Рассветные лучи, пробивавшиеся сквозь панорамные окна, окрашивали кухонный остров в холодный янтарный цвет, но между нами бушевал настоящий, неконтролируемый ад.
Мой свитер полетел на пол. Саймон замер на секунду, окинув мое обнаженное по пояс тело темным, тяжелым взглядом, в котором вспыхнуло дикое, почти зверское вожделение. Его глаза скользнули по вздымающейся груди, к напряженным, набухшим от прохлады и возбуждения соскам, и ниже — к тонкой талии.
— Ты сведешь меня с ума, Майя… — его голос прозвучал как низкий, прокуренный рык.
Саймон наклонился, и его горячий, влажный язык припал к правому соску, жадно втягивая его в рот, слегка прикусывая зубами и тут же лаская кончиком. Острая, сладкая судорога мгновенно прошила мое лоно, выбивая из груди громкий, протяжный стон. Я выгнулась в сп
