Не входит в служебные обязанности

3

Глава 3

Влад

Опаздываю. Очень сильно, но я не виноват — рейс перенесли аж два раза. И я уже пожалел, что не смог, как говорила мама, вылететь на пару дней раньше. Но работа у меня всегда стояла на первом месте, в этом плане я перфекционист. Всё должен проконтролировать сам, только в таком случае я уверен в результате. А в результате я уверен — именно поэтому я вытягиваю из жопы компании, в которых работал.

Прибыв на место, где брат празднует свадьбу, не спешу пройти в зал. Сначала уточняю у администратора, где мой номер. Принимаю душ и переодеваюсь. И только потом спускаюсь вниз. И снова не спешу показываться, наблюдаю со стороны. Я рад за Никиту. Разница у нас довольно большая, восемь лет, и я хорошо помню его мелким и как чувствовал себя ответственным за него. Во дворе и в школе все знали: это мой брат, его обижать нельзя. Потом он и сам уже мог постоять за себя. Но ещё долго про него говорили: «Это малой Князя». Дурацкая кличка, что прицепилась в классе пятом и сопровождала даже в университете.

И вот мой младший брат женится.

Лика мне нравится, мы встречались всего несколько раз, но она произвела приятное впечатление — светлая, добрая девушка. И я очень хочу верить, что Никите, в отличие от меня, повезет с женой.

Да, я тоже был женат. Свадьбу сыграли на последнем курсе универа. Казалось, вот она — большая и светлая любовь на всю жизнь. Но Ульяна спустя пять лет брака решила, что я недостоин такой принцессы, как она. Что я жадная тварь, которая думает о работе больше, чем о ней, но при этом денег на всё ее хотелки не даёт. Но тогда у меня и правда не было на все её желания, и работал я много именно потому, что её запросы росли просто с космической скоростью. И если сначала это были волосы, ногти, брови, массаж, море, то потом нужна была машина, пластика, курорты подороже, одежда только бренд — не ходить же ей как лохушка, и т.д. При этом ее обязанности по дому сокращались, даже готовить сама перестала совсем, с работы тоже ушла спустя года три, наверное. Нет, я, конечно, не против того, что мужчина должен обеспечивать свою женщину, но тогда, извините, и женщина должна давать что-то в ответ, кроме раздвинутых ног. Этого добра и с меньшими затратами хоть отбавляй.

И был еще один момент. Если в первые годы о детях я и сам не думал, хотелось встать на ноги, то потом она заявила, что рожать и портить фигуру не собирается. А ведь хотелось семьи, чего-то родного, тёплого... не знаю... Короче, каждому нужен человек, к которому хочется возвращаться. И я в какой-то момент понял, что Ульяна — не тот человек. Я подал на развод, так эта сучка ещё меня виноватым сделала и квартиру, что подарили мои родители, между прочим, отсудила. Мне-то было всё равно, но мама до сих пор зла. А я свалил подальше. И теперь я один из ведущих антикризисных управляющих в стране. За меня борются фирмы, и мои контракты приносят мне прибыль, о которой когда-то я и не мечтал. Нет, вру — мечтал. Всегда хотел неприлично много зарабатывать.

А вот моя бывшая бесится, ведь могла жить припеваючи, но оказалось, что такого лоха, как я, что готов был её обеспечивать, найти не так просто. Года два назад она даже пыталась снова сойтись. Наивная. Она была мне уроком, который я выучил очень хорошо. И женщины в моей жизни с тех пор — всего лишь красивое приложение. Сейчас в их любовь я не верю вообще. Им нравится количество денег, что я могу на них потратить. Моя внешность им тоже нравится. Но вот насколько искренне они интересуются мной, а не моим кошельком – вопрос.

Вот поэтому я очень надеюсь, что Никите с Ликой повезло. И она не превратится через пару лет в меркантильную сучку. Нежная девочка, ласковая и брата любит, это видно. Даже сейчас льнет к нему и смотрит с таким восхищением.

Рядом с молодыми стоит женщина в облегающем бордовом платье, волосы собраны в высокую причёску, оголяя длинную шею, грациозная осанка, зачётная задница и красивые ножки. У всех мужиков есть своя любимая часть женщины. Кто-то предпочитает большую грудь, кто-то шикарный или, наоборот, тощий зад. Кто-то утверждает, что это глаза, или ключицы, или тонкие запястья. У каждого свой фетиш, и он точно есть. Как ни странно, но одной из самых сексуальных частей тела для меня были ноги, а точнее — та часть, где голень переходит в ступню, так называемый ахилл. Так вот, у неё он был тонкий, изящный. Прекрасно. По крайней мере, теперь я знаю, с кем уйду с этой свадьбы.

Беру поудобнее букет и покидаю своё место наблюдения. Никита замечает меня и тут же улыбается, улыбка появляется и на лице Лики. А я жду, когда же обернётся та, что стоит ко мне спиной. И она это делает.

Не молодая, но меня возраст и не сильно волнует. Красивая. Это не девичья нежность, а зрелая, отчеканенная красота, как на дорогой фотографии. Высокие скулы, упрямый подбородок, губы, собранные в лёгкую, едва уловимую складку — не недовольную, а сосредоточенную. Морщин почти не было, лишь лёгкие следы у глаз — не от возраста, а от выражений, которые это лицо знало. Взгляд – не пустой и не кокетливый. Спокойный, ясный, оценивающий. Он скользнул по мне, будто сканируя на предмет дефектов, и тут же, без тени смущения или интереса, отвёлcя. Будто поставил галочку: «объект не представляет ценности» и вернулся к своим мыслям.

В ней не было ни капли суеты или желания понравиться. Она была самодостаточным артефактом в этом шумном празднике. И в этом было что-то невероятно... заводящее. Мне нравится то, что я вижу, и тело реагирует на неё однозначно. «Хочу», — вот что оно говорит, и мозг с ним согласен. Потому что такая — не сломается от одного взгляда. Её нужно завоевывать. А я обожаю сложные задачи.

Оказалось, это мама Лики. Сюрприз, блин.

Я честно решил отказаться от своей изначальной идеи. Какое-то время даже присматривался к гостям на свадьбе, искал новый объект, но мой взгляд то и дело возвращался к женщине, что сидела почти напротив. Изящная, утончённая, с отстранённым спокойствием в каждом движении, нежной улыбкой. Она появлялась, когда Лиза смотрела на дочку, или разговаривала с сидящими рядом гостями.

Я не люблю бороться со своими желаниями. Поэтому, когда появляется возможность, приглашаю Лизу танцевать. Правда, для приличия обращаюсь по имени и отчеству. Она на меня не смотрит — это злит. Я привык, что нравлюсь женщинам, а эта словно и не замечает. Но мне нравится ощущения, которые испытываю, пока держу её в своих руках. Она макушкой достаёт мне до переносицы, но это на каблуках, без них будет до подбородка.

Люблю утончённых, изящных женщин, а Лиза такая. Решение приходит спонтанно, но, как я говорил, бороться со своими желаниями я не люблю. А сейчас мне безумно захотелось её поцеловать. Увожу её в танце к краю зала, а там тяну в какой-то коридор. Я и так проявил потрясающую выдержку. Она возмущается, негодует, а я действую. Целую. Сразу набрасываюсь, атакую, проникаю языком в рот, углубляя поцелуй. И мне нравится, пиз**ц как нравится. Завожусь мгновенно, чувствую, как член пульсирует, упираясь в ширинку. Руки уже шарят по её телу, пытаюсь задрать подол платья, но в этот момент она словно приходит в себя, отталкивает и даже отходит на несколько шагов.

— Лиза... — выходит хрипло, я ведь уже нарисовал в голове картинку, как закидывать эти шикарные ножки себе на плечи.

— Какая Лиза? — возмущается, делая большие глаза, а потом, удивительно спокойно, как королева, с достоинством и гордо поднятым подбородком, добавляет: — Я спишу эту ситуацию на алкоголь. А сейчас уйдите.

— Не хочу... — немного смешно, так снисходительно она это произнесла, словно я глупый мальчишка, не умеющий себя контролировать. А я, кстати, почти не пил.

— Вон! — крикнула, указывая пальцем на дверь. Злится, но остаётся красивой.

Облизываю губы, всё ещё ловя её вкус, прячу руки в карманы — уж очень хочется снова её в руках своих ощутить, — но даже не двигаюсь. Могу понять, что для неё это было неожиданно, поэтому сейчас правильнее было бы договориться словами. Но тут она говорит совсем по-другому, неожиданно растерянно.

— Пожалуйста. Мне необходимо пару минут побыть одной.

И вот сейчас я почему-то не могу ей отказать. Слишком хрупкой она выглядит, уязвлённой. Решаю дать ей время переварить ситуацию и поэтому ухожу.

Присоединяюсь к Никите и его друзьям. Краем глаза отслеживаю появление Лизы. Танцую с мамой, потом с Ликой. Ещё с какими-то девушками. Некоторые откровенно кокетничают, но мне неинтересно. Я уже выбрал себе цель. Правда, она очень удачно избегает меня, даже не смотрит в мою сторону.

Выловить её удаётся на улице, когда все выходят смотреть фейерверк. И снова приходится бороться со своими принципами, ведь мне жутко хочется её обнять, согреть, и не только, но я лишь накрываю её плечи своим пиджаком.

Она не благодарит, принимает как данность, устремляет свой взгляд в небо, где взрываются первые залпы. А я смотрю на неё. И чего прицепился? Явно ведь, что она против моего внимания, но, может, именно это и заставляет действовать? Не замечаю, как всё заканчивается. Выплываю из своих мыслей, когда мне в грудь упираются её руки вместе с моим пиджаком.

— Спасибо, — говорит Лиза.

И снова решение спонтанное, необдуманное. Поднимаю руки, словно хочу взять пиджак, а сам беру в плен её запястья. Несколько шагов — и мы оказываемся в тени здания, спрятанные от глаз гостей, что под впечатлением от фейерверка возвращались в зал для продолжения праздника.

— Ты меня избегаешь? — сталкиваюсь с недовольным взглядом.

— Мы на «ты» не переходили, — шипит, но лишь улыбку у меня вызывает.

— Да ну. Я думал, это произошло автоматически после того, как мой язык побывал в твоём рту, — она сверкнула глазами. Наверное, хотела меня пронзить этим взглядом, но, к сожалению, к её сожалению, только ещё больше возбудила.