Черные альвы (Радогор-2)

Глава 2 (начало)

Глава 2

В мозгу, под черепной коробкой роются, щекочут осторожные пальцы. Ловкие, чуткие. Но просыпаться не хочется. Да и давно привык к ним. Казалось, не будь их и не заснешь. Сил нет, и желания. Удивился бы безмерно, не появись они. И перевернуться на бок нельзя. На лавке тесно. А Влада уткнулась в его плечо, обхватила его шею рукой. Словно боясь, что убежит куда – ни будь, не дождавшись утра, и посапывает носом, как дитя.  

А где–то из угла смотрят на него нестерпимо зеленые глаза. Внимательные, но не злые. Оглядывают с ног до головы, изучают. На белом, в серебре тщательно прибранных волос, лице непонятно, что отражается. То ли сомнение, то ли удивление. И острые ушки подрагивают, как у драчливого кота. 

-Не спится же. – Удивился Радогор и раздраженно подумал. – И в приличиях полный ноль. Дама со мной как ни как.… Или я что-то не так понимаю.

Засыпал, словно в яму проваливался, а, просыпаясь, видел другое лицо. Черноглазое, с длинными распущенными волосами. И под черной накидкой, под которой не тело, густой черный туман клубился. С губами, чуть тронутыми загадочной улыбкой. Шевелятся губы, что–то шепчут ему так, чтобы не проснулась Лада. А что шепчут, не расслышать. В ушах звон металла и яростные голоса. И перед глазами уже не лицо, стремительное, хищное тело галеры, которая режет волну, торопясь уткнуться окованным тараном во вражеский борт.

-К мечу, бойцы!

Голос вроде бы знакомый. Как бы его собственный голос. В черных глазах, под наброшенной на лицо накидкой, туман.… Ворочается, как бэр в берлоге. Абордажная команда с крючьями приготовилась к прыжку… 

Грохот ломающегося дерева. Таран погрузился в чрево толстенького, сытого коча. Кошки взлетели над водой и впились в чужой борт.

Рвутся в уши озлобленные голоса. Меч ломит меч. А где меч не берет, там длинный боевой нож дотянется. Бой стремительно катится по палубе.

-Сомкнись! Дави клином!

Еще усилие и бой закончится. Но не досмотрел. Помешали зеленые глаза. Выплыли перед его лицом. Жесткие, требовательные. 

Глаза открыл. Сон ли, нет. А звенит железо. И этот звук, который ни с каким другим не спутаешь. И голоса совсем не дружелюбные, мягко говоря. А как раз наоборот! 

Неужто за обиду кровавую виру спросить пришли?

Прыгнул на ноги, одной рукой натягивая портки, а другой рукой дотягиваясь до меча.

-Шумный городишко, скандальный. – Сквозь зубы проворчал он, вбивая ноги в сапоги. – Даже, я бы сказал, сволочной.

Вот что значит, человек прошел хорошую школу и ,,,,побывал в умелых руках! Дольше ворчал, чем одевался.

Бой уже гремел рядом с ними, на поверхе и быстро приближался к дверям их каморки.

-Сон досмотреть не дали! На самом интересном разбудили, паразиты! – Снова проворчал он и повернулся к Владе, которая тоже проснулась и сейчас непонимающе смотрела на него.  

-Просыпайся, Ладушка. Гости к нам. Не дело к гостям выходить, в чем мать родила.

В мозг, словно иголка впилась. Длиной побольше пальца. Такая, какой шорники конскую упряжь прошьют. .катилась по всему телу от самой макушки и до пят. В глазах потемнело. Замотал головой, чтобы прогнать, сразу охватившую слабость.

-Может, не к нам? – Недовольно пробормотала она, облачаясь в боевой наряд. –Я и глаза закрыть, как следует, не успела. С вечера не додрались, так сейчас нагоняют.

-Твои бы слова, да богу в уши. – Криво усмехнулся Радогор, откинул закладуху и ударом ноги распахнул двери.

Бой шел не шуточный. В впотьмах. И на смерть.

-Берегись, чужеземец! - Услышал он звучный, мелодичный голос. И к удивлению своему, узнал в говорившем того, с серебристыми волосами и острыми ушками. А рядом с ним другого. Коротконого и волосатого. – За тобой они пришли. Вернее, за твоим мечом.

Меч его с узким лезвием полыхнул зеленым светом в потемках поверха и один из нападающих без звука повалился к его ногам. И сразу же его приземистый друг обрушил свой топор на чью – голову.

-Я эльф Фармерлиг… - Услышал он в промежутках между ударами. – А это мой друг и боевой товарищ гном Дарг. Вторую луну тебя ждем.

Эльф отступил в сторону, освобождая место для Радогора.

-И зачем бы?

Радогор подставил свой меч под удар, отвел его в сторону и всадил нож по самую рукоять в горло нападавшего. Удивляться было некогда. Да и с некоторых пор удивляться было совершенно глупо.

-Наши маги увидели, что в наш мир возвращается меч Раздора. И отправили нас на встречу. И смею тебя заверить, что не один я видел его у тебя за спиной. Воины, которых ты видел вчера черные альвы и троли, облик которых на короткое время изменила магия. Я еще вчера пытался предупредить тебя об опасности, но ты закрыл себя и свою подругу. А ночью даже пытаться не стал. 

-Я Радогор, она княжна Владислава. – Бесцеремонно и довольно грубо прервал Радогор словоохотливого эльфа, даже не пытаясь выяснить, кто и как сюда попал. Они к ним или наоборот. 

Окинул оценивающим взглядом короткую массивную фигуру гнома, и решительно распорядился.

-Вы здесь, а мы с княжной зайдем с тыла.

И не дожидаясь ответа, прыгнул в их тесное жилище. Подтянулся на руках и перебросил тело на крышу. Затем наклонился над окном, поймал Владу за руку и выдернул ее наверх.

-Не упади. И не отставай.

Ловко пробежал по скату крыши и мягко, по-кошачьи, спрыгнул вниз, в густые заросли бурьяна. И тут же поймал Владу на вытянутые руки.

-Рубить все, что стоит на ногах. Разбираться будем утром. – Прошептал он ей в ухо. – Умный в драку не полезет. Умный спрячется, чтобы уцелеть.

Княжна возражать не стала. За испорченную ночь кто – то должен был ответить.

-Вот и славненько.

Ударом ноги распахнул наотмашь двери. В длинном прыжке кинул послушное и гибкое, как у дикого зверя, тело сразу на середину трактира. Перекатился через голову и с колена прочертил перед собой просторную линию, освобождая место для себя и для Влады, чувствуя, как безжалостный клинок вспарывает плоть. Взревел бэром, призывая на помощь мохнатого друга, прыгнул на ноги и уже сверху обрушил клинок на чужую голову, пробиваясь к лестнице.

Перед лестницей завал из нескольких мертвых тел. С удивлением отметил для себя, что таких еще видеть не приходилось. Массивное туловище, непомерно длинные руки и короткие толстые ноги. Широкие ладони все еще сжимают кривые мечи – ятаганы. Лица до половины закрыты личинами. Под личинами торчат клыки, длине и крепости которых охотно позавидовал бы и дикий вепрь. 

-Не останавливайся! – Не оборачиваясь, понимая, что это лишнее, крикнул он Владе. – Прикрой со спины.

Прыжком взлетел по лестнице и кинул меч в ножны. На узкой и тесной лестнице места для замаха не было. Выдернул из ножен оба ножа, боевой и засапожный, и, не раздумывая, ударил в спину. Влада, прикрываясь им, как щитом, нанесла своим мечом колющий удар, полагая, что в такой тесноте меч сам найдет свою жертву. В горячке боя, в полумраке и тесноте, когда невозможно разглядеть, где свой, а где чужой, их атаку заметили не сразу. А когда заметили, было уже поздно. Они уже прошли лестницу до половины, шагая по трупам. И их противник вынужден был разделиться. Это оказалось не просто. Теснота и сумятица, которых трудно избежать в ночном бою, была на руку Радогору. Помог и Ягодка, заявив жутким ревом о своем появлении. Ножи Радогора не знали промаха. А рост и ловкость Влады давали ей неоспоримые преимущества. Невидимая за спиной Радогора, она с завидной быстротой посылала свой клинок вперед, всякий раз, безошибочно угадывая врага. Как только напор на эльфа и гнома ослаб, они ударили сверху с удесятеренной силой, заставив его отступить. Но отступать было не куда. И это был уже не бой, резня. Глухая, ожесточенная, без яростных криков, без стонов, в которой ни та, ни другая сторона не ждала для себя пощады.

-Гостеприимный городишко! – Проворчал Радогор, чувствуя, как чужая кровь заливает лицо и ручьем скатывается по одежде. – Зря только воду извел. Хоть снова мойся. Знал бы, серебром не разбрасывался.

-Обратно не возьмешь. - Снизу, из–за спины деловито заметила Влада. – Внизу, под лестницей лежит. Зарубили.

 В длинном выпаде метнулась вперед и вонзила со сноровкой опытной швеи клинок снизу под доспех.

«Ни малейшего понятия о человеколюбии. – Вскользь подумал Радогор, по достоинству оценив коварный удар. – Мужской гордости не пожалела. Начисто срубила».

И шарахнулся в сторону, чтобы увернуться от топора гнома.

-Смотреть надо, когда рубишь. – Упрекнул он. - Голову срубишь, новая не отрастет.

Вернул ножи на место и оглянулся, окидывая взглядом поле боя. И покачал головой. Зрелище было не для слабонервных!

-Не подставляй. Мне разбирать некогда. – Запоздало огрызнулся гном, скользя раскаленным взглядом по грудам мертвых тел. И зло пыхнул ноздрями. – Всех рубили, до кого меч дотянулся. Даже селян не пожалели.

-Троли! – Эльф пожал плечами, считая, что сказал достаточно. Но после короткой паузы добавил. – Орки, те еще могли бы пройти мимо. А от тролей пощады не жди.

Влада, подцепив концом меча, личину на одном из трупов, чтобы рассмотреть лицо, передернула плечами от отвращения.

-Не красавцы. – Согласился с ней Радогор, перехватив взгляд. И повернулся к эльфу. – Что делать будем? Уходить нельзя. Все на нас повесят. И оставаться здесь, не катит, по той же самой увесистой причине. Откуда взялась эта красота?

Взглядом Радогор указал на тролей.

-Кто–то в городской страже служит, другие в богатых домах. Иные в человеческом обличье в город пришли. – Отозвался Фармерлиг, шагая через трупы к выходу из трактира. – И все же лучше уйти. Пусть архонт со своими людьми этим занимается.

-А разве можно такое в человеческом теле упрятать? – Удивилась Влада и снова зябко вздрогнула.

-Магия… - Неохотно ответил эльф. Быстро проговорил нараспев несколько слов на странном языке и провел ладонями с длинными изящными пальцами по лицу. Белое, совсем не мужской красоты лицо преобразилось. Вместо искрящихся серебром, как свежевыпавший снег, волос появились рыжие, сбитые в войлок, лохмы. Лицо раздулось и потемнело, покрывшись глубокими морщинами. Глаза округлились и спрятались под толстыми надбровными дугами. Раздвинул в жуткой улыбке мясистые, толстые губы, обнажив длинные острые клыки.

Влада, затаив дыхание, следила за этим превращением, прижавшись к Радогору.

-Ужас! Не дай бог, ночью такое приснится.

-Черное колдовство. – Согласился Радогор, сохраняя полное спокойствие. – Руки обрывать за такое надо с корнем.

Эльф не стал ждать полного преображения, посчитав, что умный человек и без того все правильно поймет. Пытаясь сохранить интонации, присущие созданному монстру, прохрипел или пролаял несколько слов, и чудовище на глазах исчезло.

-Магия… - Повторил он. – Говорю же, вас ждали. И не только мы. Меч Раздора…. Сила, что заключена в нем безмерна, и пределы этой силы вряд ли кто, из живущих на земле, знает. А впрочем, что я говорю? Тебе, как я понимаю, сударь Радогор, эта магия тоже знакома.

Радогор шел следом за эльфом и не задал еще ни одного вопроса, думая о чем–то, известном ему одному, изредка бросая многозначительные взгляды на Ладу.

Город все еще спал. И даже владельцы многочисленных лавок и лавчонок не спешили открывать их ставни. Лишь изредка открывали, одичав за ночь от скуки, рты псы, заслышав их шаги. И тут же сконфуженно умолкали, убоявшись палки, разбуженного лаем, хозяина. Похоже, что давно привык старый город к подобным событиям, если даже собаки голоса не подали.

Не останавливаясь, заложил четыре в рот и властно, с переливами, засвистел, чем привел гнома в немалое изумление.

-Кони. Не возвращаться же за ними. Конек у меня послушный, понятливый. Оставишь, не поймет. Еще и дебоширить начнет от обиды. Народ перебудит. А мне этот скандал нужен? Люди рассерчают, плохо начнут думать. Мне то по большому счету наплевать и забыть, а княжна? – И тут же, без перехода спросил. – И куда путь держим, господа мои?

-У нас, древнего народа, в городе свое подворье. – Неохотно и не сразу, как показалось Владе, ответил Фармерлиг. Острые уши беспокойно затрепетали. – Когда–то, очень давно, когда люди ходили еще в звериных шкурах и жили в пещерах, весь этот мир принадлежал нам, но прошло время, прокатились по этой земле войны, сменяя одна другую. И у нас осталось только несколько мест, где мы чувствуем себя в относительной безопасности. 

-Знакомо. – Хмыкнул Радогор. – Нам палец в рот не клади. По плечо отхватим. И что не поделили?

Эльф переглянулся с гномом и все с той же неохотой, пожал плечами.

-Долго говорить. 

-Не хочешь, не говори. Мы не любопытные. Своих проблем по ноздри. – Не стал настаивать Радогор.

Шел рядом с эльфом, разглядывая улицу, зажатую громадой, сложенных из серого, гладко отесанного, камня с узкими, похожими на бойницы, стрельчатыми окнами и прикрытыми узорчатыми ставнями.

-Тоскливо живете. Не кустика, не травки.

-Все было. И трава, и кустики. Город в ту пору, когда был нашим, утопал в зелени. В гавани от кораблей тесно было. Мачты небо подпирали. Со всего света корабли приходили. Не было земли, где не знали бы эльфийских флагов. Но около тысячи лет тому назад, я в ту пору был уже зрелым воином, пал этот город. Люди объединились с орками, призвали на помощь тролей. И даже гоблины откликнулись на их зов. Только гномы не оставили нас. Кровь лилась реками по улицам города. Вода в гавани и далеко в море окрасилась в бурый цвет. И тогда те немногие его защитники, что уцелели в бойне, погрузились на корабли и ушли Туманными дорогами в заповедные земли. 

-С такими то стенами?

-Стены строили люди. Эльфы не отгораживались от мира людей. Люди, в какой то мере, творение их собственных рук, их дети. Что и явилось, пожалуй, одной из причин всех войн. Они почему - то считали, что мы до сих пор управляем их жизнью.

-А другой? – Спросила Влада, перед глазами которой все еще стояла, нарисованная эльфом, жуткая картина.

Эльф сделал вид, что не слышал ее вопроса. А, может, так оно и было. И за него ответил, попыхивающий трубкой, гном.

-Эльфы практически бессмертны. Правда, если не подставлять под удар меча голову. А жизнь человеческая коротка, как полет мотылька. К тому же их желания бывают столь непомерны, что делают ее еще короче. И магия эльфов, тайны которой они безуспешно пытаются разгадать.

-Магия? – Отстраненно спросил Радогор только для того, чтобы не обидеть странных попутчиков своим молчанием.

-Наша магия, магия духа, почти не доступна людям. По крайней мере, в том виде, в каком ей владеют эльфы. А понять то, что эльфы живут в согласии и единении со всем, что окружает нас, они не в состоянии или не хотят.

И Фармерлиг не широким жестом руки описал круг над головой, посчитав, что этого вполне достаточно для того, чтобы быть понятым.

-Они часть этого мира.

-А с людьми разве не так? – Обиделась Влада. – Радогор тоже многое умеет.

-Люди стоят на земле и видят только то, что открыто их взору. Но есть еще разум, есть душа, для которых не существует пределов. Эльфы перворожденные. Они родились вместе с этим миром. Они видели, как в корчах и муках зарождался этот мир и сама жизнь в первородном пламени. А витязю Радогору, не в обиду будь, сказано, подвластна только боевая магия, если не считать той малости… 

Речь его прервал дробный перестук конских копыт. Он замолчал и оглянулся. Рука потянулась к мечу, спрятанному под плащом.

-Наши лошадки.

И в самом деле, на размашистом галопе, раздувая ноздри, летел его черный, как варначья ночь, жеребец. Грива хлестала по ветру. Оборванные поводья запутались в, отливающем синью, волосе. Справа от него спешила буланая кобылка Влада. А между ними, не отставая ни на шаг, катился бэр. Жеребец подлетел к нему, оттолкнув грудью, как хлипкого подростка, гнома и под недовольное бормотание бэра, цапнул зубами за плечо.

-Ну-ну, дурачок. Расслюнявился. – Беззлобно проворчал Радогор и запустил пальцы в челку. - Думаешь, забыл про вас?

Конь всхрапнул от обиды, оскалил зубы и снова потянулся к плечу.

-Хорошего помаленьку. - Остановил его Радогор и смущенно улыбнулся. – Веди себя прилично. Люди смотрят. Что подумать могут?

Говорил непривычно мягко, поглаживая жеребца по, круто изогнутой, шее, чем вызвал законное недовольство бэра, который тут же постарался оттеснить его. Но Радогор, казалось, даже не заметил этого.

-Не знаешь? Вот и я не знаю. А, значит, веди себя паинькой. И шагай, как и положено благовоспитанным людям.

Жеребец, словно поняв его, успокоился и зашагал, покачивая головой, оттеснив заодно и эльфа.

Забрезжил рассвет. И Радогор забеспокоился. Но его успокоил гном.

-Пришли. – Басовито провозгласил он, останавливаясь перед высокой оградой, окрашенной в белый цвет. И с нескрываемой гордостью, густо замешанной на самодовольстве, пояснил Радогору, заметив его внимательный, ищущий взгляд. – Работа гномов. Калитку и опытный взгляд не разглядит. А глаз найдет, рука не откроет.

И впечатал широкую, темную ладонь в стену. Прошло совсем немного времени, и часть стены провалилась внутрь и медленно, бесшумно поползла в сторону.

-Прошу. Наш дом, ваш дом.

Эльф отшагнул в сторону и гостеприимно указал рукой на отворяющуюся калитку.

Влада, из–под опущенных ресниц, бросила быстрый взгляд на Радогора. Но как не скор и не приметен был ее взгляд, он не остался не замеченным эльфом.

-Княжна может не опасаться ловушки и засады. – Не выказав и доли обиды, проговорил он. - Нам хорошо известно, что меч Раздора сам выбирает себе хозяина. К тому же тот, кто владеет этим мечом, почти неуязвим.

-Неуязвим, это хорошо. Это то, что нам нужно. – Рассеянно пробормотал Радогор и шагнул в, чудом появившуюся, калитку.

И к удивлению своему в царстве безжизненного мертвого камня увидел уголок заповедной, нетронутой природы. Яркая, даже в блеклом предрассветном свете, зеленая трава с множеством, невиданных цветов, над которыми порхало множество, мечта всякого «ботаника», бабочек и прочей живности. Словно из тумана выплыли деревья, чьи кроны сплелись воедино, образуя одну густую гигантскую крону. По стволам тянулись вверх лианы, укрывая их ковром из листьев и цветов. А под кроной захлебывались в утренней песни десятки, а может сотни, нарядно одетых, птиц.

-Древо эльфов. – С гордостью пояснил неразговорчивый гном. – Эльфам не нужны ни дома, ни дворцы. Для них всюду дом, где есть хоть одно дерево. Дерево для эльфа, как для гнома гора.

-Но… - И не найдя слов, Влада повела взглядом по древу от корней к вершине. – Как…

-Это древо повидало на своем веку десятки войн, сотни пожарищ. Его кожа несет на себе неисчислимые раны. И оно научилось скрывать себя от людских глаз. – Со священным придыханием, почти нараспев, произнес эльф. – Оно помнит Великого Манве еще в те дни, когда здесь полыхал священный огонь мироздания. 

Не дожидаясь новых вопросов, Фармерлиг шагнул под сень дерева. Сделал шаг и Радогор, увлекая за собой Владу. Яркий, но не назойливый солнечный свет обрушился на них. Звук серебристого ручья, бегущего в мягкой шелковистой зелени, ворвался в уши, вплетая в гул водопада, падающего, откуда сверху в небольшое озерцо с обломком, искрящихся вкраплений самоцветов, скалы в его середине.

-Ваши покои. - Эльф указал рукой нишу между лианами в трех шагах от водопада. – Там найдете все, что вам нужно.

Радогор качнул головой, полагая, что этого вполне достаточно, чтобы хозяева поняли, как высоко он оценил их гостеприимство, но в нишу шагнуть не торопился.

-Полагаю так, судари мои, что мы здесь не одни? – Спросил он, прислушиваясь к звуку водопада и не заметно оглядываясь.

-Не одни. – Согласился Фармерлиг. И переглянулся с гномом. – Эльфы умеют, когда надо, быть незаметными.

И накинул на себя свой почти прозрачный, невесомый плащ и сразу исчез. Если и не для Радогора, то уж, непременно, для Влады. Радогор же, напрягая сознание, все же сумел разглядеть на фоне зелени слабое, размытое пятно.

-Впечатляет. – Одобрительно произнес он. – Как сказали бы мои бойцы, прикол по кайфу. – Тогда попроси прибрать и накормить наших лошадей. Обидно будет, если они по простоте душевной испортят всю эту лепоту. Ну и бэр наш тоже парень простецкий. Что же касается нас с княжной, то нас больше всего сейчас интересует извечный вопрос. Что делать? И как быть. Или бить. Кого и где. Это уж кому как. На любителя. Смею вас заверить, что у нас и в мыслях не было навестить мир эльфов. Или, по крайней мере, не сейчас. Хотя не скрою, во благовременье и чисто в познавательных целях любопытно было бы посмотреть на него поближе. Да видит бог, в потемках не туда свернули.

И твердым, не мигающим взглядом вцепился в лицо эльфа.  Эльф глаз не отвел, но с ответом не торопился.

-Нет, сударь Радогор. – Ответил он твердо, угадав в вопросе тайный смысл. - Нам было бы спокойнее, когда бы ты пронес меч Раздора мимо нашего мира. Ни эльфы, ни гномы, ни, даже люди, пусть они не сознают пока этого, не заинтересованы в его возращении. Тьма сгущается над нашей землей и новые потоки крови вот–вот снова зальют ее. Но мы обязательно найдем того, кому понадобился меч. Если он здесь…

-Хорошо бы. – Не очень уверенно проговорил Радогор. И словно извиняясь, тихо добавил. – Время, брат эльф, поджимает

И усмехнулся.

-К тому же троли княжне не очень понравились. Шарм не тот, чтобы девице приглянуться.

Гном широко осклабился, распушив бороду.

-Согласен. Не красавцы, одно слово. Не сразу привыкнешь… - Поскреб пятерней затылок, сдвинув стальную шапку, на лоб и улыбнулся еще шире, собираясь пуститься в объяснения. Но вмешался, поморщившись, эльф.

-Отдыхайте, господа. Будет еще время и на вопросы, и на ответы, если таковые найдутся. День здесь обождем, а ночью выйдем из города.

«Если получится. – Подумал Радогор, кладя руку на плечо Влады. – И если позволят выйти. Наверняка по всему городу уже ищейки рыщут. Трупов наворочали, не меряно. Кто–то да обиделся. А обида, как не крути, серьезный фактор, с которым не считаться, верх легкомыслия».

«Мои эльфы сейчас в городе. Оповестят, если что не так. – Почти сразу услышал он голос эльфа. – А здесь кроме стены и маленького домика чужой глаз ничего не увидит».

Лада, боясь, что Радогор увязнет в разговоре, решительно потянула его за пояс, и ему ничего не осталось, как послушно последовать за ней.

«Стоит расслабиться и на тебе. Лезут, как в свой карман». – Подумал он и наскоро сплел заклинание, закрываясь.

И между лианами благолепие. Только свет поскромнее. Приглушенный, и располагающий к интиму. Или благостным размышлениям. Под ногами изумрудная зелень ковра в россыпях ярких цветов. В углу ручеек из горки, тщательно подобранных, камней пробивается. На, вычурно сплетенных из корней или, потемневших от времени, лиан, ножках любовно выглаженная умелой рукой, плита под цвет малахита. Вокруг столика стоят пуфики. У противоположной стены крохотное, не больше двух саженей, озерцо с хрустальной чистоты водой, утонуло в зелени. По краю озерца гладкие камни. Слева от озерца лежанка. Хоть, вдоль ложись, хоть поперек вались. Поверх лежанки легкое, почти невесомое покрывало, усыпанное неяркими спокойными цветами.

-Колоритно. – Определил Радогор. – Всюду видна рука умелого дизайнера, и не из дешевых.

Влада, похоже, кроме воды ничего не видела. Сразу от порога принялась сбрасывать с себя оружие и одежду. И не останавливаясь, прыгнула в воду.

-Дева Макошь! До чего же хорошо! – Взвизгнула она, призывно глядя на Радогора. – Не то, что вчерашняя заплеванная лохань. А вода какая, Радо! И цветами пахнет, как твои волосы. 

-А увидят? – Посмеиваясь, спросил он. – Плащики у них знатные. Заценил.

-А пусть ослепнут. – Легкомысленно отмахнулась она. – Если стыд потеряли.

И есть от чего, подумалось Радогору. Не девчушка, почти подросток нежилась перед ним, белея телом, в воде. Молодая, полная сил и здоровья женщина, уверенная в своей красе и власти.

-Ну же, Радо! – Чуть смущаясь, поторопила она. – Даже приставать не буду. Когда еще доведется откусить от такой роскоши? 

-Это ты о себе? – Улыбнулся он и присел на камни рядом с водой.

-Нет. Но и о себе тоже. – Не краснея, успела справиться со смущением, ответила она и улыбнулась в ответ. – Странно все. Вроде я, а вроде и нет. Вода, как та, которой дуб – отец меня поил. Каждая жилка силой полнится. И столько ее накопилось, что того и гляди выплеснется. Аж, есть захотелось.

-Сейчас принесу. – Рассмеялся он, поднимаясь.

Шагнул к столику, на котором приметил плетеную из тонких прутиков корзинку с фруктами. Взял один плод, похожий на земное яблоко и поднес к лицу. Легкий знакомый аромат защекотал ноздри. Засмеялся, чувствуя, как напряжение последних дней, или лет, с этим еще не определился, медленно отступает. Вернулся ко краю воды и подал плод Владе.

-Ты таких еще не ела. Пацанами, помню, по чужим садам за ними лазили. Но эти лучше.

-У нас тоже они растут. Только мелкие. – Отмерила на мизинце размер яблочек. – Твердые, как дерево. И кислые, аж рот на бок воротит. – Пробормотала она, вгрызаясь острыми зубками в румяный бок. – А эти сладкие и душистые.

Выпрямилась, вставая из воды и показывая ему свое сильное, налитое, как то яблоко, что она все еще сжимала в руке, тело и закинула руки на его плечи. 

-А мне все еще даже подумать страшно, что бы было со мной, не увяжись я за тобой, Ладо. – Прошептала она, щекоча губами ухо. – Прилепилась бы к тебе какая нибудь сквернавка, а я бы промаялась одна до конца дней, не зная счастья. Сохла бы и сохла, да так бы и умерла без тебя.

Радогор на какое то время растерялся. Разговор знакомый. 

-Глупенькая, сама посуди, куда бы я делся с подводной лодки. – Неловко пошутил он. – Кто бы еще потащился за мной, по лесам да по Мертвым дорогам?

Не слушает его, журчит в ухо.

-И на девок срамных не смотри…

И она ли журчит, а не фонтанчик в углу?

-Не буду, не буду. – Торопясь, успокоил он ее. – И где они эти девки срамные?

-Может, показать? – Не скрывая подозрения, спросила она, выпрямляясь. – Так и жгут, так и жгут. 

 Падает, катится по камням водопад и с шумом падает в озерцо. А откуда и зачем? 

Влада спешит высказаться по поводу блудливых, жадных глаз, которые со всех сторон устремлены на него. Шевелятся губы, но слов не слышно. Вместо них, усиливающийся с каждой минутой, шум водопада. Но нет, уже не шум, грохот. И не водопада! Волны с неистовой силой накатываются на берег и разбиваются о прибрежные скалы. Брызги непроницаемой стеной стоят между ним и морем.  

-…Когда бы я еще столько увидела. Эльфы, гномы… Все в новину, все в диковину.

Голос есть, а самой Влады нет! Словно и не было никогда. Исчезла за россыпями брызг.

-…троли… прожила бы дура дурой…

-Выскочила бы замуж за того Свища, свиблого . – Собственный голос доносится издалека. – Детишек бы с десяток принесла ему. А, может, быть и того больше, если аппетит будет.

В тесную бухточку, прячась от разбушевавшейся стихии, пытается пробиться галера. Взлетает на волне и катится вниз. Того и гляди опрокинется. Крохотное суденышко уже изрядно потрепано. Вместо мачты расщепленный пенек. На рулевом весле висят двое. А хоть десять! Этим горю не поможешь. Радогор уже слышит, как трещит весло, оставляя судно на волю волн.

-…Не сморозить такое ни как нельзя было?

Волна в который раз кинула галеру на самый гребень, поставила ее боком и понесла к берегу.

-Все, кранты! Кина не будет, кинщик заболел. Сливай, как умные люди говорят, воду. Приехали!

Переживает, как за свое. А, может, так оно и есть. Будто видел уже это юркое суденышко. Руки бы тому капитану выдернуть с корнем и теми руками по морде, по морде! Коню ясно, что по щепкам разнесет кораблик в этой бухточке. Не отстояться при всем желании. Спасенье там, на открытой воде. При условии, что оно вообще возможно в такую бурю.

Но кораблик вопреки силам природы и всем законам мореплавания застыл в самой верхней точке, закачался, неведомым образом развернулся, клюнул носом и скользнул вниз, к берегу.

Радогор не утерпел и с облегчением вздохнул, смахнув пот со лба. Но вместе с потом улетучилось и видение. Или как там его зовут, черт бы его побрал.

Лада, выговорившись, крепко спала.

Словно крадучись, бесшумно вышел из отведенных им покоев и не удивился, увидев там Фармерлига и Дарга. Догадался, поджидали его, лежа на берегу озерца среди сказочной зелени подремывая под шум водопада.

-Уснула. – Пояснил он, виновато улыбаясь, скосив глаза в сторону озера. – Даже есть не стала. Ту дорогу, которой мы шли не всякий здоровый мужик вынесет. А мы еще свернули не туда. Сам не помню, где нас носило.

Шум водопада усилился, в глазах потемнело. Исчезло озеро. А вместе с ним и эльф, и гном. Из мрака катилось прямо на него, разрезая воду острым форштевнем, попавшее в беду, судно.  

Галера со скрежетом и треском врезалась окованным тараном в узкую песчаную, зажатую между скалами, отмель, теряя обломки весел.

Тряхнул головой, чтобы прогнать остатки наваждения.

-Ориентиры растеряли…