Я отступила к стене, сжимая кулаки до побелевших костяшек. Как он может не понимать? Как может судить о том, чего не знает?
— Я знаю больше, чем ты думаешь, — голос мерз, но я быстро взяла себя в руки. — Знаю про Егора, про его предательство. Но это не меняет того, что он мой брат.
Он сделал ещё шаг вперёд, сокращая расстояние. Его присутствие давило, но в то же время… что-то внутри отзывалось на его близость.
— Твой брат сам выбрал свой путь, — произнёс тихо. — Втянул тебя в игру, где ты не сможешь выиграть.
Я горько усмехнулась, чувствуя, как в глазах закипают слёзы.
— Ты ничего не знаешь о том, через что мы прошли, — в душе вспыхнул огонь отчаяния. — Отец принял решение за нас, и он заплатил за это жизнью.
Аяз приблизился, его голос стал почти шёпотом:
— Именно поэтому ты должна
