Для тебя

Глава - 3

Неделю назад университет остались позади. В зоне прилета аэропорта Кейт встречала Энджи — верная подруга детства, пахнущая кофе и карамелью, с яркой россыпью веснушек на лице.

— Кейт! — Энджи сжала ее в объятиях с такой силой, что хрустнула куртка. — Наконец-то!

— Я тоже скучала, Эндж, — Кейт смеялась, выпуская подругу, и поверх ее плеча мазнула взглядом по толпе встречающих. Улыбка чуть потускнела. — А где Макс? Почему он не приехал?

Энджи замерла. Радость на ее лице мгновенно сменилась виноватой неловкостью. Она перехватила ручку чемодана, избегая смотреть Кейт в глаза.

— У Макса... дерьмовые времена, Кейт.

— Что случилось?

— Лейла.

Одно имя, сработавшее как спусковой крючок. Кейт почувствовала, как мышцы шеи мгновенно каменеют.

— У них был роман, — продолжила Энджи, направляясь к выходу терминала. — Довольно долго. Макс думал, что там всё серьезно. А неделю назад она его бросила. Сказала, что выходит замуж за какого-то бизнесмена.

Тогда, по дороге из аэропорта, Кейт долго смотрела в окно такси на мелькающие улицы города, чувствуя, как внутри поднимается темная злость. Какая же она все-таки сука… эта Лейла.

Спустя неделю злость никуда не ушла. Она лишь сконцентрировалась, когда Кейт, по жесткому настоянию отца, переступила порог ресторана «Сенкевич». Вечеринка в честь помолвки сводной сестры напоминала ярмарку тщеславия.

Кейт сжала в пальцах тонкую ножку бокала с шампанским. Воздух в зале казался тяжелым, перенасыщенным запахом дорогих духов и сотен белых орхидей, расставленных на столах. Их сладковатый цветочный аромат душил, навевая мысли скорее о дорогих похоронах, чем о празднике.

В центре зала, разумеется, находилась Лейла. Платье цвета шампанского сидело на ней как вторая кожа, россыпь камней на лифе слепила глаза под светом хрустальных люстр. Лейла отыгрывала роль триумфаторши: принимала поздравления, театрально вскидывала руки, демонстрируя кольцо, и смеялась слишком громко и слишком напоказ.

Она наслаждалась этим праздником, окруженная свитой из завистливых подруг и нужных отцу людей.

— Меня сейчас стошнит от этого лицемерия, — процедила Кейт, склонившись к стоящей рядом Энджи. — Использовать Макса, вытереть о него ноги, а теперь устраивать этот шабаш...

Энджи понимающе кивнула, встав чуть ближе, словно закрывая подругу от толпы.

Кейт отвернулась от центра зала, выискивая брата. Она нашла его не сразу. Дальний, японский зал ресторана был отделен от основного торжества. Здесь всегда царили полумрак, стены украшали шелковые гравюры, а шум оркестра долетал лишь глухим фоном.

Макс сидел за низким столиком в компании друзей. Перед ним стояла пиала с саке. Он лениво тасовал колоду карт, изредка отвечая на реплики соседей. Внешне он казался абсолютно безмятежным — ни одного лишнего движения, ни капли напряжения на лице. Но Кейт слишком хорошо знала ледяную неподвижность МакХьюитов. И брата…Это был не покой, горестная анестезия.

— Макс выглядит спокойным, — Энджи проследила за ее взглядом. В ее голосе звучала робкая надежда. — Это ведь хороший знак, правда? Он справляется.

Кейт стиснула зубы, чувствуя, как от обиды за брата перехватывает горло.

— Да, — солгала она, заставляя себя слабо улыбнуться. — Давай уйдем отсюда. Не могу больше дышать этим воздухом.

— Согласна. У нас впереди целое лето, — подруга ободряюще сжала ее локоть. — Я на минуту в уборную, и едем.

Энджи растворилась в толпе. Кейт осталась одна. Она сделала глубокий вдох, разворачиваясь, чтобы поставить нетронутый бокал на стол, когда музыка в зале сменила ритм.

— Кейт! — звонко окликнул кто-то в толпе.

Она остро обернулась на голос, делая шаг назад, чтобы обогнуть официанта с подносом. Траектория оказалась ошибочной. Вместо свободного пространства между столиками ее спина врезалась во что-то абсолютно твердое...

Кейт качнулась, теряя равновесие, но упасть не успела. Мужские руки сомкнулись на ее талии жестко, безошибочно фиксируя в пространстве.

Мир вокруг на секунду потерял звук.

— Осторожнее, — прозвучало прямо над ее головой. Голос ощущался низким, с легкой, почти незаметной хрипотцой, от которой по позвоночнику скользнул необычный холодок.

Она развернулась в кольце его рук, упершись ладонями в обширную грудь, обтянутую темным шелком пиджака. Под тонкой тканью ощущалась литая плотность мышц. От незнакомца пахло терпким ветивером, чем-то смолистым и ночным воздухом — запах, который совершенно не вязался с душной роскошью банкетного зала.

Кейт вскинула подбородок и их взгляды столкнулись.

Мужчина смотрел на нее без вежливого дружелюбия, принятого на таких вечеринках. Его глаза, пронзительно-синие, сканировали ее лицо с вниманием хищника, внезапно обнаружившего на своей территории нечто редкое. Он не спешил разжимать пальцы. Жар от его властных ладоней проникал сквозь тонкий лен ее зеленого платья, оставляя на коже почти осязаемые ожоги.

— Вы целы?

В его интонации не было тревоги, только тягучий, скрытый интерес.

— Вполне, — она попыталась отстраниться, но его хватка на талии лишь неуловимо сжалась. Расстояние между ними оставалось непозволительно, пугающе интимным.

От напора у Кейт перехватило дыхание. Она привыкла к мужскому вниманию, но этот человек не пытался флиртовать. Он подавлял. Заполнял собой всё пространство, вытесняя кислород.

— Если вы целы, почему ваши руки все еще на моем пиджаке? — мужской уголок губ дрогнул в едва заметной усмешке.

Кейт словно обожглась. Она быстро опустила ладони, но не отвела взгляд. Внутри закипала смесь раздражения и странного притяжения, которое тянуло ее к этому наглецу, как магнитом.

— А почему ваши руки все еще на моей талии? — парировала она, чуть понизив голос.

Бретелька ее платья скользнула вниз, открывая ключицу. Взгляд мужчины не опустился на обнажившуюся кожу. Смакуя каждую секунду.

— Вы еще не восстановили равновесие, — ответил он с абсолютной, непробиваемой уверенностью человека, привыкшего диктовать свои правила. — Было бы невежливо позволить вам упасть. Тем более, на вечеринке.

Кейт чуть прищурилась. Его наглость переходила все границы, но, черт возьми, это завораживало. Воздух между ними искрил от невысказанного напряжения.

— Я прекрасно стою на ногах.

— Я вижу.

Он наконец разжал пальцы, словно нехотя. Кейт сделала шаг назад, чувствуя, как прохлада кондиционера тут же ударила по тем местам на талии, где только что лежали его ладони.

— Обещаю в следующий раз быть аккуратнее и не сбивать вас с ног, — произнес он, чуть склонив голову. В его глазах плясали темные искры. — Если, конечно, вы не сделаете это специально.

Кейт не смогла сдержать короткого смешка, хотя и попыталась скрыть его за холодной полуулыбкой. Она поправила сбившуюся бретельку платья, чувствуя, как под его пристальным взглядом кожа покрывается мурашками.

— Не надейтесь. Я предпочитаю смотреть под ноги, — ответила она, бросая ему вызов.

— А зря, — его голос снова опустился, став почти интимным. — Иногда самое интересное происходит, когда перестаешь всё контролировать.

Она хотела найти достойный ответ, но где-то у входа снова раздался голос Энджи, зовущей ее по имени. Момент был разрушен.

— Мне пора, — коротко бросила Кейт.

Она развернулась и пошла прочь, чувствуя между лопаток его тяжелый, немигающий взгляд. И даже оказавшись на другом конце зала, Кейт продолжала ощущать на талии жар его пальцев.

А Владимир провожал ее глазами. Из толпы вынырнул официант с подносом шампанского, кто-то из партнеров попытался заговорить с ним о котировках, но Ковальд их не слышал. Впервые за весь этот лицемерный вечер он почувствовал себя живым.