Останься со мной?

Глава 2. Страх отступает

Женя медленно просыпалась, в полусне вытянув руки над головой и еще не отпустив сон, где мама с улыбкой стояла у плиты и жарила картошку, а в окно вливался яркий солнечный свет, а ей, Жене, как-будто все еще 16 и надо делать уроки на завтра. Счастливая беззаботная жизнь, ласковая мамина рука гладит по голове, слегка растрепав челку. Женя открывает глаза, и вдруг понимает, что она не дома, мама бесконечно далеко и даже не знает, что с Женей произошло…

Она резко села на кровати, вспомнив о сыне. Малыш мирно спал, смешно почмокивая своим крохотным ротиком. Женя вспомнила все события прошедшего дня… вот перекошенное от злобы и ненависти лицо тетки, когда она в очередной раз упорно отказалась оставлять ребенка в роддоме. Как же, он же такой крошечный, и она ему так нужна!!! Он не виноват ни в чем! Не оставлю, он - мой!!! Тетка принимает решение, и забрав их с роддома, договорившись с соседом, везет по новому адресу. Скоро сын в гости приедет с семьей, пусть Женька со своим ребенком им на глаза не показывается! Поживет там, в доме. Все есть, справится! Раз решила стать мамой, вот и пусть! Все сама! А то ишь, ребенок ей нужен! Дурочка! Кому она-то нужна с ним!

Холодный дом с затхлым запахом. Но Женя даже рада, что будет жить одна, подальше от тетки. В роддоме учили, как ухаживать за малышом, да и помнит кое-что, нянчила дочку соседки. Тетка оставила пачку памперсов и пеленки, по дороге заехали в магазин, купила Жене мыло хозяйственное, консервы рыбные и хлеб, оставила 3000 на продукты, сказала - сама сходишь в магазин, умная же такая! Вот и живи с ребенком, учись взрослой жизни! Через неделю приеду, посмотрю, как ты передумала! Отвезти его не поздно будет!

Нет, не передумает Женя. Прижимает крохотного сына к груди, стоит в горле водопад слез, но при тетке плакать не будет. Уехали, наконец. Стала разбираться с печкой, не получается разжечь, хоть как пыталась. Нашла какую-то старую книгу, всю в пыли, порвала страницы, по-больше, вроде пошел процесс и печка задымила прямо в комнату. Села Женя на старый пыльный диван, прижала к себе сынишку и ревет, беззвучно, по привычке. Мамочка, зачем вы так решили, лучше бы дали умереть! Отправили к чужим этим людям. Жить тошно. Но теперь есть малыш. Женя так и называет его «малыш», имя никак на ум не идет.

Легла потом на диван, укрылась старым одеялом, прижала к себе сыночка да и уснули оба. А когда проснулась, снова попыталась печку разжечь, малыш плакать начал, как вдруг кто-то стал громко стучать в дверь, у Жени сердце вниз оборвалось, а тут еще и дверь открылась и показался этот косматый дед, сама не ожидала она, что снова приступ начнется. Когда окончательно все затуманилось, чувствовала как сквозь пелену, как ее подняли с пола чьи-то крепкие руки, положили на диван. А когда в себя приходить начала, услышала, голос. Скорую хотят вызывать! Нет! Тогда тетка точно придумает, как отнять у нее малыша! Собрала всю силу в кулак и выдавила из себя слова, чтоб без скорой.

А потом, уже позже, когда и дом худо-бедно теплом наполнился, вдруг снова стук. А там этот, серьезный, взгляд у него такой, словно прям в душу смотрит. Позвал к себе. И хотела Женя отказаться, да страшно тут. За сына страшно, вдруг замерзнет, заболеет! И пошла за ним послушно. Он малыша несет, она рюкзак свой. А там дома тепло, пахнет вкусно пельменями. И вдруг решила Женя, будь что будет. Главное, чтобы малыш не замерз!

И вот утро, светит в окно слабый свет, небо снова свинцовое, наверное опять снегопад будет, весны все не видать. Женя встала, подложила сыну подушку под бочок, и тихонько выглянула из комнаты. Тихо в доме. Она быстро пробежала в туалет, умылась, увидела зубную щетку, новую, явно для нее оставил, с огромным удовольствием почистила зубы, все дела сделала, и так же назад прошмыгнула.

Вскоре малыш начал просыпаться, вспомнив наставления хозяина дома, она осторожно оголила грудь, которая показалась ей слегка увеличенной, потянула за сосок, вроде какая-то капля показалась. Взяла сына на руки, и сунула сосок в нетерпеливый ротик. От с такой силой присосался и затих, а Женя с удивлением смотрела на него, поглаживая пальчиком нежную щечку. Неужели появиться молоко?

Вдруг услышала стук, будто дверь хлопнула, а потом и шаги в стороне кухни, значит он уже проснулся давно. Шаги стихли совсем рядом, и вдруг дверь в их комнату тихонько приоткрылась. Женя вскрикнула, и прикрыла рукой полушарие груди, а мужчина быстро отвернулся и спросил, получается ли кормить. Женя ответила утвердительно.

-Как закончите, жду на кухне. Разговор есть. И завтракать будем.

Разговор Женю страшил даже больше, чем сам мужчина. Что она может ему сказать? Но деваться некуда. Малыш сосал долго, часто прерываясь, расслабленно засыпая, и только Женя хочет отнять от груди, как он снова с силой присасывается. Наконец он расслабленно выпустил сосок, и Женя разглядела в уголке его ротика какую-то желтую каплю. Если это молоко, почему не белое? Может с ней что-то не так? И нельзя ему давать сосать? Как же страшно за это маленькое существо! Придется спросить, явно хозяин знает о младенцах больше, чем она.

Уложив сына на бочок, подперла его спинку скрученной пеленкой. Потом достала из рюкзака расческу, быстро расчесала волосы и заплела длинную косу. Волосы то уже почти ниже попы доросли. Закончив с косой, Женя осторожно выглянула из комнаты, а потом несмело прошла на кухню. Под ложечкой сосало от голода, даже слегка тошнило. Остановилась в дверях и тихо сказала ему: - доброе утро.

-доброе утро, Женя. Проходи и садись, не стесняйся.

Она села за стол, наблюдая, как он выгребает со сковородки и раскладывает по тарелкам яичницу. Поставил перед ней ее порцию, подал вилку, одновременно пододвигая тарелочку с нарезанными ломтиками сала.

-спасибо! - почти прошептала Женя и опустила глаза. - я вчера не спросила, как вас зовут. Как то все так быстро было…

-Лёня я, - по простому ответил хозяин. - так и зови.

-дядей Лёней? - несмело уточнила Женя.

-Какой же я дядя?! - почти обиделся Леонид. - тебе сколько лет-то?

-двадцать в октябре исполнилось. - тихо проговорила Катя.

-Ну вот, а мне 36… всего… или уже… но в дяди я тебе точно не гожусь. Если только в братья. Так что ешь давай, пока горячее!

Женя зачерпнула вилкой солидный кусок и отправила в рот. Пока жевала, старалась на него не смотреть.

-покормить получилось? - спросил Леонид и она подняла на него взгляд.

-угу. А вы знаете, ну, какого цвета должно быть молоко? А то, что-то желтое было там, вдруг оно испорченное?

Леонид хмыкнул. Надо же, мама, и в молоке не соображает ничего!

-первым приходит молозиво, оно желтое и самое полезное для ребенка. Только почему у тебя не сразу пришло… Хотя так бывает, от стресса, когда ешь плохо. - он снова разглядывал ее худобу, качая головой. А Женя смутилась еще больше. Но орудовать вилкой не переставала. Уже и забыла, когда ела такую вкусную еду.

-может расскажешь о себе? - спросил Леонид. - откуда ты?

Девушка назвала страну в Средней Азии, Леонид присвистнул.

-разве там русские живут?

-конечно, живут. Много. Хотя раньше больше было, только многие переехали в Россию в 90е еще.

-А родители где? Тоже согласились, чтобы ты с ребенком одна была? - спросил Леонид.

Женя опустила голову, изо всех сил сдерживая слезы.

-Они… не знают.

- о чем не знают? Что тебя одну оставили, или про ребенка не знают? - вдруг догадался Леонид. Женя кивнула. И всхлипнула.

- не реви! Ешь давай, хорошо же, что молозиво пошло. Тебе кушать надо - уже более мягко добавил он. И снова протянул Жене салфетку. Девушка вытерла слезы и нос, и принялась молча жевать яичницу.

- Слушай, я ведь не к тому, чтобы в душу лезть. Просто… что делать с тобой дальше, сам пока не понимаю.

- давайте мы вернемся туда, и все. Спасибо за ночь в тепле. Разберусь с печкой…

- об этом и речи быть не может! Нечего вам там делать. - категорично возразил Леонид. Он встал, взял закипевший чайник с плиты, налил в большую кружку немного густого чая из заварочника и разбавил его кипятком, потом поставил кружку перед девушкой и проделал те же манипуляции для себя.

-Женя. Я хочу помочь. Понимаю, что в твоей жизни какая-то беда случилась. Не хочешь, не говори. Но мы вместе должны подумать, как тебе помочь, хорошо?

Женя кивнула, не поднимая глаз.

-отец ребенка, он местный, или из твоей страны?

Девушка вздрогнула, потом подняла на него свои огромные глаза, полные слез и такой безысходной боли, что у него опять все внутри скрутило от жалости.

-нет у него отца, он только мой!

Леонид отступил. Явно дальше не стоит лезть с расспросами. У девушки ручьем льют по лицу эти беззвучные слезы, которые она пытается спрятать за чашкой с чаем.

Когда она немного успокоилась, Леонид решил спросить о тете.

-получается, вы сразу с роддома сюда приехали?

Женя кивает, все еще вглядываясь в свою кружку с чаем.

-А до роддома ты где жила?

-у них.

-это где? В этой деревне?

-нет, в другой.

- Как называется?

Женя пожимает плечами - я не спрашивала, они меня на вокзале встретили и привезли домой.

-Они это кто? Тетя?

-и дядя. Мой. Он папин брат.

- А, так тетя не родная тебе. А когда это было? Когда ты в Россию приехала?

- в сентябре еще.

Леонид быстро прикидывает в уме. Значит ребенка ей заделали там еще. Может родители в наказание ее услали, оторвали от любимого парня, поэтому так страдает дуреха. Молодость же, любовь, может, первая. Самая самая…

-Женя, а документы твои где? Ну, паспорт там, еще что?

- у тети остались, я про них забыла…

-а справку в роддоме дали?

Девушка кивает. Леонид думает. Там хоть можно какие-то данные о ней узнать.

-а свидетельство сыну взяли вы? - машет головой. Да что ж такое?! - имя и хоть дала ему?

Девушка снова поднимает на него глаза, в этот раз он вдруг разглядел, что они у нее какие-то темно-серые, с синим отливом, в глубину их засасывает, если взгляд не отвести.

-я…не знаю… как его назвать… - проговорила Женя. - может вы придумаете?

Вдруг слышен плачь младенца. Она вскакивает и бежит в комнату, возится там с ним.

Леонид опять сидит и думает, что же с ними делать? Потом решает начать с самого первостепенного - надо смотаться в район, на базар, купить все необходимое на первое время, малышу что, девчонке какая-то одежда нужна, памперсы опять же. Он убирает посуду в мойку и одевается, подходит к двери и громко спрашивает, нужно ли что купить. Девушка благодарит и отказывается, ожидаемо, в принципе. Сам разберется, нет, так продавшицы помогут!

Быстро выходит во двор, заводит машину, и идет открывать ворота. А за ними сталкивается с соседом.

-Леня, девка-то пропала. Пошел глянуть с утра, а нет их.

-не переживай, дед Миш, я их ночью к себе забрал, мучился, уснуть не мог. Вот хочу в район поехать, да купить что-то для ребенка, и у нее-то с собой ничего нет. Странная история, толком не говорит ничего.

-ой, это ты молодец какой, Лёнь! Я то тож всю ночь не спал, да напугать снова боялся. Думал до утра то не замерзнут поди, печку то растопил! Ну хорошо, ты поезжай, парень! А я тут до тетки Натальи схожу, может чего она поможет!

Леонид похлопал деда по плечу и пошел к машине. Выехав со двора, он закрыл за собой ворота, обернулся на дом, увидел, как от окна отпрянула Женя, пожал плечами, да снова сел за руль и поехал вдоль по улице. Как раз на воскресный базар успеть можно. Да и в роддом заехать успеет, расспросить персонал о Жене. Может так узнает, где ее тетка живет…