Его идеальная ложь

Право на выстрел

Палец намертво вжался в холодный пластик скрытой кнопки. Внутри меня всё заледенело, но внешне я оставалась безупречной актрисой. Я сделала еще один шаг навстречу Дэвиду, протягивая ему левую руку, в то время как правая, скрытая в глубине сумочки, давила на рычаг экстренной блокировки.

Давай же. Ну!

В следующую секунду где-то в недрах здания глухо и мощно ухнуло. Свет в палате мгновенно погас, погружая нас в кромешную тьму, которую тут же прорезали багровые вспышки аварийных ламп. Вместо привычного пищания приборов реанимацию оглушил завывающий, прерывистый рев сирены. Тяжелые титановые жалюзи с грохотом рухнули на панорамные окна, намертво отсекая палату от внешнего мира, а массивная гермодверь на входе захлопнулась со скоростью гильотины, отрезав Дэвида от его штурмовиков в коридоре.

— Что за… — выкрикнул Дэвид, но закончить фразу он не успел.

Марк, среагировав со скоростью тренированного хищника, прыгнул вперед. В полумраке сверкнула сталь, раздался глухой удар и тяжелое падение. Дэвид успел уклониться от прямого выстрела, сбив Марка с ног мощным ударом плеча. Пистолет начальника охраны с металлическим звоном отлетел под кровать Саймона.

Я бросилась назад, к постели, загораживая собой Саймона. Мои руки судорожно шарили по простыням, пока я не наткнулась на его ледяные, но крепкие пальцы.

— Майя… под кроватью… забирай Марка… уходите через вентиляционную шахту… — хрипел Саймон, пытаясь прикрыть меня своим телом, даже когда из его раны на матрас расползалось свежее, горячее пятно крови.

Наша сумасшедшая химия, замешанная на страхе и вспыхнувшей правде, сейчас жгла меня изнутри. Я не могла оставить его здесь. Больше нет.

— Я не уйду без тебя, слышишь?! — закричала я, перекрывая вой сирены.

В этот момент багровая вспышка аварийного света выхватила из темноты силуэт Дэвида. Он медленно поднимался с пола, поправляя разорванный воротник своего безупречного серого пальто. Его пронзительно-серые глаза горели диким, первобытным бешенством. В руке у него тускло поблескивал изящный хромированный револьвер.

— Глупая, послушная девка, — процедил Дэвид сквозь зубы, делая шаг к нам. — Ты действительно думала, что эта старая игрушка Саймона остановит меня? Эта система блокирует этаж всего на десять минут. Мои люди уже взрывают петли на дверях.

Он навел дуло револьвера прямо мне в грудь. На его лице больше не было пугающей нежности — только леденящий душу расчет.

— Отодвинься от него, Майя. Ты пойдешь со мной, даже если мне придется тащить твой труп. Документы у меня, и для клана Вэнс ты будешь выглядеть живой ровно столько, сколько мне нужно для подписания финальных протоколов.

— Дэвид, остановись… — Саймон сделал невероятное усилие, приподнимаясь на локтях. На его губах выступила кровавая пена. — Она… твоя сестра по крови. Ричард… её отец. Ты не можешь…

— Мне плевать на её кровь, брат! — рявкнул Дэвид, и его палец лег на спусковой крючок. — Пять лет назад ты забрал у меня всё. Теперь я заберу то, что разрушит тебя окончательно.

Я зажмурилась, прижимаясь спиной к груди Саймона, готовая принять пулю. Но выстрела не последовало.

Вместо этого из темноты, со стороны перевернутого медицинского столика, раздался сухой, хлесткий хлопок. Дэвид вскрикнул, его револьвер с грохотом вылетел из руки, а сам он отшатнулся к титановым жалюзи, хватаясь за простреленное запястье.

Это был Марк. Из последних сил, тяжело дыша и истекая кровью после рукопашной схватки, он сидел на полу, удерживая запасной ствол двумя руками.

— Мем… забирайте босса… лифт для персонала за камином… код экстренной эвакуации… дата вашей первой встречи… — прохрипел Марк, прежде чем его глаза закрылись, и он потерял сознание от потери крови.

В этот же миг гермодверь палаты содрогнулась от мощного направленного взрыва. Металл деформировался, внутрь повалил густой, едкий дым. Штурмовики Дэвида прорывались внутрь.

У меня не было времени на панику. Я подскочила к Саймону, силой заставляя его закинуть здоровую руку мне на плечи. Подстегиваемая адреналином и горьким противоядием, я потащила его огромную, тяжелую фигуру к фальш-панели за декоративным камином в углу палаты.

Там действительно обнаружилась скрытая узкая дверь грузового лифта. На электронной панели горели красные цифры.

Дата нашей первой встречи.

Я похолодела. Я не помнила её! Из-за амнезии в моей голове были лишь обрывки. Но тут в моей памяти вспыхнул тот самый снимок из серебряной шкатулки Блэквудов. Тот самый фонтан, моя старая улыбка и надпись на обратной стороне, которую я успела заметить краем глаза: 24.01. Двадцать четвертое января.

Судорожно, пачкая панель кровью Саймона, я вбила цифры: 2... 4... 0... 1...

Панель пискнула, загораясь зеленым. Тяжелая створка лифта плавно отъехала в сторону. Я затащила Саймона внутрь, и в ту же секунду за нашими спинами в разрушенную палату ворвались люди Дэвида. Последнее, что я увидела до того, как двери лифта сомкнулись — это перекошенное от ярости лицо Дэвида, который кричал: «Найти её! Живой или мертвой!»

Лифт стремительно понес нас вниз, в темноту подземных коммуникаций города. Саймон тяжело сполз по стенке кабины, его дыхание становилось всё более редким.

— Майя… — прошептал он, едва удерживая сознание. — Мы едем в порт… к верфям. Там… последний безопасный корабль. Но ты должна… пообещать мне одну вещь.

Я упала рядом с ним, обнимая его за шею и чувствуя, как наши судьбы окончательно сплелись в этот кровавый узел.

— Что, Саймон? Я обещаю всё, только не умирай!

— Если я не выживу… сожги этот город дотла. Ничего не оставляй Дэвиду…

Лифт с глухим стуком остановился на самом нижнем, заброшенном уровне подземелий. Двери открылись, являя нам сырой, темный туннель, уходящий в неизвестность…