Две недели пролетели в непривычной тишине. Призрак замолчал. Ни странных сообщений, ни сбоев в сети, ни пугающих звуков из системы оповещения.
Мы начали выбираться наружу. Сначала это были короткие, нервные вылазки: Алексей сопровождал меня до машины, мы выезжали в безлюдные парки на окраине города или заезжали в круглосуточные супермаркеты в три часа ночи, когда там почти никого не было. Он всё еще держал руку на моей талии, будто бы хотел ей прикрыть меня, а я оглядывалась на каждый шорох, но постепенно этот адреналин начал притупляться.
Мы оба знали, что Призрак не из тех, кто просто берет и уходит в закат. Мы понимали, что это затишье — лишь игра. Но человеческая психика так устроена: она не может вечно жить в режиме боевой готовности.
Я начала чаще смеяться, разрешила себе расслаб
