Новая жизнь

Глава 13

Переодевшись в чистые вещи, я закинула запасные в стирку и направилась на кухню — в животе урчало так, что никакой травяной чай уже не спасал. Захотелось нормальной еды. К счастью, я не раз подолгу задерживалась в кухне нашего особняка и наблюдала за работой кухарки, впитывая её движения, как будто училась без слов. И теперь эти воспоминания оказались полезными.

Я открыла старенький холодильник, слегка гудящий, и с удивлением увидела внутри набор продуктов. Значит, Павел позаботился об этом заранее — ведь вечером он кормил меня ужином, хотя я тогда была слишком разбита, чтобы задумываться о еде. Вчера всё казалось тяжёлым и серым, но сегодня… сегодня мне захотелось почувствовать вкус жизни хотя бы через завтрак.

Достав несколько яиц, молоко и одинокую помидорку, я быстро соорудила омлет. Он вышел на удивление удачным: пышный, золотистый, с аппетитным ароматом. Я поймала себя на мысли, что горжусь этим маленьким успехом. Не пропаду. Если есть продукты, я справлюсь. Я смогу жить, даже без всей этой гламурной шелухи, которой была окружена раньше.

— Отличный завтрак, — похвалил меня Павел, когда мы сели за стол. Он ел спокойно, но я заметила — ему действительно понравилось. — Я по делам в город. А ты чем займёшься?

— Пока ещё не решила, но одно знаю точно: копаться в земле сегодня не буду, — усмехнулась я. — Зато заметила у тебя на цокольном этаже банки с краской. Для чего они?

— В больших вёдрах — для стен и потолков, хотел освежить комнаты, — ответил Павел. — А в маленьких баночках — для крыльца.

— Ты надолго в город? — спросила я, делая вид, что вопрос случайный, хотя внутри кольнуло беспокойство.

— До вечера, — кивнул он, отодвигая тарелку. — Нужно встретиться с твоим отцом, попытаться сгладить углы. Сделаю так, чтобы он меньше подозревал, будто ты у меня.

Я постаралась не показать, как неприятно мне стало от его слов. Значит, он будет лицемерить перед ним? И всё ради моей же безопасности…

— Отлично, — произнесла я вслух, заставив себя улыбнуться. — Тогда я займусь твоей спальней. Начну ремонт, обновлю стены. Там ведь я видела и колеры?

Павел поднял брови. Его удивление было почти комичным.

— Откуда у тебя такие познания? — спросил он, явно не ожидая услышать подобное от девушки вроде меня. В его взгляде мелькнуло что-то между подозрением и восхищением.

— Видео в интернете, — пожала я плечами. — Дома часто смотрела, как другие делают ремонт своими руками. Ты какой цвет стен предпочитаешь?

— Выбирай сама, — хохотнув, ответил Павел. — Доверяю твоему вкусу.

Он собрался, накинул куртку и направился к выходу. Я проводила его взглядом и заметила, что в груди появилось странное чувство. С одной стороны — облегчение, ведь его рядом не будет, и я смогу хоть чем-то заняться без контроля. С другой — тревога: как только дверь за ним закрылась, тишина дома стала гуще, тяжелее, словно стены впитали её в себя.

Оставшись одна, я решила не терять времени зря и с энтузиазмом принялась за дело. Первым делом осмотрела спальню Павла. Комната была обставлена просто и практично: широкая кровать с плотным одеялом, строгий платяной шкаф, две прикроватные тумбочки и небольшой стол, у которого стоял один-единственный стул. Всё выглядело аккуратно и по-мужски, но серые обои на стенах навевали тоску. Казалось, сама комната дышала скукой и безжизненностью. Решено — серым стенам здесь не место!

Я спустилась в цокольный этаж и нашла там несколько вёдер с краской, а рядом — баночки с колером. Немного поколдовав с оттенками, добилась нежного, светло-зелёного цвета, свежего, словно весенняя трава после дождя. Кисти, валики, плёнка — всё тоже нашлось. Видно было, что Павел действительно собирался заняться ремонтом, но руки до него пока не дошли.

Начала я с подготовки: накрыла мебель полиэтиленовой плёнкой, подложила под ноги старые газеты, чтобы не испачкать пол. Взяла валик, глубоко вдохнула и сделала первый мазок. Белая водоэмульсионка быстро освежила потолок, будто стерев с него усталость. Потом я взялась за стены.

Работа спорилась. С каждым движением валика унылый серый исчезал, уступая место мягкому зелёному. Комната словно оживала на глазах: становилась светлее, теплее, уютнее. Где-то я брала кисть, чтобы аккуратно пройти углы и труднодоступные места, и ловила себя на том, что движения мои уверенные, хоть раньше я и не держала в руках ничего тяжелее лака для ногтей.

В какой-то момент я поймала себя на улыбке. Оказывается, это приятно — видеть, как результат твоего труда меняет пространство. С каждой окрашенной стеной я чувствовала, будто обновляюсь и сама. Смываю серый налёт прошлого, отрываю старые страницы своей жизни и оставляю их там, под слоями краски.

Вскоре вся спальня наполнилась свежим запахом ремонта. Я устала, руки дрожали, на лице и шее появились капельки краски, но это было неважно. Главное — я впервые за долгое время почувствовала, что могу создавать что-то новое, а не только рушить или терять.

К обеду комната была почти готова. Краска на стенах подсыхала, оставляя за собой ровный, нежный оттенок, и оставалось лишь дождаться, пока она окончательно схватится, чтобы нанести второй слой. Я присела на край кровати и полюбовалась результатом своей работы. Комната выглядела совсем иначе — светлая, просторная, словно расправившая плечи после долгого сна. Даже воздух здесь стал казаться чище и легче. Интересно, как Павел отреагирует на такие перемены? Надеюсь, он увидит, что я старалась от души.

Пока краска подсыхала, я отправилась на кухню. В буфете нашла пакет с печеньем, заварила себе чай и, устроившись за столом, с удовольствием отхлебнула первый глоток. Тепло напитка разлилось по телу, а мысли унеслись к будущему. Я представляла, как спальня будет выглядеть после завершения ремонта: может, стоит повесить на стену картину с лесным пейзажем, чтобы поддержать зелёные тона? Или большое зеркало в резной раме, которое добавит комнате глубины? В голове одна за другой возникали идеи, и во мне просыпался азарт — я давно не чувствовала такого желания творить.

Вернувшись в спальню, я проверила стены — краска уже подсохла достаточно, чтобы нанести второй слой. Теперь мои движения были гораздо увереннее: я знала, сколько краски нужно набирать на валик, под каким углом вести его по стене, чтобы не оставалось разводов. Работа спорилась быстрее, чем утром. Я двигалась размеренно и сосредоточенно, но при этом испытывала странное удовольствие: ведь на самом деле, каждый новый мазок делал комнату ярче и чище, словно стирал остатки прошлого.

К вечеру покраска была полностью завершена. Я опустила валик в ведро и, устало выпрямившись, оглядела результат. Серой, унылой комнаты больше не существовало. На её месте стояла обновлённая, живая спальня. Тёплые зеленоватые стены будто излучали спокойствие, а белоснежный потолок добавлял простора и света. Казалось, что даже мебель теперь смотрится иначе — не угрюмо, а гармонично.

Я тяжело выдохнула и присела прямо на пол, прислонившись к стене. Усталость давила на плечи, пальцы дрожали от напряжения, но в душе было легко и радостно.

Спустя пару часов спальня была полностью готова. Я даже нашла в шкафу несколько декоративных подушек и уютный плед — казалось, будто они ждали именно этого момента, чтобы идеально дополнить обновлённые стены. Комната преобразилась до неузнаваемости: свежие краски, аккуратно расставленная мебель, мягкие акценты текстиля — всё выглядело так, словно эта спальня сошла со страниц модного журнала о дизайне. Я любовалась результатом и чувствовала, как гордость разливается по груди. Хотелось скорее увидеть глаза Павла и прочесть в них реакцию на моё творение.

Я ещё раз медленно обвела комнату взглядом, стараясь запомнить каждый штрих, когда вдруг услышала за окном знакомый звук — машина подъезжала к дому. Моё сердце тут же забилось чаще, словно предупреждая об опасности. Не раздумывая, я сорвалась с места и почти бегом кинулась к стиральной машине. На автомате вытащила свои вещи, всё ещё влажные, и, прижимая их к груди, метнулась к запасному выходу.

Оказавшись на улице, я поспешила окольными тропинками, избегая открытых мест. Под ногами хрустели ветки, и каждый звук казался слишком громким, предательским. Я добралась до забора, где ещё утром заметила небольшую дыру, и, протиснувшись сквозь неё, оказалась на соседнем участке. Там, едва дыша, спряталась в густых кустах, надеясь, что зелень укроет меня от чужих глаз.

Страх снова заполнил каждую клеточку моего тела. Если это отец, он может заметить малейшую мелочь — оставленную вещь, распахнутое окно, даже свежий запах краски. Я боялась, что мой труд выдаст меня с головой, и тогда всё будет напрасно. А если это был Павел?.. Что он подумает, вернувшись и не найдя меня в доме? Каково будет его удивление, когда он увидит преображённую спальню? Я так хотела разделить с ним этот момент, но страх оказался сильнее.