Не такой уж святой Ник

В офисе - часть II

Войдя в помещение, она отметила, что было необычно тихо, и нахмурилась, глядя на закрытую дверь офиса своего начальника. Должно быть, он назначил утреннее совещание, не связанное с работой, если он уже там с закрытой дверью. Обычно она была открыта, и он ворчал на нее, чтобы она поторопилась и вошла, чтобы они могли начать день.

Она подошла к своему столу, швырнула сумочку в нижний ящик и включила компьютер. Бросив пальто на вешалку за своим столом, она развязала шарф и тоже повесила его. Стоя там, держа шарф, она вдруг вспомнила, что это был подарок от Хейзел на Рождество несколько лет назад, она глубоко вздохнула и медленно выдохнула.

"Ты в порядке?"

Тихий вопрос чуть не заставил ее подпрыгнуть, и она пискнула, обернувшись, — "что за дела? Ты меня до смерти напугал. Откуда ты взялся?" — Она посмотрела мимо Ника и увидела, что дверь его офиса все еще закрыта.

"Я сегодня утром опаздывал. Моя сестра позвонила, чтобы сообщить, что она снова беременна, и мои родители настояли на групповом звонке. Они на несколько часов впереди, но в своем восторге забыли о разнице во времени."

"У тебя есть сестры и родители?" — вопрос вырвался у нее с губ, прежде чем она успела его остановить.

"Две младшие сестры, два зятя, племянница и племянник и еще один ребенок на подходе."

"Как я этого не знала, работая на тебя так долго?"

"Сантос — это семейный бизнес, Гриер. Ты знаешь, что он был создан моей семьей. Мы в бизнесе уже более ста лет. Когда мои родители вышли на пенсию и вернулись в", — он сделал паузу, — "наш родной город в Европе, мои сестры поехали с ними. Я управляю всем отсюда, но они заняты там."

"Понятно."

"Возвращаясь к моему вопросу, ты в порядке? Ты выглядела грустной на минуту."

"О. Я не осознавала этого, пока не повесила его", — она махнула концом шарфа, — "Хейзел купила мне это несколько лет назад."

Он прислонился бедром к краю стола, — "ты будешь скучать по ее дружбе."

"Я так зла на нее. Я обычно не злюсь. Жизнь слишком коротка для злости, но все, что я хочу сделать, это кричать и орать на нее. Я хочу отомстить ей. Я хочу наказать ее за то, что она такая злая." — Она топнула ногой. — "Она загнала меня в угол внизу, когда я входила. Она сказала, что все, чего она хотела, это немного притвориться мной и жить, как я живу." — Она горько рассмеялась, — "что за чушь, да?"

"Не знаю." — Ник пожал плечами. — "Я могу понять, откуда это исходит. Я имею в виду, не то чтобы спать с твоим парнем в твоей постели, но желание быть тобой, это я понимаю."

"Ты понимаешь?"

"Ну да. Посмотри на себя. Ты всегда хорошо выглядишь. Ты сильнее большинства. Ты чертовски усердно работаешь, и уверенность, которую ты излучаешь в своих задачах и в том, как ты двигаешься, говорит всем, что тебя нельзя недооценивать. Ты красивее, чем она, и поэтому я поражен, что Арло, как его там, вообще захотел с ней переспать, когда у него уже была ты. Ты — это все, о чем мечтают такие, как она. Она завидует тебе, твоей красоте и успеху, и поэтому пытается украсть это у тебя понемногу."

Она старалась держать рот на замке, пока начальник, который когда-то кричал на нее за то, что она обрызгала его мокрым зонтом, когда он шел по ее пути, пока она его встряхивала, осыпал ее комплиментами. Она огляделась и затем посмотрела в камеру в углу комнаты.

"Спасибо?" — Она была разыграна?

"Теперь, ты упомянула, что она загнала тебя в угол внизу. Что она сделала?"

"Она хотела поговорить. Я отказалась, и когда она поняла, что больше не приглашена ко мне домой на праздники, она раскисла и бросилась на пол. Или" — она сделала паузу, — "это могло быть потому, что я сказала ей новое имя, которое моя сестра придумала для нее."

"Новое имя твоей сестры?"

"Прежде чем ты вошел в квартиру, я слышала, как она говорила Арло, чтобы он, эм," — она сглотнула, чувствуя, как щеки заливает румянец, — "ну, в общем, чтобы он наполнил ее, эм," — она не могла сказать это перед ним.

"Я понимаю."

"Ну, Твила придумала для нее новое имя, и я поделилась им с ней. Хейзел опустошена, узнав, что моя семья знает, что она сделала."

"Она заслужила это."

"Она, кажется, считает, что я не должна была им рассказывать, потому что они всегда принимали ее с распростертыми объятиями."

"Тогда ей не следовало предавать человека, который познакомил ее с ними," — сказал Ник, пожав плечами. — "Люди бывают хорошими и плохими. У всех нас есть возможность быть тем или другим. Она выбрала быть плохой, и это кусает ее за задницу. Плохо быть в проигрыше, но она должна взять на себя ответственность. Какое имя твоя сестра придумала для нее?"

"Спермохранилище." — Она прошептала, кусая нижнюю губу. Между ними прошло долгое мгновение, пока это грязное слово висело в воздухе.

Впервые за все время, что она работала на него, Ник Сантос улыбнулся. Широкая, яркая улыбка с обнаженными зубами, две большие ямочки на щеках преобразили его черты, и даже зимняя борода, которую он всегда начинал отращивать в октябре, не могла их скрыть.

"У меня безумная идея". — Он был в восторге, когда схватил ее за руку и начал тянуть обратно в вестибюль.

"Куда мы идем?"

"В отдел разработки".

Гриер спотыкалась, следуя за своим работодателем, который за последние пять лет, что она работала на него, никогда даже не улыбался, как Мона Лиза, а теперь сиял. — "Что происходит?"

"Мои родители звонили мне на выходных. На самом деле, они звонили раз десять за выходные, и я могу игнорировать звонки отца, но никогда от мамы, потому что она не только буквальная королева нашей семьи, но и так хорошо манипулирует эмоциями. Они напоминали мне обо всех розыгрышах и пакостях, которые я устраивал в детстве. Я был немного неуправляемым".

Она отпрянула в удивлении, когда двери лифта закрылись, прекрасно осознавая, что он все еще не отпустил ее руку. -1 "Ладно?" — протянула она слово.

"Однажды на Рождество, которое, кстати, не мой любимый праздник, потому что он такой чертовски загруженный, и мои родители забывали, что мы существуем большую часть времени", — продолжал он говорить, как будто это было нормально, — "я сделал леденцы, которые на вкус были как рвота, и подложил их всем в чулки. Всем".

"Ты делал леденцы в детстве?"

"Милая, я делал ириски, как только научился держать что-либо в руках". — Он потащил ее по коридору, как только двери открылись, и втащил ее в исследовательскую лабораторию. Она была пуста, большинство сотрудников приходили только к восьми, а сейчас было еще не совсем семь. — "Папа упомянул время, когда один из наших конкурентов сделал конфеты из мусорного ведра и сказал, что даже это не сравнится с моими леденцами, которые на вкус как рвота".

Он надел лабораторный халат и бросил один ей.

"Что мы делаем?"

"Делаем конфеты 'ведра со спермой'. Вместо угля в этом году мисс Изменщица Хейзел получит ведра с конфетами 'сперма'".