Крылья под лунным древом

ГЛАВА 6

Лиарэль вернулась в Лунный дворец, усталая, но гордая.

Первое испытание пройдено, но чувство тревоги не покидало её. Магия Древа отзывается всё сильнее, а её собственная сила растёт — слишком быстро, слишком непредсказуемо.

Каэл’Рин сопровождал её до зала Совета.

— Сегодня будут новости, — сказал он тихо. — Совет начинает обсуждать твои действия. Не все рады твоему успеху.

Когда они вошли, старейшины уже собрались. Их взгляды скользнули по Лиарэль — одни с интересом, другие с явным страхом.

— Первые знаки пророчества проявились, — произнёс старейшина Теней. — Лиарэль не просто выжила в испытании леса. Она проявила силу, которой не обладала ни одна фея без крыльев за последние сотни лет.

Шёпот прошёл по залу. Лиарэль почувствовала холод.

Не все были рады. Пророчество — это сила, но оно же и угрозa.

— Она должна быть под нашим контролем, — сказал старейшина Ветра. — Если Древо продолжит откликаться на её магию, мы рискуем потерять власть.

— Или спасти мир, — тихо вставила Верховная Старейшина. Её взгляд был мягким, но твёрдым. — Давайте не спешить с осуждением.

Лиарэль заметила, как Каэл’Рин сжал кулаки. Его взгляд говорил: «Не бойся. Я с тобой».

Но взгляд Совета напоминал о том, что каждый её шаг теперь под наблюдением.

— Ты доказала свою силу, — продолжил старейшина Теней. — Но пророчество предупреждает: сила без контроля — опасна. И мы должны увидеть… какой путь она выберет.

Лиарэль чувствовала нарастающую тревогу.

— Путь к чему? — прошептала она почти себе.

— К судьбе Аэлириона, — ответил Каэл’Рин. — И к своей собственной.

Когда заседание закончилось, Лиарэль вышла на балкон. Лунный свет падал на её лицо, и в отражении она впервые увидела не проклятие, а силу.

В ту же ночь магия Древа прислала ей видение: тени над миром, крылья, которых не было, и свет, который мог спасти всё. И голос шепнул:

«Смелость, что скрыта в сердце, — это ключ… но цена будет велика».

Лиарэль закрыла глаза.

Она понимала — испытания только начинаются, а пророчество уже начало писать её историю.

И где-то рядом, в тени, Каэл’Рин наблюдал за ней.

И впервые его сердце дрогнуло не от долга, а от чего-то гораздо более личного.