Сладкая иллюзия

Глава 3. Эль

Звук разбитых вещей и женские крики сменился неуютной тишиной. Притаившись за дверью ванной комнаты, я подожду ещё немного, прежде чем аккуратно выглянуть наружу. Хочу убедиться, что всё успокоилось и мне больше не грозит быть разорванной яростной фурией, в которую превратилась его очаровательная девушка. Я, кстати, видела её несколько раз издалека: Лео оставлял её в машине у офиса, когда приезжал по делам к отцу. Возможно, она не хотела выходить из машины сама. Возможно, пилка и без того идеального маникюра была интереснее, чем то, чем занимался Леон в офисе. Неважно. В конце концов, официально это было наше первое знакомство, которым мы обе едва ли остались довольны.

И лишь теперь я поняла, почему такой, как Леон, не обращает внимание на такую, как я. Джилл была роскошной. Идеально выглаженный брючный костюм, острые, как бритва, стрелки, алые губы. Яркая. А я… ну, я, да. Способна заставить другую девушку поревновать, но не заменить её.

Из ванной я выйду уже в изрядно подпорченном настроении. В таком же настроении, впрочем, будет и Леон — метающийся по квартире в поисках успокоения, словно раненный лев. Просторная квартира, с мягким светом торшеров и прохладным запахом кондиционера, казалась пустой и чужой, отражая его раздражение.

— Будешь? — доставая из бара бутылку виски, предложит Гриффитс.

Отрицательно качну головой и, сказать по правде, даже не знаю, почему остаюсь на месте и чего жду. Моя работа как фейковой девушки вроде бы была выполнена и даже перевыполнена. Если его целью было раз и навсегда избавиться от бывшей, думаю, я с этим справилась. По крайней мере, после такого лично я бы не предпринимала попыток увидеться или помириться. Но кто знает, какие у этих богачей причуды?

Напомнить бы ему о деньгах и бежать отсюда, но ноги почему-то не слушаются, и в ожидании сцены после титров я жду, чем же это закончится для меня.

— Ещё кое-что сделаем.

Наконец-то начнётся вторая, финальная кульминация. Мужчина шагнет мне навстречу, скажет, что ему нужны фото, и стянет с себя майку. Кажется, добавит что-то ещё — я не расслышу. После того как в мою сторону двинется полуголый Гриффитс, все сторонние звуки растворятся, будто в вакууме. Ни возразить, ни испугаться я не успею. Моментально окажусь у него на коленях, задаваясь вопросом: этот его магнетизм работает на всех или только на меня? У меня с собой штатив, и нужно выставить свет…

— Расслабься, Эль. Я не кусаюсь. Всего лишь одна фотография.

Пробормочу это в попытке остановить неожиданную близость с Леоном. Пожевала губами, немного помялась, но в конечном итоге сделаю, как он просит: достану телефон, прильну ближе, сменю положение головы, сделаю пару фото, затем ещё несколько, а потом зависну, когда наши взгляды пересекутся.

Его голос прозвучит удивительно тихо:

— Ты не обязана была… раздеваться? Готовить.

— Ну… и всё же я сделала это. Разделась. Приготовила.

Его руки на моей талии, горячее дыхание обжигает кожу. Взволнованные, в животе встрепенутся бабочки, но тут же утихнут, когда Гриффитс задаст следующий вопрос:

— Я тебе должен что-то за это?

И в ком мне следует разочаровываться: в нём или в себе? В конце концов, я сама придумала расписать прайс на всё, чем мы можем заниматься на публике как фейковая пара.

— Нет.

Сползая с мужских колен, подхвачу с пола сумку:

— Что ж… я пойду. Мне пора, а то опоздаю. Фото потом просмотрю и что-нибудь выложу.

Леон пообещает написать мне в ближайшее время, но, сказать по правде, мне покажется, что это будет наша последняя встреча. Но, к счастью или к беде, я ошибусь.

* * *

— … А это надолго? Рано утром мне нужно отфотографировать куриные стрипсы.

Беспокойно ерзая на пассажирском сиденье, попытаюсь уточнить, насколько долго мы собираемся веселиться в качестве парочки на вечеринке его друга. Но мои слова, кажется, лишь повеселят Леона:

— Я оплачу тебе, если ты проспишь!

Меня возмутит его отношение к моей работе.

— Дело не в деньгах! Дело в репутации! Если я сейчас не буду приезжать на заказы, кто потом захочет покупать у меня ролики?

Неужели он не понимает, что не все в этом грёбанном городе имеют богатых родителей, и чтобы выжить, людям нужно вкалывать!

— Окей-окей! До двух мы закончим!

Однако, заметив мой возмущённый взгляд, парень поправится:

— До часу.

Устало вздохнув, больше спорить я не буду. Пусть остаётся там хоть до четырёх — в двенадцать я вызываю такси и еду домой.

* * *

Мы опоздаем в очередной богатый дом, каждый угол которого словно дышал роскошью и легкой фальшью.

— Зак! С днём рождения! — прервет поток моих мыслей Леон, кинувшись в братские мужские объятия какого-то парня. Они обменяются любезностями, а затем Зак обеспокоенно шепнет, поглядывая на меня:

— Слушай, там Джилл напилась и…

Леон тихо выругается и бросится по направлению, куда указал его друг. Не сказав мне прощального слова. Неловко.

— А ты, должно быть… — спросит виновник торжества после небольшой паузы, в которой мы оценочно смотрели друг на друга.

Чувствуя себя крайне глупо, пытаюсь храбриться, улыбаясь незнакомцу:

— Эль!

Он ответит ласково, улыбнётся, а затем выудит из кармана небольшой контейнер с таблетками.

— Будешь?

Перед глазами мелькнёт маленькая цветная таблеточка. Решив не уточнять, что именно мне предлагают, мягко откажусь. Изучающий, заинтересованный взгляд:

— А как насчёт выпить?

— Два раза предлагать не придётся!

* * *

Эти богатые ребята, знаете, окажутся не такими уж снобами. Дойдёт до меня это не сразу: где-то на третий бокал шампанского. Напитки, которые могла подобрать для вечеринки получше, обычно шампанское меня мало веселило. Но не сегодня: достаточно быстро я почувствую невероятную лёгкость.

И вот, за столом для бирпонга мне почти уже не интересно, где всё это время пропадал мой ненастоящий парень. Не помню кто, но предложит играть на раздевание. Вскоре у бильярдного стола окажется небольшая груда вещей. Не хочу хвастаться, но среди играющих я окажусь самой одетой: футболка, колготки, трусы… На ком-то из участников последних уже не будет, лишь правый носок.

Очередной выпад — к горлу подходит тошнота, перед глазами словно всё плывёт.

— Снимай футболку! — крикнет кто-то, но на ватных ногах, пошатнувшись, сделаю шаг в сторону в поисках опоры. Не пройдя и пары шагов, наткнусь на каменную стену в лице Леона.

— Веселишься? — подхватив под локоть, поинтересуется.

Мне непонятно, злится он или нет: мигрень острыми когтями вцепилась в виски. Невпопад отвечу:

— Голова раскалывается…

— Так бывает от… — недоговорив, мужчина осечётся, а затем зло бросит к притихшим друзьям:

— Чем вы её накачали?

— Лео, друг, не обижайся! Ты бросил девочку одну, мы просто хотели, чтобы она расслабилась!