Его идеальная ложь

На расстоянии вдоха

Каминные часы тихо и размеренно тикали, словно отсчитывали минуты, оставшиеся до моего личного апокалипсиса.

«Завещание — это твоя смертная казнь».

Слова, выцарапанные на зеркальце, стояли перед моими глазами, выжигая остатки доверия к Саймону. Его бархатный голос, его версия правды о Лиоре и аварии — всё это могло быть лишь очередной искусной, смертоносной ложью, призванной усыпить мою бдительность. Ему нужно, чтобы я послушно подписала бумаги у нотариуса. А потом… потом фальшивая Лиора просто исчезнет. Навсегда.

Я судорожно выдохнула и рванулась вперед, к краю огромной кровати. Металлическая цепь натянулась с резким, противным звоном, титановый браслет больно врезался в запястье.

Не хватает. Всего какого-то полуметра!

Я вытянула левую руку вперед, изо всех сил стараясь дотянуться до каминной полки. Мои пальцы судорожно ловили воздух в считанных сантиметрах от старинных каминных часов, на деревянном корпусе которых поблескивал крошечный серебряный ключ. А рядом, маня и пугая одновременно, отливал кобальтом тот самый синий флакон. Яд. Мой билет на свободу… или мой окончательный шаг в бездну.

— Черт, черт, черт! — в панике зашептала я, чувствуя, как по щекам катятся горячие слезы бессилия.

Если я не достану ключ сейчас, Саймон вернется, и у меня больше не будет шанса. Действуя на чистых инстинктах, я огляделась. Покрывало? Слишком мягкое. Подушка? Не зацепит. Мой взгляд упал на длинный шелковый пояс от халата, который стилисты небрежно бросили на изножье кровати.

Подтянув пояс ногой, я схватила его, завязала на конце тяжелый узел и, как лассо, попыталась закинуть на каминную полку. Первый бросок — мимо. Узел глухо ударился о мраморную облицовку и соскользнул. Сердце колотилось в ушах, как сумасшедший метроном. Второй бросок — узел задел каминные часы. Они жалобно звякнули, сдвинувшись с места.

Ну же!

Я бросила пояс в третий раз, и чудо свершилось: шелковая ткань захлестнула корпус часов, и когда я осторожно потянула пояс на себя, крошечный серебряный ключ с тихим металлическим стуком упал на ковер, отлетев прямо к краю кровати.

Я упала на колени, протянула руку и схватила его. Пальцы дрожали так, что я с третьей попытки попала ключом в замочную скважину титанового браслета. Поворот. Раздался тихий, спасительный щелчок, и тяжелые оковы упали с моей руки.

Свободна.

Я резко поднялась, намереваясь броситься к двери, но в этот же миг в коридоре раздались тяжелые, уверенные шаги. Саймон.

Паника парализовала меня на долю секунды. Спрятаться? Негде. Если он увидит, что я без браслета — мне конец. Действуя на чистом адреналине, я подлетела к каминной полке, схватила синий флакон и сунула его в карман халата. Затем бросилась обратно на кровать, накинула титановый браслет обратно на запястье, защелкнула его (но не до конца, оставив замок приоткрытым) и спрятала ключ под подушку, приняв позу спящей.

Тяжелая дубовая дверь спальни плавно отворилась.

Я заставила себя дышать ровно, уткнувшись лицом в шелковую подушку, хотя изнутри меня буквально разрывало от страха. Шаги Саймона приближались. Воздух в комнате мгновенно стал густым, пропитавшись удушающим, магнетическим ароматом его парфюма. Моё тело, предав меня в очередной раз, отозвалось на его близость пугающей волной жара. Химия между нами была ядовитой, но невероятно сильной.

Матрас мягко прогнулся под его весом. Саймон сел рядом со мной. Его большая, теплая ладонь легла на моё плечо, медленно скользя вниз по спине, очерчивая изгиб талии через тонкий шелк халата. От этого нежного, но собственнического прикосновения по моей коже пробежали миллионы мурашек.

— Я знаю, что ты не спишь, Майя, — тихо, бархатисто произнес он, и в его голосе послышалась едва уловимая, опасная усмешка.

Я поняла, что притворяться дальше глупо. Я медленно перевернулась на спину и посмотрела на него снизу вверх. Саймон снял черную рубашку, оставшись в одних брюках. Его идеальный торс с рельефными мышцами поблескивал в отсветах камина, и этот вид заставил моё дыхание перехватить. Он был дьявольски, порочно красив.

— Зачем ты пришел? — прошептала я, стараясь, чтобы мой голос звучал обиженно и слабо, а не испуганно. Я незаметно прижала левую руку к телу, молясь, чтобы он не заметил, что браслет не заперт.

— Пришел навестить свою жену, — Саймон наклонился ниже. Его темные глаза, казалось, сканировали моё лицо, проникая под самую кожу. Он протянул руку и аккуратно убрал прядь темных волос с моего лба. — Завтра важный день, Майя. Нотариус приедет утром. Ты должна быть готова.

— Я подпишу твои бумаги, Саймон, — я заставила себя подыграть ему, протянула руку и коснулась его широкого, горячего плеча. Мои пальцы слегка сжали его кожу, чувствуя колоссальную силу этого мужчины. — Но пообещай, что после этого ты отпустишь меня. Вернешь мне мою свободу.

Саймон на секунду застыл. На его губах появилась медленная, загадочная улыбка, от которой у меня внутри всё сжалось от дурного предчувствия. Он перехватил мою руку, поднял её и запечатлел долгий, обжигающий поцелуй на моей ладони, прямо там, где пульсировала вена.

— Свобода — это иллюзия, девочка моя, — тихо прошептал он, и его взгляд потемнел от вспыхнувшей страсти. — Ты принадлежишь мне. Твоё лицо, твоё тело, твоё имя. Я вложил слишком много сил в то, чтобы тебя спасти, и я не намерен отпускать своё сокровище.

Прежде чем я успела что-то ответить, Саймон резко подался вперед, вжимая меня в шелковые простыни своим тяжелым, мускулистым телом. Его губы накрыли мои в яростном, требовательном поцелуе. Это была ментальная и физическая капитуляция. Он пил моё дыхание, подчиняя своей воле, а мои руки, ведомые безумным инстинктом, сами взлетели вверх, оплетая его шею. Я утопала в этой порочной страсти, ненавидя себя за то, как сладко моё тело отзывается на его близость, пока в моем кармане лежал синий флакон с ядом для него.

Когда Саймон наконец отстранился, его дыхание было тяжелым, а глаза горели темным триумфом. Он поднялся, окинул меня прощальным взглядом и пошел к выходу.

— Спи, Майя. Охрана у дверей. Утром я зайду за тобой, — сказал он и закрыл дверь.

Я подождала пять минут, тяжело дыша и приходя в себя после его удушающей близости. Затем я быстро вскочила с кровати, сбросила браслет и подошла к прикроватному столику, где стоял стакан свежего сока, который Саймон принес для меня.

Действуя как в бреду, я достала синий флакон, откупорила его. Внутри была прозрачная, маслянистая жидкость. Я собиралась вылить её в его бокал с виски, который он оставил на столе, как вдруг мой взгляд упал на каминные часы, которые я сдвинула поясом.

Задняя крышка часов отошла, и из неё вывалился маленький, свернутый в трубочку листок старой бумаги, пожелтевший от времени.

Я судорожно развернула его и похолодела. Это был почерк настоящей Лиоры, и там было написано:

«Саймон не подстраивал аварию. Это сделала я, чтобы у***ь Майю. Майя — его настоящая и единственная любовь из прошлого, которую я пыталась уничтожить из ревности. Если ты читаешь это, Майя, значит, он спас тебя и изменил твое лицо на моё, чтобы скрыть тебя от моего клана, который хочет твоей смерти. Синий флакон на камине — это противоядие от токсина, которым тебя отравили в больнице. Выпей его, иначе твоё сердце остановится через 24 часа…»

В этот же момент за дверью раздался жуткий, глухой грохот, крики охраны и звук бьющегося стекла. На особняк совершили нападение враги…