Звонкая, звенящая тишина ночного пентхауса растворилась в неоновом свете ночного города. Экраны аналитических терминалов перед нами продолжали пульсировать красными строчками с гербом Ватикана и короткой, леденящей подписью: Мария Лоран.
Я смотрела на эти буквы, и в моих венах постепенно закипал знакомый, ледяной яд.
— Мария Лоран… — тихо повторила я, проводя пальцем по сенсорному стеклу планшета. — Женщина, чьи похороны я помню с восьми лет. Женщина, чье имя в нашей семье произносили только шепотом и только с трепетом. Она умерла от рака в 2005-м… Или нам просто хотели так внушить.
Саймон стоял за моей спиной, нависая над столом, как гигантская тёмная тень. Его дыхание было ровным, но мышцы спины и плеч натянулись, точно стальные тросы. Он аккуратно зачесал назад свои жесткие темные во
