365 дней на любовь. Собственность Ярова

Глава 6

Яров

— Владимир Александрович, — сказала моя молодая жена. — Папа хочет поговорить с вами. Наедине.

Владимир Александрович… Она называет меня на «вы». В зале журналисты. Если они услышат это, поймут, что брак фиктивный.

— Почему по отчеству и на «вы»? — резко спросил я. — Называй меня по имени и на «ты». Я твой муж, — произнес я уже мягче.

Мила покорно опустила глаза. Видно, что ей неловко называть меня так, привычнее обращаться ко мне официально.

Я с недоумением смотрю на отца жены. Бледный, с темными кругами под глазами…

Разве он не должен быть в больнице?

— Ладно, сейчас, — я нехотя оторвался от дегустации экзотического блюда и встал из-за стола.

Тесть повёл меня в зимний сад. Видно, что ему не терпится сказать мне что-то важное…

— Вас выписали? Так быстро? — с удивлением, доставая сигару.

— Нет, отпустили ненадолго. На свадьбу дочери, — слово «свадьба» отец Милы произнес с каким-то особым страдальческим выражением лица.

Я невольно отодвинулся от него, как от прокаженного. Жалкий, без денег, вызывающий сострадание…

Я всегда старался держаться от таких, как он, подальше. Чтобы быть успешным, надо общаться только с успешными.

Но, как говорится, родственников не выбирают. Придется ему помочь. Купить дом получше, на нормальную должность устроить.

Тесть Ярова не может быть простым работягой.

— У меня мало времени, — решительно выдохнул он. — Я начну сразу. Владимир, я благодарен тебе за помощь. Ты спас мне жизнь, — он сделал паузу, будто собираясь с силами. — Но, пожалуйста, оставь мою дочь в покое. Она вас не любит, а ты не любишь её. Зачем мучить друг друга?

Я не ожидал такого. Думал, мужик будет рад такому зятю. Я мог бы выбрать любую, а взять в жены его простушку-дочку. И он не рад?

— Это фиктивный брак, — продолжал он. — Уверен, в городе полно девушек, красивых, умных, из хороших семей, которые с радостью…

— Я уже женился на вашей дочери, — резко перебил я Березина, пристально глядя на него. — К чему этот разговор? Она сама пришла ко мне. Сама попросила о сделке. Я согласился, оплатил лечение. Всё честно. В чём проблема?

— Мила сделала это ради меня. Она не подумала о последствиях… Я ничего не знал об этом, иначе бы ни за что не согласился, — отец Милы нервно похлопывал себя по карманам,искал сигареты.

Я протянул ему сигару с зажигалкой.

— Спасибо. Врачи запрещают, но я не могу. Привычка, — объяснял он. — Я должен вам тридцать миллионов. Я отдам, но мне нужно время… Если ты согласишься подождать, то постараюсь собрать эту сумму.

Тесть вызывал во мне одновременно жалость и раздражение. Тридцать миллионов для него — неподъемная сумма. На что он надеется? На заводе такие работяги, как он, в месяц зарабатывают не больше восьмидесяти тысяч. И то, если повезет. Да, он за всю жизнь тридцать лимонов не наберет.

— Не неси бред. Откатывать сделку назад я не собираюсь, — холодно произнес, туша сигару. — Да, не бойся, я не обижу твою дочку. Как сыр в масле будет кататься… И тебе помогу, мы ведь не чужие люди.

— Мне ничего от тебя не надо! Оставь мою дочь в покое! — орал Березин. — У тебя полно шлюх. Зачем тебе моя Мила?!

Я сделал едва заметный жест, и рядом с нами, будто из воздуха, появились охранники. Они увели папашу Милы на улицу.

— Этого в заведение не пускать! — скомандовал я, выходя из зимнего сада.