Поломанный

7.

7.

Текст песни группы Мельница. Анестезия.

Затёртым, запертым во льдах,

Как не сойти с ума?

Искрит рогами в проводах

Железный бык зима.

Дожить разлуку до утра,

И двери - на засов,

Но всем ветрам открыт февраль,

И часовщик небесный - враль,

Не знает, где забыл вчера

Три тысячи часов.

И лунами багровыми

Сквозь лед кровоточат

Отрубленные головы

В мешке у палача,

К востоку рвутся вороны

Средь облачных зыбей,

Но солнце - князь с терновою

Короною сверхновою -

Спешит в другую сторону,

К тебе, к тебе, к тебе!

Так поберегись,

Пригнись,

Покуда льется свет

Вертикально вниз,

Но не отринь,

Смотри,

Пока горит огонь

У меня внутри,

И не сжимай

В горсти,

И не гадай -

А вдруг не долетит,

Моя живая суть -

Стремительная ртуть,

И счет биенья вен нам укажет путь -

Когда-нибудь.

Когда земля смолистая

Очнется ото сна,

Вода проступит чистая,

И ива серебристая,

И кровь твоя искристая,

И плоть твоя - весна.

Так поберегись,

Пригнись,

Покуда льется свет

Вертикально вниз,

Но не отринь,

Смотри,

Пока горит огонь

У меня внутри,

И не сжимай

В горсти,

И не гадай -

А вдруг не долетит,

Моя живая суть -

Стремительная ртуть,

И счет биенья вен нам укажет путь -

Когда-нибудь.

Текст песни Монеточка – Твое имя

(Монеточка):

Цветные птицы, японские слова

Узор пылится на тонких рукавах

В лохматых нитках запутался дракон

Тобою выткан небрежно и давно

Устал дешевенький халат

Поблек узор цветочный

Он много-много лет подряд

Изображал восточность

Он любит плечи, ждет

Когда, поднявшись слишком рано

Его простой старик

Себя почувствует султаном

(Монеточка):

Молчит, будто неизвестно

Он не знает, что произошло

Висит на привычном месте

Будто ты возьмешь его еще

А ты исчез ни в пустоте

Ни в темноте не отыскать

Ты слился с воздухом

Ты превратился в дым

Остались буквы в документах, на счетах

И эти буквы были именем твоим

(Монеточка):

Здесь все в порядке

Здесь сохранился след

На месте тапки, а человека нет

Здесь не погасли окурки, фитильки

Горят напрасно, пылают от тоски

Ждут спички и табак

Когда начнется спор

Оставленный вот так

Нетронутый с тех пор

А ты не близок, не далек

Не смотришь с высоты

И где-то под землей

Не ты, не ты, не ты

Не ты, не ты

(Монеточка):

Вот, кажется, порхнула

Птичка с халата на пальто

Ночь снова обманула

В темноте привиделось не то

А ты исчез — ни в пустоте

Ни в темноте не отыскать

Ты слился с воздухом

Ты превратился в дым

Остались буквы в документах, на счетах

И эти буквы были именем твоим

(Монеточка):

Ни в пустоте, ни в темноте не отыскать

Ты слился с воздухом, ты превратился в дым

Остались буквы в документах, на счетах

И эти буквы были именем твоим

Ни в пустоте, ни в темноте не отыскать

Ни в пустоте, ни в темноте не отыскать

Ни в пустоте, ни в темноте не отыскать

Глава от лица Максима Максимова.

Странного у нее оттенка глаза, как бутылочное стекло почти салатового прозрачного цвета. У людей таких не бывает, разве что у кошек на свету.

- Сам? - попытался, как взрослый человек здраво осмыслить ситуацию.

Мне за тридцать, я мечтал о подобном всю свою жизнь. Более чем восьмилетние отношения, я готов променять на девушку, которую знаю меньше чем две недели?

Да, ну!

Бред!

- Это то - чего я хочу. Я хочу выиграть.

В голове как бомба разорвалась. Не хотел, ее хотел, а выиграть, три миллиона совершенно не хотел? Все вдруг и на нахлынувших не к месту эмоциях показалось пустым и не важным.

- Тебя это разочарует?

Смотрит как змея. Щурится, то ли от яркого света фонаря над нашими головами, то ли у Ады плохое зрение, а я этого раньше не замечал? Ровно с того дня, как она попала в мою жизнь, я вообще мало что замечал.

Ее глаза мне мерещились постоянно. И днем и ночью, именно так болеют, должно быть так люди сходят с ума. Помешательство. Вирус. Бред.

- Не бери в голову, - вот что я вижу сейчас, она заворачивается как ракушка в панцирь и больше от нее откровенности не дождаться.

Хочу схватить ее, ударить головой об эту лавку, накричать, просто вытрясти из нее душу. А в дальнейшем, хватило бы и простого танца с ней же. Я почему то верил в то, что у нее еще получится танцевать.

- Пойдем в помещение, простудишься.

Поднимается проворно, если бы не знал что еле ходит, в этих отточенных движениях непременно бы узнал танцора. Девушка слишком хорошо владеет своим телом, даже для того кто расстался со спортом пол жизни назад.

Отмахивается от моей предложенной руки, на ходу поправляя растрепавшиеся на ветру кудри, тем самым возвращая своему образу идеальный вид. Словно глянцевая. До безобразия красивая, с четко поставленной речью. Девушка, к типу которых не готовят ни в одной школе бабников. Она ничья. И никогда не будет принадлежать никому и ничему.

Нужно выкинуть из головы! Хотя бы на этот вечер, потому что ее присутствие мешает мне здраво мыслить.

- Аделина? - окликает ее один из репортеров и девушка расправляет плечи еще натужнее.

А какая она на самом деле? Без всех приклеенных к гладкой коже масок?!

- Да? - скользкая улыбка, а я прямо вижу, как перекатывается ее нога с пятки на носок.

Еле стоит.

- Вы не могли бы побеседовать с нами пару минут?

Шикает на них как на бродячих кошек.

- Разумеется, - резко находит выход, из ситуации притянув меня за предплечье.

Если репортеры и в шоке, то ни чем не выдают этого. Не знаю как они, я сам в шоке.

- Это ваш дебют на телевизионном проекте, поделитесь своими впечатлениями о сложившейся работе?

Аккуратные, колкие как ножи пальчики девушки вцепляются в мою кожу. Но я не чувствую боли, хотя и должен был бы, я ощущаю лишь то, как она замерзла и как хочу ее элементарно согреть.

Ей больно, гадко и холодно.

- Я рада тому, что благодаря этому шоу всевозможные танцевальные направления раскрыты широкой публике, - будто задумалась, - хочу поблагодарить одного из хореографов за предоставленную возможность. Но я скорее одна из вашей братии, чем танцор.

- Где вы работали еще хореографом? - задают они вопрос, словно ее и не слышат.

Они задевают ее за живое и во мне вновь закипает желание и****ь кого-то этим вечером.

- Я не хореограф. Я…, - слепит улыбкой, - танцор - инвалид. А еще, по признанию многих, не плохой журналист, - колет она в ответ.

Из легких вышибает весь воздух и я ровно, так как и растерянный парень из журнала хочу истерично рассмеяться.

- Я танцор. В моей жизни случилась серьезная травма и я бы навсегда завязала со спортом, если бы ни этот проект. Так и опубликуйте, а теперь нам пора, - почти разворачивается к ним спиной, - и да, я полностью довольна работой Оли Платоновой и Макса Максимова.

Заворачивая за угол, сгибается пополам, и если бы не мои руки не держит абсолютно равновесия.

- Язык мой враг мой, - шепчет, куда-то в область собственного живота, - спасибо что поддержал.

С трудом вспоминаю о том, что должен был после концерта найти Свету. Что я здесь делаю? А ведь нас вместе фотографировали, Светикова и так заводится из-за моего участия, еще и приписанных романов мне не хватало!

А ведь в этом есть доля истины.

Пытаюсь поднять Аду, но она отталкивает мои руки вновь. Почему интересно, ей претит любая помощь? Не нравится чувствовать себя ущербной?

- Погоди, - води скрюченной от напряжения рукой по стене в желании найти опору, - я сама.

Как же искалечены наши души, что даже работая в паре, мы всегда по сути все делаем сами!

- Шприц принести?

Чертовы стекляшки глаз врезаются глубже, чем я позволял, кому бы то ни было до нее. Вот почему она меня так должно быть зацепила, нахожу я для себя ответ, она не нуждалась в одобрении, помощи, не ждала принца, чуда и справедливости.

Она была единицей, без надобности в ком-то.

- Хочешь победить?

- Разумеется.

- И я. Хочу.

Скрюченной рукой отталкивается от стены. Сквозь боль. Браво!

Текст песни группы Мельница. Поезд на Мемфис.

Идет ли поезд в синий замшевый Мемфис

С центральной станции стовратных Фив,

Идет ли поезд прямо в мир?!

Когда уйдет этот поезд на юг По нагим, по заточенным рельсам, чтобы было больней,

Когда зацепит колесами стук,

Оставляя во тьме расстояния, город в огне,

Забывая за башней вокзальною город в огне,

И часы, и колонны вокзальные,

О, Фивы древние, Фивы стовратные,

Фивы центральные, Фивы товарные тоже в огне!

Когда мой поезд отправится в путь -

Электрический след по осенней высокой траве -

Я нареку его именем Ртуть,

И расскажу обо всем, что гуляет в моей голове.

И о том, как же страшно бывает в моей голове.

Боги, как странно, как мучительно страшно,

Поверь мне, Меркурий, исключительно важно,

Чтобы мы не свернули, ибо много опасных там стрелок, поверь -

В моей дурной голове.

Мне не найти незаезженных рифм -

Что отмечено на циферблате, исполнится в срок.

В перронах Мемфиса высечен ритм,

И увенчан секундами Элвис - немертвый король,

Притворяясь, что он повелитель железных дорог.

В самом деле, кто же их повелитель,

Подземных, надводных, умоляю, спасите,

Подлунных, беззвездных, безжалостных просто,

Теперь уже поздно, я теперь вечный житель

Железных дорог.