Останься со мной?

Глава 7. Решиться на звонок.

-Вот, значит, как! - в дверях конторы стояла разгневанная Галина, раскрасневшаяся то ли от эмоций, то ли от быстрой ходьбы. С улицы доносилось веселое звяканье капели с крыши.

-Ну привет. - поздоровался Леонид, вставая из-за стола. - Как так?

Женщина прошла внутрь и с силой захлопнула дверь за собой.

-мне, значит, ты три года голову морочишь, а тут, как оказалось, другой ребеночка заделать успел? - она стояла перед ним, кипя от ярости, но в глазах женщины читалась боль и растерянность.

-Галя, я же тебе говорил уже, это тебя никак не касается, и наших отношений тоже!

-каких таких отношений? - воскликнула Галина , - нет никаких отношений! Надоело до чертиков это все! Я все жду, когда ты перестанешь нудить это свое - не хочу жениться! И поймешь, наконец, что мы хорошая пара! А ты! Молоденькую нашел! - на последних словах у нее все-таки выступили слезы на глазах.

-Галя, мы с самого начала все обсудили! - Леонид тоже начал нервничать. Почему он должен оправдываться как мальчишка, ничего не обещал, все обоюдно было. Она тогда сама сказала, что ей тоже не нужны серьезные отношения, двое детей, замужем нажилась, еле избавилась от мужа-алкоголика. Что ищет только тепла и ласки. А теперь вон оно что, ждёт, оказывается.

-знаешь что, Леня! У меня тоже и гордость есть, и человеческое достоинство! - женщина круто развернулась на каблуках и сделала шаг у двери, а потом добавила - дорогу ко мне забудь! - и выскочила за дверь, снова ею громко хлопнув.

Леонид вздохнул, достал из бушлата пачку сигарет и вышел в коридорчик, чтобы закурить. Что за день сегодня. С утра пришлось с пьяным дебоширом разбираться, потом прибежала бабка Лида с и жалобой на соседа, чей пес на ее кур кидается, так они сами забредают не туда… и теперь еще и Галина.

На прошлой неделе он, наконец, разобрался с документами на Рому и вписал себя как отца. Мальчик получил российское свидетельство, и теперь надо было готовить документы Жени на РВП. А и деревня есть деревня, уже донесли Галине про ребенка. Сама же Эльвира и постаралась, наверное. Бабская солидарность. Вот же дура! Леонид в сердцах стукнул кулаком о стену. Все наперекосяк идет!

Вернулся за свой стол, опять повертел в руках бумажку с номером телефона жениной мамы. Тогда, советуясь со своей мамой, спросил как же быть в этом случае. Женя наотрез отказывается связываться с родителями. Они даже не знают, в каких условиях она тут жила и что теперь у нее есть ребенок. Тамара Васильевна сказала сыну, что он однозначно должен позвонить. Мама всегда поймет. Мама есть мама. Еще неизвестно, что ей там тетка наговорила. Поэтому, он должен позвонить и все объяснить. Но дело еще в том, что есть разница во времени, а Женя говорила что мама работает в школе. Значит, дома бывает только вечерами. Это ему надо как минимум в 9 вечера звонить, да лучше не из деревни, а то Зойка с телеграфа тут же всем разнесет подробности разговора. Надо ехать в райцентр. Там кабины с хорошей звукоизоляцией.

Закончив заниматься отчетом о текущих делах, он закрыл контору, сел в машину и все-таки поехал в райцентр. Успел на рынок, закупил кое-каких продуктов, да памперсы для малыша, потом перекусил в кафе на автовокзале, где вечерами собиралась местная молодежь в основном. Шла вторая неделя апреля, снег везде уже почти растаял, и молодежь радостно заполонила весенние улицы. Леонид сидел за столиком еще час, попивая горячий кофе. А ближе к 9 сел в машину и поехал к телеграфу.

Перед тем, как набрать номер, он совсем разволновался, но взял себя в руки, набрал международный 0 и потом длинный ряд цифр, который записала для него тетка Жени. Трубку долго не брали, гудки сбросились. Он подождал минуту и набрал снова.

-Алло? - Женский голос звучал устало, будто человек только что проснулся.

-Ольга Александровна? - Голос Леонида был сух, деловой. Он и сам еще не знал, как начнет этот разговор.

-Да… Кто это?

- Меня зовут Леонид Орлов. Я из России. Милиционер. Вы мать Евгении?

В трубке воцарилась тишина. Леонид слышал слабые шумы, щелчки, будто женщина сжимала телефон в руке.

- Да, - голос ее дрогнул. - Что случилось?

Леонид помолчал. Слишком много слов не хотелось говорить сразу.

- Женя сейчас в безопасности, - сказал он, и снова услышал в трубке тяжелый вдох.

- Где она? Что с ней? - теперь в голосе Ольги Александровны звучало напряжение.

- Давайте сначала проясним один момент, - медленно сказал он. - Вы отправили дочь в Россию полгода назад. Вы знали, как ей жилось у тетки?

- Да… Вернее, нет… - Женщина сбивалась. - Они говорили, что все хорошо. Что Женя помогает по дому, что ей там спокойно.

Леонид сжал челюсти. Спокойно. Ну да, конечно.

- А вы с ней говорили? Лично?

- Нет, только с Валей. Женя… она не хотела со мной разговаривать.

- А вас не насторожило?

- Послушайте, что вообще происходит? - голос ее стал резче, даже испуганней.

Леонид помолчал. Он не любил такие разговоры, но выбора не было.

- Ваша дочь родила.

Тишина.

- Что? - Ольга Александровна будто бы не верила своим ушам.

-У нее сын. Ему скоро месяц.

Тишина теперь была совсем другой. В ней было не только потрясение - там закипали эмоции, которые женщина пока не могла выразить словами.

- Как… - выдохнула она. - Как это возможно?..

- Вот это я и хотел бы у вас спросить, - сухо сказал Леонид.

- Я… - Она осеклась. - Я не знала…- послышался сдавленный всхлип.

Леонид коротко рассказал, при каких обстоятельствах познакомился с Женей и Ромой, и что они живут пока в его доме. Мама девушки рыдала в трубку, не в силах что-то сказать. Леонид терпеливо ждал, пока она возьмет себя в руки. Когда она немного успокоилась, он четко и по существу расписал, какие шаги предпринял и что собирается сделать, чтобы помочь Жене получить гражданство.

-я так понял, что вернуться назад она не может, в связи с обстоятельствами… - Он не мог напрямую сказать, что знает, какие именно обстоятельства, - но и сообщать вам о ребенке она тоже не хочет - винит себя, стыдиться. Хотя смогла противостоять тетке и не согласилась оставить младенца в роддоме.

Ольга Александровна снова заплакала.

-давайте я вам вышлю деньги. Я пока не могу сама приехать, меня просто не отпустят в школе, у меня выпускной класс. Но как только дадут отпуск, я поеду!

-деньги пока не нужны, не переживайте. Тетка отдала те, что вы прислали в последний раз, плюс я оформил единовременное пособие на ребенка. А вещи для него соседи надавали, все есть.

Леонид продиктовал свой номер в конторе, договорились, что по субботам Ольга Александровна будет звонить в определенное время, а он постарается уговорить Женю на разговор с мамой.

К дому он подъехал уже в 11 часу, на кухне горел свет, а из окошка выглядывала обеспокоенная Женя. Когда он зашел в дом, она уже заваривала чай. От того, что она его дожидалась в груди снова разлилось такое тепло. Девушка хотела разогреть ему ужин, но он отказался. Принял кружку с чаем из ее рук, отхлебнул.

-Женя, ты только не обижайся. - начал он, и тут же увидел страх в ее глазах.

- Что вы! Вы и так для нас сколько всего сделали! - начала она, решив, что Леонид все-таки нашел для них с Ромой кризисный центр.

-ты не так поняла. Я же сказал, что пока гражданство не получишь, будете жить у меня, не переживай. Я о другом.

-о чем? - она опустила глаза, чтобы скрыть набежавшие слезы.

- я ездил в райцентр и задержался там, потому что… говорил с твоей мамой.

Женя закрыла лицо руками и всхлипнула.

-ты совершенно напрасно переживаешь, что мама не поймет, не простит или что ты там еще себе выдумываешь. Мама тебя очень любит, переживает за тебя, а теперь и за Рому. И она сказала, что ты большая молодец, что не сдалась и не оставила сына в роддоме.

Девушка вскочила с места и убежала в ванну. Он пошел за ней и стоял слушал, как она ревет в голос, уткнувшись в полотенце, чтобы он не слышал. Так хотелось открыть дверь и обнять ее, прижать к себе, дать защиту, поддержку. Но он понимал, что этим только напугает ее, а любой испуг заканчивается приступом. Поэтому просто стоял и ждал, а когда рыдания немного стихли, он постучал пальцами в дверь.

-Женя, прошлое изменить нельзя. Но у тебя и у твоего сына есть будущее. Ты сможешь его сделать таким, каким захочешь, понимаешь? Все наладиться. Не реви!

Он прошел на кухню допивать чай, спустя пять минут вернулась и Женя. Она избегала смотреть ему в глаза, чтобы он не видел ее, покрасневшие. Девушка еще раз поблагодарила его за все, что он делает для них и пожелала спокойной ночи. Проходя мимо их комнаты, Леонид все равно услышал тихие всхлипы.

Ночь. Он снова подъезжает к дому на машине. В окнах темно, забегает на крыльцо, распахивает дверь. Бежит в темноте в комнату, везде только тьма и пустота. В комнате лунный свет освещает кроватку у окна, Леонид медленно подходит к ней, и видит спящего Рому, он наклоняется к нему и хочет взять на руки, но внезапно кроватка становится слишком глубокой и он не может дотянуться до ребенка, который все продолжает отдаляться куда-то в глубь и темноту.

Леонид открывает глаза и не может отдышаться после очередного кошмара. Дом погружен в тишину, и только луна слабо освещает окно его спальни. Он не может снова уснуть, ворочается в темноте, липкий страх сковывает сердце. Все-таки встает с кровати, и натянув футболку и трико, тихо выходит за дверь. Три шага по коридору и вот он стоит у двери в комнату Жени. Осторожно приоткрывает ее, стараясь, чтобы не скрипнула, но она все же скрипит. Заходит внутрь, и подходит к кроватке малыша. Рома спит на боку, под спинкой скрученная пеленочка. Это он посоветовал Жене так делать, чтобы ребенок не спал на спинке, ведь тогда вероятность апноэ становиться выше. Мужчина наклоняется ниже, и его сердце так быстро и гулко бьется, что мешает услышать тихое дыхание Ромы, наконец, ребенок делает во сне более глубокий вздох и шевелит своей крохотной ручкой.

Убедившись, что с ним все в порядке, Леонид успокаивается, и спешит так же тихо выскользнуть за дверь. Но его взгляд все-таки падает на спящую на диване девушку. И сердце снова начинает выбивать свой бешеный ритм. В лунном свете хорошо видны очертания нежного тела под тонкой сорочкой, вскинутые над головой руки выставляют на обозрение маленькие полные груди, смотрящие в разные стороны, и под кружевами он легко угадывает темные круги сосков. А дальше складки сорочки прикрывают небольшой округлый живот и спускаются к бедрам. Одна нога девушки немного откинута в сторону, и тонкая ткань нежно скрывает треугольник между бедрами девушки.

Мужчина задержал дыхание, наслаждаясь этой картиной. Все что он хочет в эту минуту - накрыть ее нежное тело своим, захватить ладонями ее сладкую грудь, найти в темноте ее губы и зажечь поцелуем страсть в ее теле. Но тут перед его внутренним взором всплывает скрюченное тело на полу коридора и ее полные ужаса глаза в ту ночь, когда они столкнулись и ее руки уперлись в обнаженную грудь Леонида. Стиснув зубы, он тихо выходит из комнаты и тихо проскальзывает в сторону ванны. Не хватало еще снова довести до приступа бедную девушку.

Умываясь холодной водой, Леонид пытается справиться со своим возбуждением. Но вода слабо в этом помогает. Накинув бушлат, он выходит во двор, закуривает сигарету и мысленно ругает себя на чем свет стоит. Благодетель, твою мать. Взрослый мужик и заглядывается на девчонку, которая и так травмирована, еще его приставаний не хватало. И в то же время какая-то другая его часть кричит о том, что это естественно, он мужчина, а она такая красивая, нежная, как можно себя сдерживать? Она ведь так благодарна. И что? - подключается снова голос совести? Благодарна - не значит готова отдаться. Она испытывает ужас перед всем этим. И возраст у них слишком разный. Она ему доверяет, а он тут со своей похотью…

Леонид затупил сигарету и пошел в дом, твердо решив, что даже смотреть в сторону девушки не будет. И общение надо минимизировать, чтобы держать под контролем свои низменные желания. Взялся помочь - доведи дело до конца! А не слюни пускай при виде женского тела. Не животное ведь! Но все же еще долго он не мог уснуть, потому что перед глазами так и стояла картина спящей Жени, окруженной голубым сияние луны.