Останься со мной?

Глава 12. Снова в студентки.

Утром Женя проснулась первой.

Сначала она долго лежала, не шевелясь, боясь нарушить эту странную, хрупкую тишину. Леонид спал на боку, лицом к ней, а Рома лежал у его груди, уткнувшись носом в футболку, и откинув свою маленькую ручку на сгиб руки Леонида, которой он инстинктивно придерживал малыша даже во сне.

У Жени защемило внутри.

Он казался сейчас совсем другим, таким открытым, беззащитным и спокойным. Ей до боли захотелось протянуть руку и дотронуться до его волос.

Женя долго смотрела на них. Запоминала. Отчего-то именно эта картина совместного сна показалась ей чем-то самым сокровенным и важным.

Потом девушка осторожно выбралась из кровати, стараясь не скрипнуть пружинами, и ушла в душ. Тёплая вода смывала остатки тревоги. Короткие волосы непривычно быстро высохли, и, глядя в зеркало, Женя снова на секунду не узнала себя, но теперь это ее уже не пугало.

Когда она вернулась в комнату, оба уже проснулись.

Рома лежал поперёк кровати и заливался смехом, а Леонид, делая серьёзное лицо, изображал страшного зверя, который хочет его укусить за пухлую ножку. Увидев её, он замер на секунду, потом в смущении отвел глаза и быстро вскочил.

Ему всё ещё нужно было привыкнуть к этой новой Жене.

- Доброе утро, - сказала она мягко.

- Доброе, - ответил Леонид и тоже отправился в ванну. Женя дала сыну игрушки и обложила его в кровати подушками и одеялом, он уже отлично переворачивался и крутился вокруг своей оси.

Пока она быстро готовила завтрак- омлет, хлеб и кофе- Леонид успел умыться и одеться. В чистой свежей футболке и джинсах он вдруг перестал напоминать строгого милиционера из деревни. Женя украдкой посматривала на него, накрывая на стол. Позавтракав, они быстро собрались, и час спустя уже стояли перед институтом.

Старинное, массивное здание из красного кирпича с белыми декоративными полосами и обрамлениями больших арочных окон, которые отражали утренний свет. Обновленный свежей краской фасад и множество деревьев, высаженных вдоль стен, под которыми стояли длинные скамьи.

От входа тянулся небольшой козырёк, под которым уже толпились студенты.

Внутри пахло свежей краской. Длинные светлые коридоры, с высокими сводчатыми потолками расходились в обе стороны от входа. Стены недавно перекрашены в бледно-персиковый цвет, с белыми панелями внизу. Деревянные полы покрашены традиционной половой краской. Все готово к новому учебному году.

Женя замедлила шаг.

- Красиво, - тихо сказала она. Перед ее внутренним взором вставали коридоры ее родного института, веселые лица подруг-одногруппниц, и чередой проносились воспоминания о беззаботных днях ее студенчества.

У двери деканата было людно.

Длинный коридор тянулся вдоль высоких окон. С низких подоконников тянуло прохладой. На стене висели списки поступающих, распечатанные на тонкой серой бумаге. Кто-то нервно перечитывал фамилии, кто-то перешёптывался.

Женя присела на жёсткую деревянную скамью и задумчиво теребила край папки с документами. Леонид стоял рядом, прислонившись к подоконнику, постукивая по стеклу костяшками пальцев, чтобы отвлечь малыша. Рома сначала крутился, потом утомился и тихо бил ладошкой по стеклу, пытаясь повторить движения мужчины.

- Всё нормально, не волнуйся ты так! - тихо сказал Леонид, наклоняясь к Жене. - У нас все подготовлено.

Она кивнула. Но всё равно сердце билось слишком быстро.

Наконец дверь с табличкой «Деканат» открылась.

- Следующие.

Кабинет оказался просторным и строгим. За большой стойкой сидела молодая девушка - аккуратная причёска, тонкая цепочка, строгий костюм. Лицо спокойное, почти холодное. Взгляд быстрый и оценивающий.

Она взяла папку, пролистала документы, не поднимая головы.

- Паспорт… заявление… Справку из вашего учебного заведения приложили? А, вот она. А это что за письмо? - Подняла она на Женю строгий взгляд.

-Это от нашего главы райадминистрации. Очень уж нужна там школа. - ответил за нее Леонид. Девушка кивнула.

-Вроде все в порядке.

Голос деловой, без лишних интонаций.

- Вы именно на заочное обучение? - уточнила она.

- Да, - ответила Женя.

- Работать будете?

Женя на секунду замялась.

- С сентября начну.

Девушка кивнула, сделала пометку.

- Тогда так. Приходите через два дня, после распределения по группам. Получите направление, список дисциплин и график установочной сессии.

Она наконец подняла глаза.

- Стоимость обучения - пять тысяч рублей в год. Оплата - до начала занятий.

Женя почувствовала, как внутри всё сжалось. Пять тысяч! У нее нет таких денег… Она машинально посмотрела на Леонида. Он перехватил её взгляд сразу.

- Все нормально, мы оплатим, - спокойно сказал он, обращаясь к методистке.

Женя глубоко вдохнула.

Девушка из деканата тем временем уже продолжала:

- У заочников обучение строится иначе, чем у очников. Осенью - установочная сессия: лекции, методические рекомендации, списки литературы. Дальше вы готовитесь самостоятельно. Зачёты и экзамены сдаёте в период основной сессии.

Она говорила быстро, чётко, как по инструкции.

- Учтите: у заочного отделения дополнительный семестр. Государственные экзамены проходят зимой, не летом, как у очников. К ним нужно начинать готовиться заранее. Самостоятельной работы будет много. Все необходимые учебники можно будет получить сразу в библиотеке.

Женя слушала внимательно, стараясь не пропустить ни слова. Страх постепенно отступал, уступая место сосредоточенности. Ведь нужно во всем этом разобраться и запомнить.

- Вопросы есть? - холодно уточнила девушка.

Женя покачала головой.

- Тогда ждём вас через два дня.

Когда они вышли обратно в коридор, шум показался оглушительным. Женя остановилась у окна. Она хотела взять из рук мужа спящего Рому, но он ей не отдал.

-У нас с тобой на сегодня есть еще одно дело. Я вчера созвонился с профессором, и он выделил для нас время сегодня. Если сейчас выедем отсюда, как раз успеем попасть и у нему.

-Это по поводу моих… приступов? - Женя почувствовала, как вверх по рукам побежали мурашки. Страшно все это вспоминать.

-Да, я обещал твоей маме. Хотя давно уже не случалось, но все-таки стоит проконсультироваться.

Больница находилась в старом трёхэтажном здании недалеко от центра.

Внутри всё было удивительно чисто и многолюдно. Длинные коридоры, высокие потолки, запах лекарств и хлорки. На стенах - пожелтевшие медицинские плакаты.

Женя шла рядом с Леонидом и чувствовала, как с каждым шагом внутри нарастает напряжение. Она не любила больницы. Слишком беспомощной она чувствовала себя в этих стенах.

- Не волнуйся, - тихо сказал Леонид. Он снова нес на руках Рому, который успех выспаться и пососать грудь еще в машине.

Кабинет находился в конце коридора. На табличке значилось: «Профессор, доктор медицинских наук…» Фамилия строгая, звучная.

Леонид предварительно созванивался с ним по номеру, который дала Татьяна Михайловна. Врач знал, что они приедут. Молоденькая медсестра, видимо помощница, пригласила их внутрь.

Профессор оказался мужчиной лет шестидесяти. Спокойные глаза, мягкий голос, внимательный взгляд.

- Проходите. Присаживайтесь.

Женя села в глубокое кресло и не знала, куда деть свои руки, ставшие вдруг такими тяжелыми и неуклюжими. Леонид кратко и сдержанно описал, что он наблюдал со стороны: внезапные приступы, ощущение удушья, онемение, кратковременная потеря сознания и последующее бессилие.

Профессор слушал, не перебивая.

Потом перевёл взгляд на Женю.

- А теперь я хочу услышать от вас, как жто происходит? А вам лучше пока выйти и подождать в коридоре. - обратился он к Леониду, - Позвольте мне поговорить с вашей супругой наедине. Это важно.

Леонид замешкался, посмотрел на Женю. Она кивнула. Когда дверь закрылась, в кабинете стало слишком тихо. Профессор долго говорил о симптомах, о дыхании, о реакции организма на стресс.

Потом он чуть сменил тон.

- Скажите… эти приступы начались после определённого события?

Женя опустила глаза.

- Да. - Пауза. Он не торопил.

- Это было связано с угрозой вашей жизни?- Он не произнес само определение того, что случилось с девушкой, но оно словно повисло в воздухе.

Женя почувствовала, как внутри что-то резко сжалось. Она кивнула, не поднимая головы.

- Вам не нужно рассказывать подробности, - сразу добавил профессор. - Мне важно лишь понять характер травмы.

Она попыталась сказать вслух. Горло пересохло. Перед глазами вспыхнули не картинки даже - ощущения. Запах. Тяжесть. Чужое дыхание слишком близко на ее лице...

И вдруг она снова не смогла вдохнуть глубоко. Второй вдох получился шумным, рваным.

Профессор сразу увидел перемену.

- Всё. Достаточно. Смотрите на меня.

Но тело уже ей не повиновалось. Ладони похолодели. Пальцы начали неметь. Сердце забилось слишком быстро. Стены будто отодвинулись.

Женя помотала головой, пытаясь сосредоточиться на лице доктора сквозь мутнеющую пелену перед глазами.

-Женя! Женя. - доктор уже стоял склонившись над ней, нащупывая пульс на ее ледяной и мокрой руке, - Это паническая атака. Она закончится.

Голос врача оставался спокойным, заземляющим.

- Вы в безопасности. Это мой кабинет. Вот окно. Свет. Вы здесь.

Он говорил конкретные вещи - чтобы вернуть её в реальность.

-Сосредоточьтесь, назовите мне три предмета, которые видите.

Девушка с трудом сфокусировала взгляд.

- Стол… часы… окно…

Дыхание всё ещё сбивалось, но постепенно замедлялось. Через несколько минут приступ начал отступать.

Когда Леонида позвали обратно, он сразу понял - что-то произошло. Женя избегала его взгляда, но ему уже хорошо был знаком этот ее вид после приступа.

Профессор объяснил спокойно:

- Травматическое воспоминание запускает физиологическую реакцию. Это типично при посттравматическом расстройстве. Организм реагирует так, словно опасность происходит снова.

Он посмотрел на Леонида.

- Очень важно, чтобы рядом был человек, который не пугается её состояния.

Потом уже мягче обратился к Жене:

- Это не болезнь в полном понимании слова, а скорее реакция нервной системы. И с ней можно работать. Во-первых, дыхательные техники. Я вам запишу схему. При первых признаках - медленный вдох на четыре счёта, задержка, длинный выдох. И обязательно заземление - смотреть по сторонам, называть предметы, возвращаться в «здесь и сейчас».

Он записал на листке простые инструкции.

Дальше профессор пояснил, что Жене бы хорошо проработать травму с психологом, и порекомендовал даже, где его найти. Но, конечно, с учетом того, что они живут в деревне, к психологу Жене вряд ли удастся попасть. Самое главное для девушки - это были в безопасности, ощущать себя в ней, и доверять кому-то. Леонид на это кивнул, соглашаясь.

-Начните с простого. - снова обратился профессор к Жене, - Найдите одного человека, которому вы сможете все рассказать. Вам необходимо проговорить вслух все, что случилось. И тогда вы сможете отпустить и жить дальше. Вы должны осознать, что случившееся - не ваша вина.

Женя впервые подняла на него глаза.

- Стыд питает вашу травму. Разговор её ослабит, поможет вам идти вперед.

Он аккуратно сложил лист бумаги.

- И ещё. Не избегайте жизни. Учёба, работа, планы - все это возвращает ощущение контроля над вашей жизнью.

Провожая их до двери, профессор похлопал участливо по плечу Леонида и тихонько шепнул ему - выведите ее на откровенный разговор, только так ей можно помочь справиться.

Леонид кивнул и достал деньги.

- Сколько мы вам должны?

Профессор посмотрел на них долго. Потом покачал головой.

- Ничего.

- Но…

- Вы приехали издалека. Молодые, ребенок на руках. Вам сейчас деньги нужнее.

Он протянул руку Леониду.

- Просто выполняйте рекомендации.

Потом улыбнулся Жене:

- И запомните. Приступ - это не смерть. Это волна. Она поднимается и обязательно спадает. Вы справитесь.

Покидая стены этой больницы, Женя впервые почувствовала облегчение. Когда знаешь, что это такое с тобой происходит, а не строишь в уме немыслимые догадки, опасаясь, что сходишь с ума - как то вдруг легче заглядывать в будущее и строить новые планы.