Оля
Совещание закончилось через час, который растянулся для меня в вечность. Когда последние участники покинули зал, я осталась сидеть на своем месте, глядя в пустую папку. Руки внутри стола дрожали так, что я была вынуждена сжать их в кулаки. Я только что уничтожила человека. Я видела, как Леви, этот самодовольный хищник, который еще с утра казался мне недосягаемым, выходил из зала почти ползком, раздавленный доказательствами, которые я выложила на стол.
Антон стоял у окна, заложив руки в карманы брюк. Он выглядел спокойным, почти расслабленным, но я чувствовала, как в кабинете буквально гудит воздух от напряжения, которое он источал.
— Ты была хороша, — произнес он, не оборачиваясь.
— Это было жестоко, — шепотом ответила я. — Вы просто… уничтожили его.
Антон наконец повернулся. Его глаза, обычно холодные, сейчас горели странным, темным интересом. Он сделал шаг ко мне, потом еще один, сокращая расстояние, пока не оказался в моем личном пространстве.
— В этом мире, Ольга, либо ты ешь, либо едят тебя, — он нагнулся, опираясь рукой на спинку моего стула, полностью блокируя мне путь к отступлению. — Ты хотела справедливости? Ты её получила. Разве это не то, о чем ты молча мечтала, пробираясь по темным улицам после увольнения?
— Я хотела справедливости, а не становиться палачом, — парировала я, глядя ему прямо в глаза.
Он рассмеялся, и это был резкий, сухой звук. Его ладонь легла на край стола, совсем рядом с моей рукой.
— Палачом? Нет, ты просто инструмент, который наконец-то начал работать по назначению. Ты чувствуешь это?
Он подался вперед, и его лицо оказалось в опасной близости от моего. Я видела каждую черточку, каждую морщинку у его глаз, чувствовала тепло, исходящее от него. Он был безумен, это я поняла еще на пороге его кабинета, но сейчас это безумие было моей защитой.
— Ты спасла себя, Ольга, — прошептал он, едва касаясь моих волос. — А теперь ты идешь со мной. У нас осталась одна важная деталь, которую нужно обсудить. И нет, это не документы.
— Какая деталь? — мой голос едва не сорвался.
Он выпрямился, поправил манжеты своего безупречного пиджака и протянул мне руку. Его жест был властным и одновременно приглашающим.
— Наш ужин. Ты сегодня не просто ассистент, ты мой партнер. И я хочу увидеть, умеешь ли ты отмечать свои победы так же хорошо, как ты умеешь наносить удары.
Я посмотрела на его протянутую ладонь. В моей голове пронеслись мысли о свободе, о том, чтобы выбежать из этого здания и никогда не возвращаться. Но внутри меня, в самых глубоких слоях сознания, что-то уверенно толкало меня вперед. Я вложила свою ладонь в его руку, и его пальцы властно сомкнулись вокруг моего запястья.
— Идем, — скомандовал он, и я послушно встала, чувствуя, как этот захват становится с каждой секундой всё более окончательным.