Предложена Трём Альфам

Глава 5

[Ксантия].

Лицо Луны Мизы потеряло всякий цвет.

- Что? Альфа, - он поднял руку, заставляя ее замолчать.

- У нас нет времени на споры. Это приказ, и я ожидаю, что вы его выполните, - с этими словами он вышел из комнаты. Луна Миза бросила на меня возмущенный взгляд. Она вскочила и ударила меня по лицу. Жгучая боль пронзила щеку, словно тысяча иголок, лишив меня чувств.

- Теперь ты счастлива? - прорычала она.

- Ты наконец-то разрушила мою семью! Ты и твоя грязная кровожадная мамаша!

Я тупо уставилась в пол. Смесь эмоций обрушилась на меня, задушив сердце своими неумолимыми когтями. Она крепче вцепилась в мою сломанную руку, пока я подавляла свои крики, превращая их в хныканье. Впервые в жизни мне показалось, что я заслужила эту боль.

Королевский врач опустил взгляд. Для него в этом не было ничего нового. В конце концов, именно он лечил меня в течение восемнадцати лет после каждого раза, когда меня ломали. Он никогда не спрашивала о моих ранах. Он только лечил меня, держа рот на замке, как и сегодня.

Она схватила меня за щеки другой рукой, ее ногти впились в мои щеки. От боли у меня на глазах выступили слезы. Я стиснула челюсти, чтобы сдержать рыдания в горле.

- Бесполезная и обременительная, какой ты всегда была...

- Мама! - Наталия ворвалась в комнату, разрыдавшись.

- Я не хочу выходить за них замуж! Я не хочу умирать! Мама, пожалуйста, сделай что-нибудь!

Я ожидала, что Наталия выплеснет на меня свой гнев, но она прижалась к Луне и горько зарыдала. В тот момент мы испытывали одинаковый страх, и, возможно, именно это нас и связывало.

Ничто не имеет значения, когда ты видишь свою смерть прямо на пороге. Особенно когда смерть приходит, чтобы жениться на тебе и забрать в подземный мир в качестве подношения.

Прошел еще один мучительный час, и рыдания и крики Наталии эхом отдавались в роковой тишине дворца. Она находилась в другой комнате, но я слышала ее мучительные крики до самой своей комнаты.

Я не знала, что королевский врач ввел мне в руку, но боль уменьшилась. Я бережно сжимала сломанную руку, желая почувствовать облегчение, но беспокойство с каждой секундой грызло мою грудь.

В воздухе внутри дворца и вокруг него витал страх, подобный тому, который возникает при угрозе надвигающегося цунами. Страх разрушения, от которого нет спасения. Все, что мы могли сделать, это пропустить цунами и надеяться, что после него мы останемся живы.

Я осталась одна в комнате, забытая, когда все внимание было приковано к Наталии. Звук часов стал гораздо более отчетливым, как и торопливые шаги в коридорах. Я поднялась с кровати и зашагала к туалетному столику, судорожно перебирая пальцами, в груди нарастало беспокойство.

Я хотела вернуться домой, к матери, к ее дневникам. Может быть, тогда я найду в себе мужество. Я вскинула голову, когда дверь моей комнаты со скрипом открылась. Вот чего я боялась больше всего. Он снова разозлится! Он снова причинит мне боль.

Затаив дыхание, я смотрела на Николая, который глубокомысленно нахмурился, когда вошел в комнату. Но его лицо стало бесстрастным, когда он увидел меня. Его глаза расширились в оцепенении, когда его взгляд прошелся по моему телу до свадебного платья, задерживаясь на каждой детали. Сердце заколотилось о ребра.

- Я не говорила Альфе о своей руке. Честное слово, он сам узнал. Я ничего не говорила ему ни о тебе, ни о машине, - я говорила на одном дыхании, прекрасно понимая, что будет дальше, независимо от моих слов. Он не собирался мне доверять.

Он подошел ближе, и я закрыла глаза, мое тело дрожало. Он собирается ударить меня, но он остановился. Я посмотрела на него в замешательстве. Его взгляд ненадолго скользнул по моей груди, он скрипнул зубами и, не говоря ни слова, выбежал из комнаты. Я быстро сглотнула. Что только что произошло?

Голоса в коридорах становились все громче и торопливее. Как и биение моего сердца. Я посмотрела на часы. Оставалось десять минут до полуночи. Я больше не могла сидеть в этой комнате. Я вышла из комнаты. Пройдя некоторое расстояние по коридору, я услышала хныканье Наталии.

- Брат, пожалуйста. Сделай что-нибудь. Пожалуйста, они убьют меня. Ты знаешь их, они дьяволы, - Наталия умоляюще сжимала руку Николая.

Она была одета в сверкающее белое свадебное платье, украшенное лучшими бриллиантами. То, что она всегда выставляла напоказ, то, что больше не имело ценности. Я опустила взгляд. По крайней мере, был кто-то, к кому она могла обратиться с мольбой.

Мне придется терпеть это молча. В моей груди образовался узел, затянувшийся вместе с криком Наталии о помощи.

- Они в стае, ты должна подготовиться. Перестань плакать. Ты должна выглядеть хорошо для них, - сказал Николай, стиснув челюсти. В его глазах застыло незнакомое бессилие.

Наталия разразилась беззвучными рыданиями. Она плакала уже несколько часов. Глаза ее были красными, голос хриплым, но она продолжала умолять то Луну, то Николая. Оба они могли только слушать.

- Это все моя ошибка, - Наталия прижалась к стене.

- Это карма. Вот почему это происходит. Это все моя вина. Я сломала ей руку. Это была моя идея, - я расширила глаза, чувствуя, как удушающая боль пульсирует в груди от ее слов.

- Это я виновата. Это я во всем виновата, - она облокотилась о дверной косяк.

Когда часы пробили полночь, главные часы громко пробили. Глаза Наталии расширились, слезы непрерывно текли вниз.

- Нет, нет! - она вбежала в свою комнату, захлопнув за собой дверь.

Во дворце воцарилась внезапная тяжесть, воздух потрескивал от власти и господства. Прибыли повелители демонов, тройняшки. Николай постучал в дверь. - Наталия! Открой дверь! Не делай этого! Черт! - пробормотал он, беспомощно ударяя кулаком по стене.

Какое-то время он оставался спокойным, вероятно, мысленно переговариваясь с Альфой. Затем, с силой толкнув дверь, он открыл ее и вытащил Наталию наружу. Она больше не кричала. С ее губ срывались лишь сдавленные рыдания. Я наблюдала за всем этим, спрятавшись за стеной.

Перед тем как ее утащили, Наталия встретилась со мной взглядом, и ее лицо постоянно мелькало в моих глазах, словно могло навсегда запечатлеться в моей памяти. Я зажала рот руками, разрыдавшись. Прислонившись головой к стене, я опустилась на пол.

Обхватив голову руками, я плакала до тех пор, пока не перестала бороться с грузом собственной совести. Опираясь на стену, я встала. Приподняв подол свадебного платья, я побежала по пустым коридорам дворца так быстро, как только могла с растянутыми лодыжками. Все собрались в бальном зале на церемонию бракосочетания. Даже служанок нигде не было видно.

Я бежала по паутине коридоров и наконец остановилась, добравшись до черного хода в бальный зал. Именно оттуда невеста должна была войти в зал. Я чувствовала тяжелую ауру, витавшую в воздухе. Задыхаясь, я на мгновение замешкалась, прежде чем решиться.

Я увидела Альфу, который ждал с рыдающей Наталией, скрытой в темноте. Я не осмеливалась заглянуть в бальный зал, где проходила церемония. Бальный зал был наспех украшен для брачной церемонии, но выглядел готически красиво. В небе громыхали темные тучи, сверкали молнии, создавая еще более неистовую атмосферу.

Толпа, окружавшая Наталию, расступилась, чтобы дать мне дорогу. Мрачный взгляд Луны Мизы упал на меня, но она не отреагировала враждебно, как обычно. Я шагнула ближе к ним. Николай преградил мне путь к Альфе и Наталии.

- Что ты здесь делаешь? - проговорил он сквозь стиснутые зубы.

- Пришли сюда, чтобы насладиться нашими страданиями? - я встретила его взгляд, мой голос был непоколебим.

- Только ты можешь найти счастье в чужих страданиях, но не я.

Николай нахмурился, ярость померкла в его глазах, в которых мелькнули слезы. Сглотнув комок в горле, я прошла мимо него и всех остальных, пока не оказалась лицом к лицу с Наталией и Альфой. Я заглянула в глаза Альфе.

- Я предлагаю себя владыкам демонов. Пожалуйста, отпустите Наталию, - сказала я. Толпа, казалось, вздохнула в унисон. Наталия в шоке уставилась на меня.

- А теперь выходит невеста с Альфой Вальдимиром, - раздался голос из бального зала. Все замерли, пока Луна Миза не оттащила Наталию от Альфы.

- Тея, дочь, - Альфа смотрел на меня, его глаза были непередаваемо теплыми.

Подняв руку над головой, я опустила вуаль на лицо. Подняв правую руку так высоко, как только могла, я положила ладонь на руку Альфы. Альфа не произнес ни слова. Мне нечего было терять, и моя смерть не будет ничьей потерей. У меня никогда не было семьи. Никто не будет плакать о моей смерти. Я больше не буду причиной чьей-то боли.

Если мне повезет, я смогу встретить свою мать. Может быть, тогда я смогу как следует извиниться за то, что разочаровал ее. В конце концов, я не смогла исполнить ее мечту. В тот день я уже потеряла все, что для меня значило.

- Ты можешь жить с сожалением, но чувство вины, оно убивает тебя каждый прожитый день, - слова матери промелькнули у меня в голове.

Наталия подошла ко мне, дрожащими руками протягивая мне букет незабудок. Она опустила взгляд, когда я посмотрел на нее сквозь вуаль, принимая букет из ее рук. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула, когда на меня упал свет.

Альфа нежно держал меня за руку, пока мы шли к алтарю. Бальный зал наполнился достойными аплодисментами. Мой взгляд был прикован к красной ковровой дорожке под ногами. Мои шаги замедлились на полпути к алтарю.

Темное пятно ползло от подола моего платья по всей длине ткани на груди и рукавах, превращая белое свадебное платье в черное. Даже вуаль, закрывавшая мое лицо, почернела.

Дрожь пробежала по позвоночнику, когда незабудки в моих руках превратились в букет красных паучьих лилий. Я чуть не выронила букет, грудь затряслась. Скрепя сердце и крепче сжимая букет паучьих лилий, я направилась к алтарю. У подножия алтаря Альфа отпустил мою руку. У алтаря стояли три фигуры.