Сладкая иллюзия

Глава 1. Эль

Быть контент-мейкером — неблагодарная работа, я вам так скажу. Каждый второй считает своим долгом сказать тебе, что ты занимаешься какой-то ерундой, что записывать видео для Инстаграма может каждый дурак и лучше бы ты пошёл на смену на фабрику носочно-чулочных изделий. По крайней мере, быть контент-мейкером в моей семье — та ещё радость, потому как ни мама, ни папа не считают моё хобби полезным, а если ты не приносишь пользу обществу — какой от тебя толк? И никого не интересует, что мои работы нравятся людям, и уже несколько местных семейных кафе заказали у меня рекламу для своих социальных сетей.

Малиновый тарт татен — слоги складываются в эротическое словосочетание звуков, прошептав которые, вы почувствуете их сладкий привкус… В открытом браузере мелькнёт рекламное окошко. В очередной раз с грустью рассмотрю прайс курсов профессиональной фотографии. От текста, который я никак не могла закончить, то и дело меня отвлекали сторонние сайты: цены на съём квартир, обучающие курсы, новая фотоаппаратура — всё то, на что у меня катастрофически не хватало денег. Вот уже почти год я пыталась накопить на переезд от родителей, но, словно издеваясь, судьба подкидывала мне разного рода финансовые испытания: разбитая линза на камере, сломанная машина, ещё и пломбу пришлось поменять в прошлом месяце… С тех пор как мне исполнилось 19, родители перестали платить мои экстра-счета, планируя, видимо, вынудить меня заняться другой, более полезной, на их взгляд, работой.

Дверь в комнату распахнётся, как обычно, без стука. Недовольный отец окинет взглядом ноутбук, тёплым дном согревающий мой живот, а затем привычно отметит, что я вновь трачу своё время впустую и лучше бы занялась чем-то полезным: прибралась бы в комнате, к примеру. Проглотив в себе желание закатить глаза, спокойно поинтересуюсь:

— Это всё, что ты хотел сказать?

Он пожуёт губами, вероятно желая добавить ещё какое-нибудь едкое замечание, но Бог будет милостив ко мне сегодня. Развернувшись, Артур двинется вперёд по коридору с мягким ковровым покрытием:

— Мне нужно в офис. Мистер Гриффитс просил завезти ему кое-какие документы, так что ужин на тебе.

Однако, услышав заветные слова, я буду не в силах оставаться на месте, подскочив и кинувшись вслед за отцом:

— Стой! Ты в офис? Можно мне с тобой?

Удивлённый, лишь на мгновение, взгляд.

— Я ненадолго! — смутившись, добавлю, оправдываясь. — Хочу проветриться! Весь день дома сижу!

Мои слова звучат жалко. Ну кому, как не отцу, знать, зачем я постоянно таскаюсь с ним к нему на работу? Это было весьма очевидно. Глупо.

— Ладно, собирайся, — махнёт устало рукой. Второй раз мне предлагать не придётся.

* * *

Дурацкая, детская влюблённость в сына отцовского начальника словно незакрытый гештальт свербела нутро. Мы иногда, очень редко, пересекались в коридоре у кабинета его отца, где стояли высокие шкафы с папками и картинами на стенах. Пару раз даже обмолвились несколькими фразами… И уже, кажется, я прошусь с отцом к нему на работу чисто по привычке, совершенно не надеясь на то, что такой парень, как Леон, обратит на меня внимание. Караулю его в этом здании, как одержимая! А ведь он бывает у отца на работе не так уж и часто. Крайне-крайне редко. Не было его здесь в прошлый раз. И в позапрошлый… Даже отец уже не надеется на то, чтобы породниться с Гриффитсами, а ведь было время, когда он был крайне воодушевлён моим наивным восхищением этим парнем. Кажется, пора с этим завязывать. Да.

Расстроившись собственному решению, в третий раз пытаюсь пропихнуть смятый доллар в автомат с напитками, стоящий у стены с искусственными растениями. Капризная машина отказывалась принимать купюру с оторванным уголком, но на пятый раз — сжалилась и, со скрежетом, проглотила бумагу. За стеклом, перед моим носом, закрутится вентиль, удерживающий диетическую колу на весу. Один оборот. Второй. Тре… На третьем автомат зависнет, так и не выплюнув банку.

— Что за… О, да ты издеваешься!

Раздражённо стукну автомат ладонью, в надежде, что это поможет, но чуда не произойдёт: газировка останется на месте.

— Нужно посильнее. Он часто зависает.

Раздастся над ухом знакомый голос. Негромко, будто желая смутить. Леон окажется позади, в небольшом, слегка освещённом коридоре. Близко. Вслед за моей мужская рука врежется в стенку старой машины сильнее, чем била я. Жалобно скрипнув, автомат докрутит свой незаконченный оборот, выплёвывая в нижний кармашек оплаченный товар, но мне будет уже как-то не до него.

— Не мой день! — пробормочу, оборачиваясь.

Не в силах поверить, что это действительно происходит со мной! Прямо сейчас мужчина моей мечты стоит напротив, на расстоянии меньше чем в шаг от меня, и зовёт меня по имени:

— Давненько не виделись, Эль.

— Да… Спасибо за… — махну у его носа железной баночкой, вцепившись в неё, будто в единственное, что может мне напомнить о реальности происходящего.

Пауза, сплетённая неловкими переглядываниями. Когда-нибудь она должна была закончиться, и, решив выступить инициатором, несмело пробормочу:

— Ну, я пойду!

Однако сегодня был, кажется, тот самый день в году, когда все мои желания, что я загадывала на день рождения, задувая свечки, исполнятся, и Лео не даст мне уйти, перехватив за руку:

— Послушай, я хотел спросить… У тебя есть парень?

* * *

— …Стой, погоди, повтори! Что он сказал тебе дословно?!

— Я не шучу, Крис! Он спросил, есть ли у меня парень, а потом сказал: «Если ты свободная, перекусим где-нибудь? У меня есть к тебе предложение!» — взволнованно, шёпотом, будто боясь, что меня услышат, пересказываю подруге случившееся буквально двадцать минут назад.

До того, как я оказалась за столиком очаровательной кофейни с мягкими креслами и большими окнами, через которые проникал дневной свет, в которой, судя по вывеске, готовили вкусные блинчики и подавали чизкейки на обед. Не самое романтичное место для первого свидания, конечно… И всё же лучше, чем офисное помещение, забитое суетливыми людьми!

— Он возвращается! Я потом тебе перезвоню!

— Заказала что-нибудь? — спросит парень, усаживаясь напротив.

— Да. Блинчики со смородиной и чай с мятой… — расскажу о своём заказе и лишь затем спохвачусь, осознав, что не знаю о своём краше элементарного: — Ты же пьёшь чай с мятой?!

Чай с мятой он пил. Впрочем, совсем скоро окажется, заказывать следовало что-то покрепче.

* * *

Время летело быстро. Незаметно. Господи, да я этого всю жизнь ждала — те сорок минут, что мы проведём, разговаривая, пролетят для меня как мгновение! Свидание с Гриффитсом — это слишком хорошо, чтобы быть правдой! Впрочем, правдой эта фантазия, что я себе надумала, и не была, и, наговорившись, парень решит перейти к делу, осторожно заведя разговор:

— Знаешь, у меня к тебе необычная просьба…

Реальность, в которую окунали меня его слова, медленно сожмёт горло. А затем больно ударит под дых вопросом, который он мне задаст, обрисовав всю ситуацию в целом. Пытаясь унять неуместную дрожь от осознания собственной глупости, потянусь рукой к чашке с чаем, жалея, что в этом кафе не подают мартини. Или, лучше, водку! Вот что сейчас действительно бы помогло…

— Ну, что скажешь? — повторит настойчивее, дождавшись, когда я допью чай.

Как ни в чём не бывало. Весело, словно и не заметив, какой эффект оказало на меня его предложение. Вообразила себе свидание с мужчиной своей мечты…