Его идеальная ложь

Вкус чужой верности

Ледяная влага обожгла язык, но тут же показалась невыносимо горячей, когда яростные, требовательные губы Саймона впились в мои. Мой разум взорвался мириадами панических вспышек. Я попыталась оттолкнуть его, заколотила кулаками по его каменной груди, но его хватка на моем затылке была железной. Он вжимал меня в себя через стол, заставляя глотать то, что должно было принести ему смерть. Или нам обоим.

Вместе с каплями отравленной воды в меня проникал его вкус — терпкий, властный, смешанный с ароматом дорогого коньяка и ментола. Это было безумие. Порочный, смертоносный поцелуй, от которого земля уходила из-под ног, а внизу живота завязывался тугой, болезненный узел. Моё тело предательски обмякло, подчиняясь его дикой, животной силе.

Когда Саймон наконец отпустил меня, я судорожно отпрянула назад, едва не перевернув кресло. Я упала на сиденье, тяжело дыша и судорожно хватая ртом воздух. Губы горели, а в горле стоял странный, сладковатый привкус.

— Зачем… — со слезами на глазах прошептала я, хватаясь за шею, словно уже чувствовала, как яд разъедает мои внутренности. — Зачем ты это сделал?! Мы же сейчас умрем… Ты сумасшедший!

Саймон неторопливо достал из нагрудного кармана шелковый платок, промокнул свои идеальные губы и небрежно бросил его на стол. На его лице не было ни тени страха. Напротив, в глубине его черных глаз горел опасный, торжествующий огонь.

— Умрем? — он тихо рассмеялся, и этот низкий, бархатистый смех заставил волоски на моих руках встать дыбом. — Нет, Майя. Мы не умрем. По крайней мере, не сегодня.

Он вальяжно протянул руку, взял со стола ту самую пустую ампулу и покрутил её между длинными пальцами.

— Тот парень, который дал тебе этот флакон… Ты действительно думала, что в моем личном загородном клубе, окруженном тремя кольцами охраны, кто-то может незаметно подменить официанта и подбросить моей жене настоящий яд?

Я замерла, боясь сделать даже вдох. Мои пальцы судорожно сжали изумрудный шелк платья.

— Это… это была проверка? — догадалась я, и мой голос превратился в едва слышный писк.

— Мои люди контролируют каждый вздох в этом здании, — Саймон наклонился вперед, и его лицо снова оказалось в опасной близости. Сильный, гипнотизирующий шлейф его парфюма окутал меня, заставляя сердце биться в сумасшедшем ритме. — В этой ампуле был обычный физраствор со вкусовой добавкой. Тот «официант» работает на меня. Это был мой тест, Майя. Я должен был увидеть, на что ты готова пойти ради своей призрачной свободы.

Я смотрела на него, и внутри меня закипала дикая, неуправляемая ярость, пополам с облегчением. Он играл мной. Ломал меня, как куклу, проверяя границы моего страха.

— Ты чудовище, — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как по щеке катится горячая слеза. — Ты заставил меня пережить этот кошмар просто ради своего развлечения?!

— Ради моей безопасности, — жестко оборвал он, и его ладонь внезапно перелетела через стол, накрывая мои дрожащие пальцы. Его хватка была удушающе-горячей, привязывающей меня к месту. — Человек, который устроил аварию и убил настоящую Лиору, всё еще на свободе. Он ищет её тело. И если он заподозрит, что ты — это не она, нас обоих сотрут в порошок. Мне нужно было знать, предашь ли ты меня при первой возможности.

Он чуть сжал мои пальцы, заставляя меня посмотреть ему прямо в глаза. В этой бездне не было пощады, но там было кое-что еще — странное, темное собственничество, от которого по моему телу пробежала непрошеная дрожь.

— И что теперь? — я попыталась выдернуть руку, но он не позволил. — Я прошла твой безумный тест?

— Ты вылила ампулу, Майя, — тихо произнес он, и его большой палец медленно погладил тыльную сторону моей ладони, вызывая волну обжигающего тепла. — Ты была готова отравить меня. Но в самый последний момент ты замешкалась. Ты посмотрела на меня через зеркало. В твоих глазах был не только страх, там было сомнение. И именно это спасло тебе жизнь. Ты подчинилась моим правилам.

Саймон поднялся со своего места. Высокий, широкоплечий, в безупречном смокинге, он казался хозяином этого мира. Он подошел ко мне, протянул руку, безмолвно приказывая встать. Я повиновалась, словно завороженная его тяжелым, властным взглядом.

Как только я поднялась, его рука мгновенно скользнула на мою открытую спину, собственнически прижимая меня к своему бедру.

— Наш танец, миссис Вэнс, — шепнул он мне в самые губы. — Весь зал ждет нас. Улыбайся так, словно ты любишь меня больше жизни. Потому что с этой секунды твоя жизнь действительно зависит только от моей любви к тебе.

Мы вышли из ложи под прицел сотен глаз и фотовспышек. Заиграла медленная, тягучая музыка. Саймон вывел меня в центр зала, его рука на моей талии казалась раскаленным клеймом. Мы двигались в такт, и я заставила себя положить руку ему на плечо, заглядывая в его порочно красивое лицо с фальшивым обожанием.

Но стоило нам сделать очередной поворот, как краем глаза в толпе гостей я заметила мужчину в дорогом костюме, который пристально смотрел на нас. Он поднял свой бокал, салютуя Саймону, а затем перевел взгляд на меня.

Мужчина незаметно коснулся пальцем своего уха, и в тот же миг в крошечном, скрытом наушнике, который мне вставили стилисты утром под видом слухового аппарата для «реабилитации после аварии», раздался чужой, шипящий голос:

— Блэквуд думает, что он самый умный. Он подменил ампулу, Майя. Но он не знает, что настоящий яд уже впрыснут в его вентиляцию в пентхаусе. У тебя есть два часа, чтобы забрать оригиналы документов настоящей Лиоры из его сейфа и уйти, пока он будет умирать. Код от сейфа — дата твоей аварии...

Я вздрогнула, сбившись с шага. Саймон тут же крепче перехватил мою талию, его глаза опасно сузились:

— Что случилось, Лиора?

А в наушнике продолжал звучать леденящий голос:

— ...И помни, Майя. Твой отчим не продавал тебя. Саймон сам подстроил ту аварию, чтобы заполучить тебя.