ПЛЕННИЦА ТИРАНА

Глава.12

Мы всё так же стояли по стойке смирно. Ноги словно приросли к полу, руки вдоль тела, взгляд устремлен в никуда. Даша стояла рядом, и я не знала, понимала ли она, почему мы здесь, почему молчим, почему ждем.

Чего мы ждем?

Мы ждали приказов. Мы ждали его.

Внутри всё кипело от злости. Почему я должна пресмыкаться перед кем-то? Почему я должна стоять здесь, как солдат на параде, и ждать, пока он снизойдет до нас?

«Потому что он — Хозяин!» - эти слова звучали в голове, как приговор.

Но его присутствие... оно было необъяснимым. Его энергия витала в воздухе, тяжелая, густая, как туман. Она обволакивала меня, заставляя стоять на месте, не двигаться и не дышать.

Что за магия?

Я пыталась понять, почему я оцепенела. Почему не могу пошевелиться, почему не могу сказать ни слова. В голове крутились мысли: «Ну же, скажи что-нибудь! Заговори с ним! Не молчи!»

Но язык будто прилип к нёбу.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с духом. Готовая наконец открыть рот, я подняла взгляд — но он уже стоял передо мной. Совсем близко. Дыхание снова перехватило, и я всхлипнула.

Он протянул ко мне руку, и я замерла. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот вырвется из груди. От волнения я перестала дышать — или просто забыла, как это делается.

Его рука была теплой, когда он коснулся моего лица. Пальцы скользнули по щеке, и я почувствовала, как всё внутри меня дрожит.

— Ты боишься меня? — его голос был тихим, но таким глубоким, что казалось, он звучал внутри меня.

Я не смогла ответить. Мысль о том, что он мой Хозяин, а я теперь полностью принадлежу ему –задушила меня, лишив голоса.

Его грубые пальцы обхватили мой подбородок, заставив меня вздрогнуть. Он поворачивал моё лицо в разные стороны, словно я была вещью, которую нужно осмотреть.

Его глаза впились в меня — ледяные, безжалостные. Казалось, он видел всё: каждую трещинку на моей коже, каждый изъян. От его взгляда внутри что-то переворачивалось. Внизу живота заныло, стало тянуть, как будто кто-то сжал пружину и отпустил её.

Что со мной?

Я пыталась понять, почему моё тело реагирует так странно. Почему от его холодного взгляда мне становится жарко.

Вдруг наши глаза встретились, и мы застыли.

Он нервно сглотнул, и его глаза вспыхнули — будто в них загорелся огонь.

— Кто это сделал? — его голос звучал грозно, хрипло, будто вырывался из глубины груди.

Он отпустил моё лицо и повернулся к окну. Только сейчас мы с Дашей заметили, что за его спиной стоял Павел.

Вопрос явно был адресован ему, так как он бросил его в воздух, даже не глядя в нашу

сторону.

— Мне об этом инциденте рассказала Даша, — спокойно ответил Павел. — Детали мне неизвестны.

Может, лучше у неё и у Жанны спросить?

Его голос был ровным, без тени страха. Он не дрожал, не нервничал — в отличие от Даши,

которая стояла рядом со мной, едва дыша. «Стандартная реакция маленькой и глупенькой девочки, на мужскую силу и

харизму» — подумала я, глядя на неё.

Но я сама была не лучше. Мои руки дрожали, колени подкашивались, а сердце билось уже не в

груди, а по всему телу.

Он стоял у окна, его спина была напряжена, плечи широкие, словно гора. Казалось, он излучал силу и энергию, которая подавляла всё вокруг.

Я не понимала, что будет дальше. Но казалось, что он был здесь, чтобы получить ответы. И кто бы ни был виноват, его гнев будет страшен. Ведь причинен вред его собственности, ведь таковой я и являлась.

Мужчина продолжал стоять, не поворачиваясь к нам. Со спины он казался еще массивнее – широкие плечи полностью перекрывали оконный проем, а мощные ноги выглядели так, будто могли одним движением снести любую преграду. В его позе читалась не просто сила, а какая-то первобытная мощь, заставляющая инстинктивно сжиматься внутри.

- Павел, разве не тебе было велено следить за ней?

Его голос по-прежнему вырывался из глубины груди – низкий, грубый, но с неожиданно теплыми бархатными нотками. Хрипловатый тембр не звучал угрожающе, наоборот, его вибрации странным образом успокаивали, создавая внутри теплую вибрацию.

Меня что-то начало кружить и сводить всё внутри. Внутри все сжимается и разжимается в странном ритме, будто кто-то играет на моих нервах, как на струнах.

Что со мной?

Я впадаю в то же состояние, что и Даша – прерывистое дыхание, влажные ладони. Но почему?! Я же ненавижу его! Он купил меня, как вещь, лишил свободы, сделал своей собственностью.

Если он хотел спасти меня от жестокой участи – почему не отпустил сразу? Значит, у него другие планы. Жажда наживы? Желание обладать живым существом? Я ненавижу его и не позволю этим странным ощущениям изменить мое отношение!

Это просто минутное помутнение. Да, это все влияние Даши. Она настолько раздула вокруг него этот ореол божества, что я просто растерялась. Это пройдет. Обязательно пройдет.

Я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони – боль должна была вернуть меня в реальность. Но когда он наконец повернулся, и его взгляд снова упал на меня, все мои доводы рассыпались в прах.

Глаза. Именно они сбили меня с толку.

Не ледяные, как казалось сначала, а... живые. Глубокие. В них читалось что-то, что заставляло мое сердце биться чаще вопреки всем доводам разума.

Нет. Нет. Нет.

Я не позволю этому гипнозу взять верх.

Но когда он сделал шаг в мою сторону, все мое тело отозвалось дрожью – и я поняла, что это уже было не от страха...

— Мне, и я выполнил указания, — начал Павел, его голос звучал спокойно, почти равнодушно. — Разместил её отдельно, чтобы никто не лез с вопросами, запретил всем с ней общаться до ваших указаний. У неё есть все удобства и…

— Паша! Это ты называешь удобствами?

Он резко повернулся в его сторону и его голос словно прогремел по всему помещению. Павел замолчал, сжав зубы — это было видно по напряжённым скулам на его лице.

Его глаза сверкнули, брови опустились так низко, что видны были только голубые искры, горящие холодным огнём.

Мужчина прошёл по центру комнаты, и казалось, что только в этой части он мог поместиться во весь рост. Его присутствие заполняло пространство, словно грозовая туча.

— По поводу моих указаний — всё верно сделал. Но комнату заменить, — скомандовал он, и его голос звучал так, будто это был приговор, а не просьба.

Павел нахмурился, его лицо выражало недовольство.

— И куда её переселить? — спросил он неохотно, всё так же сжав зубы.

— В одну из гостевых комнат в доме, — мужчина ответил уже тише, но в его голосе всё ещё чувствовалась стальная решимость.

И тут произошло что-то странное.

Словно по щелчку, Павел и Даша скривили лица в удивлённой гримасе. Они посмотрели друг на

друга, и в один голос воскликнули:

— В гостевую, в доме?!

Их реакция была настолько резкой, что я почувствовала, как внутри всё рухнуло.

Что не так? Почему это вызвало столько эмоций? Почему они выглядели так, будто он только что

предложил переселить меня в ад? Что с домом не так? Или с моим переездом?

Я была в таком замешательстве, что меня охватила паника. До этого я просто стояла, околдованная присутствием этого мужчины. Но сейчас внутри всё билось в волнении, а чувство страха накрывало горячей волной.

— Выполнять! — мужчина бросил эту команду, не оборачиваясь к присутствующим, и вышел из комнаты.

Его шаги звучали тяжело, словно эхо его власти, которая висела в воздухе даже после его ухода.

Павел и Даша переглянулись ещё раз, но уже без слов. Их лица выражали что-то между недоумением и тревогой.

Я стояла, чувствуя, как страх сжимает моё горло.

Что ждёт меня в этом доме? И почему все так боятся?

Он ушел, но напряжение осталось висеть в воздухе, как густой дым после взрыва. Тишина давила на уши, пока первой не взорвалась Даша. Павел стоял, опустив голову, нервно потирая лоб пальцами — по его сжатым челюстям было видно, как сильно его бесит эта ситуация.

— О боги! — вдруг выдохнула Даша, и ее глаза загорелись каким-то странным восторгом. — Ты будешь жить напротив его комнаты!

Она запрыгала на месте, как девочка, которой только что подарили щенка, и схватила меня за руки. Ее пальцы сжимали мои ладони так сильно, что кости хрустнули.

Я стояла в полном ступоре. Минуту назад они оба выглядели так, будто Хозяин только что приговорил их к казни. А теперь она тряслась от возбуждения, словно это был лучший день в ее жизни.

— Стоп! Стоп! Прекрати! — резко рявкнул Павел, поднимая руку, будто пытаясь остановить разбушевавшийся ураган. — А чего сразу напротив?

Лицо Даши моментально потемнело. Она бросила мои руки, подскочила к Павлу и, схватив его под локоть, буквально выволокла из комнаты, хлопнув дверью.

Но не до конца. Узкая щель осталась, и сквозь нее пробивались обрывки их шепота. Я замерла, даже не дыша и пыталась прислушаться.

— Ты совсем дурак? — шипела Даша, ее голос звучал резко, как удар хлыста.

— Почему ты во все это веришь? — Павел ответил чуть громче, и в его тоне сквозило раздражение.

Она резко зашикала на него, и на секунду воцарилась тишина. Потом снова ее голос, уже тише, но с какой-то странной дрожью:

— Это возможно наш шанс... Будь человеком...

— Человеком? Ты серьезно? — Павел фыркнул, и в его смешке слышалась горечь. — О себе лучше говори... человек!

Его голос сорвался на хрип — в нем было столько отчаяния, обиды и чего-то еще... чего-то такого, от чего у меня по спине побежали мурашки.

Я не понимала ни слова. Какой шанс? Кто кому должен его дать?

И главное — что за чертовщина творится с этим переездом?

Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Я медленно подошла к двери, прижав ладонь к холодному дереву.

А за ней...

За ней раздался резкий звук — будто кто-то швырнул что-то тяжелое об стену.

— Ты думаешь, он просто так ее туда селит? — прошипел Павел. — Проснись, Даш! Он не святой.

— А ты не судья! — резко отрезала она.

Тишина.

Потом шаги — быстрые, нервные.

Я едва успела отпрыгнуть от двери, прежде чем она распахнулась.

Даша вошла, ее глаза блестели странным блеском.

— Собирай вещи, — сказала она. — Ты переезжаешь.

И в ее голосе звучало что-то... Что-то между надеждой и ужасом...