Его идеальная ложь

Маска королевы

Холодный дуло револьвера Дэвида не дрогнуло в моих пальцах ни на миллиметр. Направленный прямо в грудь Ричарда Вэнса, он казался единственной осязаемой точкой опоры в этом перевернутом мире. Вокруг нас завывал штормовой ветер, швыряя в лицо соленые брызги черной океанской воды, а над головой лениво вращал лопастями вертолет Дэвида, пилоты которого теперь ждали моих приказов.

Мой биологический отец, глава одного из самых жестоких кланов страны, замер. Он опирался на свою трость с набалдашником в виде серебряной волчьей головы, и в его водянистых глазах отражался дикий, почти суеверный ужас. Он смотрел на меня — босую, в изорванном черном шелковом платье, испачканную мазутом и чужой кровью, — и не узнавал.

— Лиора… то есть Майя… — его голос, обычно стальной и уверенный, сорвался на сиплый шепот. Он перевел взгляд на безжизненное тело настоящей Лиоры, лежащее в паре десятков метров под лучом прожектора. — Господи, что здесь произошло? Где Саймон? Где Дэвид?

— На дне, мистер Вэнс, — ледяным тоном ответила я, и этот голос прозвучал так чужо за моими собственными ушами, словно говорила не я, а сама покойная Лиора. Или тот жестокий демон, которого Саймон взрастил во мне за эти недели. — Они забрали друг друга. Братья Блэквуд воссоединились в адской пучине. А ваша старшая дочь… она попыталась у***ь меня. Ей не повезло. Дэвид Блэквуд оказался более расчетливым партнером, пока я не ввела ему дозу стимулятора.

Ричард медленно поднял глаза, всматриваясь в моё измененное пластикой лицо. На его лбу выступили крупные капли пота. Он понял, что опоздал. Игра, которую он вел годами, скрывая меня и стравливая Саймона с Лиорой, рухнула.

— Ты стреляешь в собственного отца? — тихо, с горькой усмешкой спросил он, пытаясь нащупать мою слабость. — В человека, чья кровь течет в твоих венах? Я скрывал тебя, Майя, чтобы уберечь от безумия Лиоры и жестокости этого бизнеса! Я любил твою мать!

— Хватит! — резко оборвала я его, и палец на спусковом крючке напрягся. — Не смейте произносить имя моей матери своими грязными губами. Вы скрывали меня, потому что я была вашим рычагом давления на случай, если Лиора выйдет из-под контроля. Вы использовали мою амнезию. Вы позволили Саймону запереть меня, позволили Дэвиду охотиться за мной. Для вас я была лишь красивой акцией, которую можно выгодно продать.

Я сделала шаг вперед. Мои окровавленные босые ступни коснулись холодного, соленого асфальта.

— Но акции выросли в цене, Ричард. Документы на управление всей империей Блэквудов подписаны. Чипы от швейцарских счетов, которые Саймон спрятал от Дэвида, теперь принадлежат мне. Законная наследница клана Вэнс — Лиора — мертва. А я… я официально заняла её место. Теперь я держу в руках обе империи.

Старик молчал. Он медленно опустил голову, признавая поражение. Клан Вэнс всегда подчинялся силе. И сейчас сила была на моей стороне. Штурмовики Дэвида, стоявшие за моей спиной с опущенными автоматами, были лучшим тому доказательством. Они ждали, кому я прикажу платить их гонорары.

— Чего ты хочешь? — глухо спросил Ричард, крепче сжимая трость.

— Убирайтесь из порта, — я медленно опустила револьвер, но не спрятала его. — Возвращайтесь в свой особняк и объявите совету директоров, что Лиора Блэквуд приняла бразды правления. Завтра утром ваши юристы передадут мне все дела по верфям и портовой логистике. Если я замечу хотя бы одну попытку саботажа… я активирую те файлы, которые Саймон оставил в качестве страховки. Федералы уничтожат ваш клан за двое суток.

Ричард Вэнс внимательно посмотрел на меня, словно запоминая этот момент, затем коротко кивнул своей охране. Они помогли старику сесть обратно в лимузин. Черный бронированный автомобиль с визгом развернулся и скрылся в темноте портового лабиринта.

Я осталась одна под прицелом прожектора вертолета.

Повернувшись к морю, я подошла к самому краю пирса. Черные, пенистые волны с грохотом разбивались о бетонные сваи далеко внизу. Ветер обжигал лицо, но внутри меня царила абсолютная, выжженная пустыня. Саймон… он ушел, оставив мне эту корону из шипов. Он хотел, чтобы я выжила. И я выжила.

— Мем, — ко мне осторожно подошел старший группы штурмовиков, мужчина со шрамом на подбородке. — Вертолет готов к взлету. Каковы будут дальнейшие указания? Куда летим?

Я бросила последний взгляд на бушующий океан, чувствуя, как где-то в глубине души зарождается безумная, слабая надежда на то, что такое чудовище, как Саймон Блэквуд, просто не может утонуть. Наша порочная химия не могла оборваться так просто.

— В пентхаус Саймона, — твердо ответила я, разворачиваясь спиной к воде. — Марка доставить в лучшую частную клинику под мою личную охрану. И найдите мне чистую одежду. Королева должна выглядеть безупречно, когда принимает трон.

Через пятнадцать минут вертолет поднялся в ночное небо, оставляя позади залитый кровью и водой пирс порта.

Но стоило нам набрать высоту и взять курс на сияющие огни центра города, как на приборной панели пилота, подключенной к закрытой спутниковой сети Блэквудов, загорелся тревожный красный индикатор.

Один из мониторов экстренной связи, который должен был отключиться после падения Саймона, внезапно ожил. На экране не было видео — только звуковая дорожка, фиксирующая слабый, прерывистый сигнал с датчика пульса одного из братьев.

Один из них выжил. И его сердце продолжало биться где-то на береговой линии в трех милях от порта.

Но самый главный ужас заключался в том, что спутник зафиксировал: датчик пульса принадлежал… Дэвиду. Или Саймону, который забрал часы брата во время драки?