Останься со мной?

Глава 3. В ответе за тех, кого приручил.

Леонид загнал машину во двор, достал из нее большие пакеты, отдельно из багажника - пакет с продуктами, и, нагруженный, пошел в дом, тяжело поднимаясь по крыльцу.

Войдя в сени, он сразу почувствовал этот аромат, с добавлением еще каких-то непривычных запахов. Заглянул на кухню - на плите побулькивал ароматный красный борщ, на столешнице и столе непривычно пусто, помытая посуда аккуратно разложена на сушилке. Потрогал занавески - влажные и пахнут порошком. Да, девчонка без дела не сидела. В большой комнате так же все чисто убрано. Разобраны его вещи и аккуратно сложены на диване, а из комнаты Жени доносятся приглушенные голоса. Осторожно приоткрыл дверь и увидел со спины соседку тетю Зину, которая сноровисто что-то раскладывала на диване, а рядом сидела Женя, кормящая младенца, маленькое полушарие груди скрыто за головкой ребенка, а по плечам рассыпались золотистые длинные волосы, в которых играют солнечные лучи. Он вдруг осознал, что, несмотря на худобу и изможденный вид, девушка обладает той особой нежной и чистой красотой, которую старались запечатлеть на своих полотнах все художники мира, хоть сейчас пиши с нее портрет Мадонны.

Он тихонько постучал в дверь и приотворил ее шире. Женя тут же прикрыла ладонью открытую часть груди, а соседка грузно обернулась к нему, Леонид поставил пакеты с покупками на пол у двери и кивнул на них:

-разбирайте, потом жду на кухне. - и добавил: - здрасти, теть Зин.

Вернувшись на кухню, он проверил готовность картошки в борще, а потом выключил под ним газ. Налил полный чайник и поставил на плиту. Вскоре на кухню вышла тетя Зина и вполголоса спросила.

-ну что, узнал что-нибудь? - вероятно, ей уже все доложил дед Миша.

-да особо ничего, но в роддоме медсестра сказала, что она вроде бы из Т…сы приехала с теткой, а та очень настаивала, чтобы девчонка от ребенка отказалась, но она ни в какую. А потом уже и врач пригрозил тетке, что вызовет участкового. Тем более, что Женя не гражданка.

-вот ведь, как оно! А может с родителями можно как-то связаться? - вздохнула тетя Зина.

-у меня завтра как раз дела в той стороне, заеду в их деревню, попробую что-то разузнать, Женя сама в очень подавленном состоянии, всего боится и ничего толком не говорит. По крайней мере, надо ее документы вернуть.

-да, да, ты разузнай!

В дверях показалась Женя, она переоделась в тот домашний костюм, что он ей взял на рынке. Он просто зашел в павильон и попросил там продавщицу собрать два комплекта домашней одежды и белья для молодой мамы самого маленького размера, и вот, как видно, все подошло. В руках она держала сложенные его вещи.

-я тут немного прибралась, - тихо сказала она, обращаясь к Леониду, - а еще нашла в холодильнике овощи и приготовила борщ.

-да я вижу! - улыбнулся Леонид. - тут давно такой чистоты не было! И борщ пахнет так, что я вот вот захлебнусь слюной.

Тетя Зина засобиралась домой, но они ее уговорили остаться на обед. Уже Женя сама хозяйничала на кухне, достала глубокие тарелки, налила всем борща, положила нарезанный хлеб, сметану, ломтики сала и даже квашенную капусту. Леонид заварил свежий чай и все приступили к еде. Борщ оказался очень вкусным, наваристым. Женя нашла в морозильнике свиную шею, ее и сварила.

Ей хотелось хоть чем-то отблагодарить Леонида. И пока малыш спал, она убралась в комнатах, а потом и на кухне. Сняла пыльные занавески, не умея включать машинку, она их хорошо постирала руками в порошке, отчего тут же пошла аллергия. Отполоскала, дала стечь воде, и еще влажными подвесила назад, карнизы удобные, круглые, да и установлены не высоко по-деревенски. Окна она тоже протерла, убрала все лишнее с подоконников. Разобрала все его вещи, подмела и протерла полы. В общем, за 4 часа, что его не было, дом очень преобразился, и Леониду это было приятно.

А соседка принесла целый узел детских вещей на младенца, даже зимний комбинезон. У нее внучка два года назад родила мальчика, и все его детские вещи, что стали малы, привозила в пакетах в деревню, наказав бабушке, чтобы раздала соседям, если кому надо, вот они и хранились до поры, а теперь пригодились.

Закончив с обедом, Женя быстро убрала посуду со стола, помыла тарелки, потом они проводили тетю Зину и Леонид предложил девушке научить ее, как ставить стирку. Все вещи для малыша, в том числе и те, что он купил на рынке в райцентре, они поставили стираться в первую очередь. Потом Леонид доспал сушилку и разложил ее прямо в большой комнате вдоль стены. Зимой сушить белье на улице нельзя, вся гарь от соседских печных труб будет на нем.

Вечером, отправляясь спать, он позвал Женю на кухню и сказал:

-Давай подумаем над именем для ребенка, уже вторую неделю живет человек на белом свете. Должно быть и имя ему.

Девушка несмело кивнула, и тихо вздохнула.

-отца как зовут? Давай, назовешь в его честь?

-Андрей. - ответила Женя, опустив глаза.

-а деда как звали?

-Федор.

-ну вот, уже два имени есть. Хороший выбор.

Женя покачала головой.

-не думаю, что папа будет рад такому…

-Ну хорошо, а дядю то как звать?

-Сергей. Но тоже не пойдет…

-так, погоди минутку. - он встал, достал православный календарь, мать как-то привозила еще в прошлом году. - говори, какого числа родился пацан?

- 16 марта.

Леонид быстро перелистал на нужный листок и начал читать перечень имен, написанный под основным текстом мелким шрифтом.

-Александр, Денис, Емельян, Иван, Павел, Роман, Трофим, Эмиль, Юлиан, Ян.

- Роман. Красивое имя. - неуверенно прошептала Женя.

-ну вот и хорошо. Пусть будет Роман! Ромка!

Позже Леонид долго ворочался на кровати и не мог уснуть. Фамилию девушки он выяснил в роддоме, а вечером таким нехитрым способом узнал имя ее дяди. Найти эту семью будет не сложно. Наметив на завтра план действий, он уснул со спокойной совестью.

Среди ночи вдруг пришлось проснуться в какой-то смутной тревоге. Лежа в темноте, Леонид не сразу понял, где он находится, а потом осознал, что слышит снова плач младенца, который не прекращается. Он ждал какое-то время, но понял, что там в комнате явно что-то происходит. Пришлось встать, натянул на себя футболку, и выйдя в коридор, решительно постучал в дверь, а затем открыл ее. Женя ходила по комнате, держа на руках захлебывающенося в плаче Рому.

-я не знаю, что с ним. Простите, что вас разбудили. - заплаканные воспаленные глаза смотрели на него с мольбой. Леонид взял ребенка из ее рук, быстро положил на диван, развернул, ощупал вздутый животик, посмотрел, как он ножки выпрямляет с силой.

-так, там масло детское должно быть, - кивнул он на пакет, стоявший на полу у комода, - давай сюда скорее.

Девушка быстро достала из пакета нужный флакон и подала Леониду, он открыл, капнул на руку и быстро растер ладони одна о другую, а потом начал поглаживать крохотный животик по часовой стрелке. Младенец сначала еще порывался плакать, потом начал успокаиваться и напряжено покряхтывать. Женя, наблюдая за всеми манипуляциями, снова лила свои беззвучные слезы, которые сейчас стали так раздражать Леонида.

-не реви! - отрывисто буркнул он ей, - ничего страшного тут нет. У него просто колики. Это со стороны кажется так страшно. Конечно, ему очень больно, вот и орет. В роддоме не учили что ли, как действовать?

Женя помотала головой, ладонями вытирая лицо. Леонид закончил с массажем, согнул ножки малыша в коленях и начал раскачивать их в обе стороны, потом взял малыша на руки, положил спинкой себе на грудь, продолжил держать его ножки согнутыми, слегка надавливал ими на животик. Рома кряхтел, тужился, и вскоре они с облегчением услышали долгожданные звуки.

-положи сухую пеленку на батарею, надо ее нагреть и потом, как подмоешь и поменяешь подгузник, положи теплую пеленку ему на животик. А такой массажик делай перед каждым кормлением, и через час-другой после. С молоком то как? - спросил он, передавая ребенка в руки матери.

-хорошо все, еще идет желтое, но вот тетя Зина сказала, что через три дня должно уже пойти молоко.

Леонид только сейчас разглядел, что на девушке какая-то старинная полупрозрачная сорочка до пят, которая совершенно ничего не скрывает, он такую точно не покупал, наверное соседка и принесла. Его словно жаром обдало от близости девушки, и Леонид тут же застыдился своих мыслей и взглядов, резко встал и вышел, придержав ей дверь, чтобы она прошла с младенцем в ванну.

Сходил на кухню и выпил стакан воды из ведра, прохлада разлилась по горлу вниз и немного привела его в порядок. Он снова вернулся в свою комнату и лег на кровать. Из головы не шла эта картина: юная девушка в ночной сорочке, младенец на ее руках, ее распущенные волосы, каскадом спадающие ниже спины… было в этом образе что-то такое хрупкое и одновременно прекрасное, отчего и в сердце Леонида разливалось волной тепло и нежность… С этими мыслями он снова, незаметно погрузился в сон.

Леонид возвращается с работы, поздняя ночь. В деревне был пожар, тушили все вместе, чтобы огонь не перекинулся на соседние дома, которые стоят так близко друг к дружке, соединенные еще и крышами хозпостроек. Как же он устал. В носоглотке сухо и стоит стойкий запах гари, кажется, он весь им пропах… вот и дом. Окна зияют своей чернотой. Он поднимается по крыльцу, заходит в сени. В доме стоит завесой дым выкуренных сигарет. Опять Алла курила в доме! Включив свет на кухне, он видит, что стол завален грязной посудой, здесь явно было пиршество, лежат среди рюмок пустые бутылки водки. Нет, правильно сосед ему сказал, пороть надо эту бабу, а иначе быть беде! Леонид быстро идет в детскую, слыша, как громко сопит нетрезвая Алла в их спальне. Он открывает дверь и подходит к кроватке сына. Почему он спит на животе? Руки тянутся и переворачивают малыша на спинку. Его тельце какое-то зажатое и… холодное. Леонид наклоняется к ребенку все ниже и ниже, видит его абсолютно белое личико… оно все ближе и ближе, и вот его губы касаются холодного носика…

Он резко сел на кровати, отгоняя свой вечный кошмар… за окном светало. Где-то пели отчаявшиеся петухи. Вроде конец марта, а зима все еще не прощается… Леонид вскочил, растер лицо руками, отгоняя сон и навеянные им видения, а потом пошел умываться.

К его удивлению, на кухне возилась Женя и вкусно пахло жареными яйцами. Он быстро прошел в ванну, залез в душ, и включил воду, с наслаждением подставляя под прохладные струйки свое разгоряченное лицо.

На кухне он появился уже полностью одетый в форму. Женя как раз заканчивала печь оладушки, а когда он сел за стол, тут же поставила перед ним дымящийся омлет с жареным луком и кусочками сосисок. Королевский завтрак! Обычно он жевал сухой бутерброд и потом только вечером ужинал.

-Как Рома, спит? - Спросил он у девушки.

-да. Он больше не плакал, и пеленочку я ему ложила на животик. - улыбнулась Женя и тут же добавила - спасибо вам большое!

-а тебе спасибо за завтрак! Для меня это прямо роскошь какая-то! - улыбнулся ей в ответ Леонид. В утреннем свете она снова была похожа на запуганного и растерянного ребенка, и с такой Женей ему было общаться легче. - я сегодня на дежурство, а вы справляетесь без меня! Если что, тетя Зина живет в соседнем доме, а дед Миша - в доме справа от того, где мы вас нашли. Но на улице холодно, поэтому сидите лучше пока дома!

Он с удовольствием съел весь завтрак и попросил положить оладьи с собой в небольшой контейнер. А еще Женя ему заварила кофе в термос, и сложила все в пакет. Леонид поблагодарил девушку, затем вышел во двор и завел машину, чтобы прогрелась. А он пока стоял рядом и курил. Сейчас заедет в контору, быстро разберется с текучкой, а потом поедет в то село, выяснять информацию о своей гостье. Самым верным будет, как он считал, узнать координаты ее родителей и связаться с ними. А к этим ее родственничкам Жене лучше не возвращаться.

Машина прогрелась, он выехал за ворота, закрыл из за собой и поехал дальше, надеясь, что у него все получится именно так, как задумал.