Его идеальная ложь

Точка невозврата

Каждый шаг давался с трудом. Ветер из гавани трепал подол моего изорванного черного платья, а босые ступни обжигало холодом мокрого асфальта. Но я шла вперед, прямо на Дэвида, удерживая на лице фальшивую, покорную улыбку сломленной женщины.

В моей правой руке, спрятанной за спиной, был зажат тонкий корпус шприц-тюбика с армейским стимулятором. Сердце колотилось так, словно готово было пробить ребра.

Дэвид стоял неподвижно, не опуская хромированный револьвер. Ослепительный луч вертолетного прожектора заливал нас мертвенно-белым светом, превращая пирс в импровизированную сцену для финального акта нашей драмы. За его спиной, в нескольких метрах, чернели бушующие волны порта.

— Вот и умница, Майя, — в голосе Дэвида послышалось глубокое, торжествующее удовлетворение. Он сделал полшага навстречу, протягивая руку в кожаной перчатке, чтобы перехватить меня. — Ты всегда умела принимать правильные решения, когда понимала, что сопротивление бесполезно. Саймон останется здесь. Это его финал. Твой путь лежит со мной.

Я приблизилась к нему вплотную. Шлейф его дорогого, леденящего парфюма окутал меня, но теперь он вызывал лишь глухое отвращение. В этот момент, когда наши глаза встретились, я увидела в его серых зрачках отражение лазерных прицелов его же штурмовиков, державших под прицелом тело Саймона.

Сейчас или никогда.

— Ты прав, Дэвид, — тихо прошептала я, сокращая последнее расстояние между нами. — Против лома нет приема. Но ты забыл одну деталь…

До того как он успел среагировать на изменение моего тона, я резко выбросила правую руку вперед. Смертоносная длинная игла стимулятора с силой вонзилась прямо в его раненое запястье — туда, где Марк оставил сквозную пулевую дыру.

Я до упора вдавила поршень.

Дэвид дико, утробно закричал. Концентрированный стимулятор, попавший напрямую в поврежденный нервный узел, подействовал как электрический разряд в тысячи вольт. Его пальцы судорожно разжались, и хромированный револьвер с глухим стуком упал на асфальт, отлетев прямо к моим ногам.

— Сука! — взвыл Дэвид, хватаясь за руку, пока его лицо стремительно бледнело от болевого шока. — Взять её! Пристрелите девку!

Но штурмовики замешкались на долю секунды, дезориентированные криком своего командира. И этой секунды хватило.

За моей спиной раздался оглушительный, яростный рык. Саймон, в чьих венах, казалось, вместо крови теперь горел чистый жидкий огонь ярости, поднялся на ноги. Он двигался как раненый, но всё еще смертельно опасный тигр. Подлетев к Дэвиду, он здоровой рукой мертвой хваткой вцепился в отвороты его серого пальто, увлекая брата за собой — прямо к краю пирса.

— Саймон, нет! — закричала я, бросаясь к ним, но было поздно.

Оба брата, сцепившись в безумной, безжалостной схватке, перелетели через ржавое ограждение причала. Два одинаковых силуэта — черное и серое — рухнули вниз, в свинцовую, штормящую бездну черных вод порта.

Раздался тяжелый, громкий всплеск, и холодные брызги взлетели выше человеческого роста, омыв моё лицо.

— Саймон!!! — мой истошный крик утонул в гуле вертолетных винтов.

Я упала на край пирса, до крови сдирая ногти о бетон, и уставилась вниз. Внизу бурлила темная маслянистая вода, разбиваясь о бетонные сваи. Никого. Ни всплеска, ни единого намека на то, что кто-то смог выплыть. Течение в порту во время шторма было убийственным.

В этот момент штурмовики Дэвида окружили меня, беря в плотное кольцо. Лазерные точки сошлись на моей груди. Я медленно поднялась с колен, вытирая слезы и глядя на них сверху вниз. На моем лице больше не было страха Майи. Только ледяная, уничтожающая пустота Лиоры Блэквуд.

— Вашего хозяина больше нет, — громко и четко произнесла я, поднимая с асфальта оброненный Дэвидом револьвер и наводя его на старшего группы. — Но документы на управление всей империей Блэквудов и клана Вэнс подписаны на моё имя. Чипы от швейцарских счетов — у меня. Опустите оружие, если хотите получить свои деньги и остаться в живых. Теперь я здесь закон.

Бойцы переглянулись. Деньги решали всё в их мире. Один за другим лазерные прицелы начали гаснуть, а дула автоматов опускались к полу.

Я повернулась спиной к вертолету и пошла прочь с пирса, зная, что за моей спиной, на дне океана, осталась моя единственная любовь. Но я пообещала ему сжечь этот город, если он не вернется. И я собиралась сдержать свое слово.

Но стоило мне сделать шаг к выходу из портового лабиринта, как из темноты к пирсу с визгом тормозов подлетел черный бронированный лимузин. Дверь открылась, и оттуда, тяжело дыша и опираясь на трость, вышел Ричард Вэнс — мой биологический отец.

Он посмотрел на меня, затем на труп Лиоры вдалеке, и на его старом лице отразился дикий шок.

— Майя… — выдохнул он, делая шаг ко мне. — Ты… ты выжила.

Я остановилась, вскинула револьвер и направила его прямо в сердце собственного отца.

— Моё имя Лиора Блэквуд, мистер Вэнс. И если вы сделаете еще один шаг, я закончу то, что не успел сделать Саймон.