Сейчас я бы очень советовал сделать на сегодня перерыв. – Евстигнеев поднялся на ноги. – Каким бы ни был механизм ваших способностей – это всегда большая нагрузка на ваш собственный организм. Вряд ли это проходит бесследно. И ещё. Я придержу Мелиссу – ту самую кошку – на пару дней. Под предлогом послеоперационного наблюдения. Она полностью пришла в себя десять минут назад – бодрая, на вид – совершенно здоровая. Все кости срослись, все швы зажили. Мы первым делом сделали УЗИ, рентген – с кошкой всё хорошо. И я уже не дал бы ей те самые десять лет. От силы пять. Вы понимаете, почему я настаиваю на изучении вашего феномена.

— Я не возражаю, – согласился Леонид, – пока это не попадает в прессу, пока вы не называете имён.

— Вот и славно, – покивал Евстигнеев. – Хозяйку Мелиссы мы уже отвезли домой. Сказали, что очень велики шансы, что животное поправится – показали ей кошку издалека. Чтобы она увидела, что кошка дышит. Да, и насчёт того египтолога. Вот, – протянул Евстигнеев лист бумаги. – Там контакты. Просто сошлитесь на меня.

* * *

Леонид ехал домой, и размышлял. Лечить собак выходит намного проще – не настолько устаёт, не настолько чувствует себя больным и разбитым. А ведь попадали собаки в ещё более тяжёлом состоянии, нежели Мелисса – фактически, порой был фарш с костями. И всякий раз удавалось вернуть животное хозяевам, и почти всегда – со всеми частями тела. Иногда приходилось ампутировать часть лапы или хвоста – что поделать, и магия не всесильна. Сам Леонид не особо задумывался, что это такое и как может действовать – главное, что действует.

Леонид рискнул открыть одну из дверей служебного выхода в том самом филиале, где его отпаивали чаем – особым образом открыть – и, к огромному своему изумлению, увидел среди пейзажей нижнего мира ещё одну чашу-фонтан. Тоже без воды, тоже поросшую мхом. Буквально в десятке шагов от выхода, в глубине тамошнего сквера. Леонид не пожалел времени – даром что руки и ноги ещё не вполне слушались – и сделал снимки надписей. Если эти сооружения попадаются так часто, если не он один интересуется переводом надписей – это всё не зря.

А ещё нужны специалисты по криптографии, или как это называется. Тот человек с форума тонко намекнул, что часть надписи скорее походит на шифр: нужно вначале поменять иероглифы, потом уже переводить. Причём шифр, опять же по намёкам, может быть простым – подстановочным, например, когда иероглифы просто меняют взаимно-однозначно между несколькими наборами.

Как бы разговорить этого таинственного человека с форума? Леонид задумался и над этим – и заметил, что человек перестал отвечать на сообщения. Ну, тут непонятно. Причин может быть много – будем время от времени спрашивать, да и на другие ресурсы нужно заглянуть: Древний Египет – тема популярная, сообществ и любителей исследовать тамошнее время, верования и сохранившиеся тексты полно. Вот этим и займёмся. Едва только Леонид вошёл домой, как позвонил тому самому египтологу. На удивление, тот сразу же согласился поговорить – прямо у себя дома, чтобы без канители. Отлично: Леонид договорился на следующий день, а сам погрузился в дебри Интернета – нужно отыскать и другие сообщества знатоков языка. И специалиста по шифрам – желательно, надёжного.