Во мне закипала злость, и вопрос Лары был последней каплей. Я резко напряглась, сжала челюсть, и голос стал колючим, как лед:
— Да. Если вспомнить — было многое. Дружба. Понимание. Поддержка. Постоянные шутки на грани. — Я усмехнулась нервно, без капли веселья. — И вот теперь я злюсь на него до дрожи. Потому что Исак смеётся над моей слабостью. Над моей болью. Потому что внутри меня сейчас война — с собой. Мне противно. Мне обидно. Мне больно до тошноты. Я чувствую только ненависть и презрение. — Мои пальцы дрожали, но я не позволяла себе заплакать. — Я устала быть слабой! Мне нужно отвлечься, выдохнуть. Если хочешь — пойдём со мной. Но не задавай больше таких вопросов.
Лара смотрела долго, молча. Её карие глаза пытались проникнуть вглубь, прочесть то, что я так старательно прятала. Но я
