Я открываю глаза — бесшумно, будто пробиваюсь сквозь толщу ледяной воды. Свет режет зрачки, но его приглушают полузакрытые жалюзи. Всё вокруг размыто, фрагментарно: белая стена, неясные линии мебели, монотонный писк аппаратов.
Первое, что я ощущаю — не боль, не слабость. Это запах. Металл и сандал.
Оскар здесь.
Повернув голову, вижу его: в кресле рядом с койкой, тёмный силуэт на фоне белой стены. Он не спит. Он смотрит на меня.
И когда наши взгляды встречаются, я узнаю это выражение — отголосок той самой тревоги, которую уловила перед падением. Но теперь все спрятано за привычной ледяной маской. В его глазах — будто два слоя: верхний — холодный, непроницаемый; нижний — пульсирующий, живой.
Перемогавшись, пытаясь собрать мысли воедино. Горло сухое, слова даются с трудом. В висках — тих
