Я проснулась от едкой боли в горле. Казалось, за ночь я проглотила пригоршню раскаленного песка, который теперь царапал слизистую при каждом вдохе. Жар отступил, оставив после себя тошнотворную слабость. Тело ощущалось ватным, чужим, словно его набили мокрой ветошью.
Я лежала, не открывая глаз, впитывая окружающее пространство. Я была не в своей комнате. Тяжелый, одурманивающий аромат кедра окутывал меня со всех сторон. Одеяло было непривычно тяжелым, подушка — слишком плотной.
Его комната. Его постель. Его территория.
Я заставила себя сесть. Медленно, по сантиметру, борясь с накатывающей тошнотой. Спальня Влада была огромной и мрачной: массивные балки под потолком, камин, в котором еще тлели угли, и широкое окно, за которым безмолвно падал снег. На столике у кровати, немой свидетель но
