ШахOFF

Глава 5

Глава 5 Алекс

Толпа дожидалась результатов экзамена по технологиям уже битый час. Я была одной из них. Сидеть было скучно, и мы с Янкой придумали себе развлечение: пока ждали, решили сделать маникюр. Янке — немного денег и опыта, а мне — приличные ногти.

Янка — заморенная худышка, с двумя тёмными хвостиками и в смешной шапочке или косынке — не отрывала взгляда от ногтя, только приговаривала:

— Держи ровнее. Если срежешь кутикулу до крови, новый лак будет смотреться как криминальная хроника. И перестань дёргаться. Ты вся напряжена, будто на допросе.

Я прикусывала губу и смотрела в пространство.

— Он вчера должен был быть на разборе работ у декана, — возмущению, казалось, не было предела. — Говорят, приходил лично, хотел узнать мои оценки, ну, спорные. Представляешь? Сидел такой… весь в дорогом кашемире и этих своих дурацких очках в тонкой оправе.

Янка наносила базовое покрытие плавными, твёрдыми движениями. Её пальцы были категоричны и уверены. Я вздрагивала от прикосновения, но не отдёргивала руку. Мои мысли явно были далеко от процесса маникюра. Первый слой тёмно‑бордового лака лёг идеально. Движения Янки были точны, почти ювелирны. Даже когда я не замирала, наблюдая, как лак ложится ровным глянцевым слоем, мой взгляд снова устремлялся куда‑то вдаль — к дверям деканата, — а мысли возвращались к отчиму:

— Век бы его ещё не видать. Просто жесть!

— Ты так его расписываешь, будто он не отчим, а экспонат на аукционе. Дорогой кашемир, тонкая оправа… Он же женится на твоей матери, а не на тебе, — Янка поставила флакон с лаком на столик. Её взгляд стал пристальным и оценивающим. Шум толпы затихал в фоновом режиме, превращаясь в далёкий гул.

— А, понимаю, — продолжила она, подумав. — Ты в своей старой квартире, одна. А он — в том большом доме с твоей матерью. Удобно. Дистанция для фантазий. И для случайных визитов «проверить, как ты там одна».

Я презрительно фыркнула. И тогда Янка пришлось взять меня за руку снова. Её пальцы теперь не казались такими холодными — от работы или от напряжения в воздухе? Большим пальцем она водила по внутренней стороне моего запястья, где пульс бился учащённо. Да и дыхание сбивалось.

— Он… он вчера звонил. Сказал, что мама просила передать мне коробку с новыми книгами. Велел завезти вечером. Точнее, его очередной секретарь.

Уголок рта Янки дёрнулся в подобии улыбки.

— Вечером. К одинокой девушке. С коробкой книг. Оригинально. И что ты наделала, встречая его? Серый худи, который сползает с одного плеча?

Я покраснела. Мои пальцы непроизвольно сжимались, но Янка удерживала мою руку в неподвижности, чтобы не испортить маникюр.

В воздухе повисло напряжение, смешанное с ароматом лака и кофе. Я молчала, глядя куда‑то сквозь пространство, а Янка продолжала работу, словно ничего не произошло. Но мы обе понимали: разговор только начинался.

— Да, ничего. Тупо не открыла. Не хочу!

— Так ты что, его не видела? Вообще ни разу…

— Кого, очередную рожу помощника? Нет! И не собираюсь.

При этом мне страшно не хотелось признавать, что я вообще никого не видела. Все о будущем отчиме слышали, но фоток не было.

— Что может быть общего у него с твоей матерью? — вдруг спросила Янка.

Я нахмурилась, словно сама себе подобный вопрос никогда не задавала. Несколько секунд молчала, глядя в пустоту, а потом сердито произнесла:

— Понятия не имею. Мама всегда была… другой. А этот… Он авторитет и в то же время какой‑то влиятельный человек. Все о нём слышали, но никто никогда не видел толком. Ни фоток, ни страничек в соцсетях — вообще ничего. Будто невидимка.

Янка внимательно посмотрела на меня, приподняв бровь:

— Может, твоя мама видит в нём то, чего не видишь ты? Ну, знаешь… может, он не так плох, как думается?

Я фыркнула, качая головой:

— Да ты что! Он же… Он просто хочет прибрать к рукам что‑то! Мама работала у него прислугой, а теперь он вдруг зовёт её замуж! И она старше его на 15 лет! Всё это выглядит ну очень странно. У нас же нет никаких денег, мы вообще ноль в финансовом плане. Так что я не знаю…

Янка не стала спорить, мягко улыбнулась и сосредоточилась на маникюре. Но во взгляде читалось сомнение. Она знала, что я склонна к поспешным выводам, но не хотела сейчас вступать в спор.

Тем временем в зоне отдыха постепенно становилось тише — студенты начали расходиться, получив результаты экзамена. Мы с Янкой словно не замечали этого. Мы были погружены в свой мир, в наш разговор, который затрагивал самые болезненные струны моей души.

Когда маникюр был почти закончен, Янка нарушила молчание:

— Знаешь, может, ты слишком предвзята? Ты ведь его даже не видела. Может, он не такой уж и монстр?

— Ты серьёзно? Правда думаешь, что я дам ему шанс? После всего, что я о нём слышала? Он же какой‑то там криминальный, т‑фу! А мама… Она же совсем другая! Что у них может быть общего?

Я остро вскинула голову, глядя на подругу с недоверием, и Янка пожала плечами:

— Я не говорю, что ты должна его полюбить. Но быть настолько категоричной… Может, несправедливо? Может, у этого брака есть причины, о которых мы не знаем? Любовь, например… Знаешь ли, люди влюбляются иногда.

Я вздохнула, глядя куда‑то вдаль, пытаясь представить себе загадочного и мерзкого отчима. И в голове возникали расплывчатые образы, подпитываемые слухами и собственными страхами.

— Нет, — твёрдо решила я. — Это всё слишком подозрительно. Мама заслуживает лучшего. А он… он просто хочет что‑то получить от неё. Я в этом уверена. И выясню что?

Янка промолчала, слегка сжала мою руку, давая понять, что она рядом и поддержит в любом случае.

Я посмотрела на свои ногти, блестящие новым лаком, и снова задумалась о будущем.

— Я говорю, что ты строишь целую крепость из предубеждений, даже не видя врага в лицо. Ты слышала слухи. От кого? От таких же студентов, которые сами ничего не знают. Твоя мать — взрослая женщина. Неужели ты думаешь, она позволила бы какому‑то монстру войти в свою жизнь? Может, в нём есть что‑то, что видит только она?

— Может, она просто боится быть одной. Или… или он что‑то на неё имеет. Шантаж, например, из‑за чего‑то, когда она у него работала.

— Или, может, они просто нашли друг в друге то, чего не хватало каждому. Он — стабильность, заботу, любовь. Она — тепло, искренность, ту самую «поддержку», как ты говоришь. Противоположности притягиваются.

— Так, хватит! — взорвалась я. — Где Кеша?

Я подняла глаза, разыскивая парня взглядом. И тот, словно по приказу, тут же вывернул из‑за угла.

Кеша — невысокий, крепко сбитый парень в очках с толстой оправой и носом‑кнопкой — явно слегка запарился. Он всегда любил рюкзаки, и сегодня огромный рюкзак был у него за плечами. Обе девушки уставились на него.

— Ну, что ты принёс? — нетерпеливо спросила я.

Кеша кивнул:

— Принёс. Только… тут не всё так просто, как ты думаешь, Алекс.

Он расстегнул молнию главного отделения, но не вытащил ничего, а лишь заглянул внутрь, словно проверяя содержимое. Его пальцы слегка дрожали.

Я сделала шаг вперёд, и голос мой прозвучал чётко:

— Что значит «не так просто»? Ты же сказал, что сможешь найти хоть что‑то. Гони сюда!

Кеша, немного помявшись, достал пакет с резиновым самотыком. Руки его чуть подрагивали, когда он протягивал его.

Я схватила пакет, внимательно осмотрела, и в моих глазах мелькнуло разочарование:

— И это вот такое? Ты серьёзно? Я надеялась на что‑то менее существенное!

Янка, которая всё это время молча наблюдала, наконец вмешалась:

— Он же старался как мог? Не стоит так резко…

Но я не слушала её. Я повернулась к Кеше:

— Ты уверен, что это всё, что ты смог найти? Мы рассчитывали на наиболее аккуратный вариант. Это же критически важно!

Кеша пожал плечами, глядя в пол:

— Я сделал, что мог. Искать было трудно, и это лучшее, что я нашёл по близости. Не знаю, ты же хотела быстро…

— Ладно, разберёмся.

— Может, не стоит давить на него? Он старался, правда, — Янка мягко положила руку на моё плечо.

И я, бросив на подругу короткий взгляд, снова посмотрела на Кешу:

— Хорошо, спасибо. Извини, я бываю грубой. Да, прости меня.

Кеша кивнул, надел рюкзак и, не говоря ни слова, пошёл в направлении деканата узнавать наши результаты. Я посмотрела ему вслед, потом снова перевела взгляд на пакет в своих руках.

— Ну что ж. Придётся работать с тем, что есть. Но это всё равно кажется мне недостаточным…

— Да, но мы хотя бы что‑то получили. Может, достаточно? — Янка немного точно трусила, потому вздохнула.

Я задумчиво посмотрела на пакет, будто пытаясь угадать его скрытые возможности. В моих глазах всё ещё читалось недовольство, но я понимала, что подруга права.

— Возможно, — ответила я не слишком уверенно. — Но я всё равно не уверена, что этого хватит…