«Это просто маленькая шалость. Способ щелкнуть Лейлу по носу».
Кейт повторяла мысленно фразу про себя как мантру, пока лифт бесшумно поднимал их на третий этаж компании «Литье Корпорейшн». Однако ледяные ладони и тугой узел в солнечном сплетении выдавали ее с головой.
— Выглядишь как на обложку Forbes, — подбодрила Энджи, окидывая подругу оценивающим взглядом. В ее карих глазах плескалось предвкушение грандиозного шоу.
Кейт действительно подготовилась. Простое льняное платье глубокого зеленого оттенка сидело безупречно. Широкий ворот открывал тонкие ключицы, короткие рукава-фонарики добавляли образу свежести, а гладкий, строгий узел волос кричал о профессионализме. Идеальная броня, которая, как казалось Кейт, могла не выдержать и первого же неосторожного движения.
Двери лифта разъехались.
Коридор встретил их запахом дорогой полироли, свежемолотого арабики и тем специфическим, густым напряжением, которое всегда висит в офисах крупных корпораций.
Навстречу им стремительно прошел высокий, подтянутый мужчина лет шестидесяти. Дорогой костюм, идеальная осанка, но рукава белоснежной рубашки закатаны до локтей, а на лице — печать жесткого недосыпа.
— О, наконец-то, — бросил он Энджи на ходу, даже не замедлив шага.
— Что горит? — Энджи мгновенно переключилась в рабочий режим.
— Запрос из министерства по тендеру. Нужны допдокументы. Буду через десять минут! — он скрылся за поворотом.
Кейт выдохнула, шагая за подругой в приемную генерального директора. Пространство впечатляло: много света, дорогая кремовая кожа диванов, идеальная геометрия столов и высокие вазы со свежими белыми каллами. Но весь этот уют разбивался о ледяную ауру женщины, сидевшей за главным столом.
— Доброе утро! — нарочито бодро бросила Энджи.
Карла Изольдовна не подняла головы. За окном сияло утренне солнце, но старший секретарь была застегнута в глухой черно-белый футляр, словно сама мысль о смене сезона казалась ей нарушением корпоративной этики.
— Вы опоздали, — произнесла она. Голос был сухим, как шелест бумаги. Она подняла взгляд и смерила Кейт таким сканирующим, неприятным холодом, что слова застряли в горле.
Кейт инстинктивно бросила взгляд на часы. Восемь пятьдесят пять. Они пришли раньше, но в системе координат Карлы Изольдовны это уже считалось провалом. Волна острого, обжигающего раздражения смыла страх. Кейт выпрямила спину, подавив желание оправдываться.
Энджи лишь невозмутимо пожала плечами, бросив сумку на кресло.
Двери приемной снова открылись. Вернулся мужчина, с которым они столкнулись в коридоре. На этот раз градус его напряжения явно спал — он на ходу опускал рукава рубашки, и его лицо озаряла обаятельная, расслабленная улыбка.
— Ну вот, пожар потушен, — весело констатировал он и, наконец, перевел взгляд на Кейт. Брови мужчины удивленно поползли вверх. — Эндж, ты скрывала от меня эту очаровательную спутницу?
— Это моя подруга, — с ноткой гордости объявила Энджи. — Кейт, познакомься. Алекс Блейк, заместитель генерального директора.
— Боже мой, да вы просто ангел, спустившийся в наш корпоративный ад! — Алекс склонил голову в галантном, почти театральном полупоклоне.
В его взгляде читалось искреннее, безопасное восхищение, то самое, к которому Кейт привыкла. Напряжение, сковавшее ее под взглядом Карлы, мгновенно отпустило. Губы Кейт дрогнули в естественной улыбке. Она чуть склонила голову набок, чувствуя, как возвращается уверенность.
— Тогда, может быть, вы окажете ангелу услугу? — мягко спросила Кейт.
— Все, что угодно.
— Не поставите автограф на моем заявлении о приеме на работу? Семь дней. Заменяю Анжелику Игоревну.
Алекс усмехнулся, выпрямился и перевел насмешливый взгляд на Энджи.
— Нашла замену? — переспросил Алекс, переводя взгляд с Энджи на Кейт.
— Лучшую из возможных, — Энджи улыбнулась с абсолютно невинным видом.
Алекс окинул Кейт быстрым, оценивающим взглядом. Это была оценка не только мужская, но и профессиональная: он сканировал её осанку, то, как она держит зрительный контакт, не тушуясь под его вниманием.
— Если я заверну такую кандидатуру, половина отдела аналитиков устроит бунт, — усмехнулся он. Улыбка тронула уголки его глаз. — С этой секунды вы официально приняты. Заполните бумаги в отделе кадров, потом занесете мне на подпись. Добро пожаловать на борт.
Он протянул руку. Рукопожатие оказалось сухим и крепким, без скидок на пол и возраст.
Как только за Алексом закрылась дверь, неформальная атмосфера мгновенно испарилась. Энджи шагнула к столу Карлы Изольдовны. Старший секретарь не шелохнулась, продолжая методично, с идеальным нажимом вписывать что-то в журнал.
— Карла Изольдовна, это Кейт. Она заменит меня на неделю. Надеюсь, вы сработаетесь.
Женщина положила ручку. Подняла глаза. Взгляд у неё был такой плотности, что им можно было резать стекло.
— Надеюсь, она справится, — произнесла Карла Изольдовна тоном, в котором не было ни грамма надежды. — В этой приемной мы не можем позволить себе ошибок.
Кейт почувствовала, как под ребрами скручивается холодный узел, но заставила себя выдержать чужой рентгеновский взгляд.
— Ошибок не будет. Я сделаю всё необходимое, — ответила она ровно.
— Здесь не университет, — Карла Изольдовна сложила руки в замок, опираясь локтями о безупречно чистый стол. — Здесь «постараюсь» и «всё возможное» не работают. Имеет значение только результат. Иначе последствия будут на вашей совести. А в этой компании они бывают жесткими.
В глазах Энджи на секунду мелькнула паника. Она словно только сейчас осознала, в какую рубку бросает подругу.
— Ты точно справишься? — спросила она, наклонившись к Кейт перед уходом.
— Не сомневайся, — коротко кивнула Кейт.
Пути назад уже не было.
Она заняла свободное рабочее место. Стол был стерильным: монитор, идеальная стопка папок, органайзер. Кейт только успела положить ладони на прохладную столешницу, как в приемную снова заглянул Алекс.
— Оставляй бумаги, — бросил он, кивнув в сторону коридора. — Пока от тебя здесь мало толка. Идем, введу в курс дела.
Кейт поднялась. Спиной она отчетливо чувствовала тяжелый, контролирующий взгляд Карлы, провожающий ее до самых дверей.
Они прошли по широкому коридору и свернули в просторный холл. Вдоль панорамных окон выстроились ряды рабочих столов, заваленных графиками и диаграммами. В воздухе стоял монотонный гул: стук клавиатур, тихие разговоры по гарнитурам, шуршание бумаг. Около десятка мужчин в строгих рубашках и галстуках были полностью погружены в работу.
— Господа аналитики, минуточку внимания, — громко объявил Алекс.
Стук клавиш мгновенно стих.
— Знакомьтесь. Кейт Миддлтон. Наш новый секретарь на ближайшую неделю.
Услышав собственное выдуманное имя, Кейт мысленно выдохнула. В анкете она использовала девичью фамилию тети. Это был ее щит. Единственный способ находиться в здании «Литье Корпорейшн» так, чтобы Родлеры не узнали в ней дочь своего кровного врага МакХьюита. Щит давал ей иллюзию безопасности.
Как только Алекс произнес ее имя, энергетика в комнате неуловимо изменилась. Мужчины, до этого сгорбленные над мониторами, начали выпрямляться. Кто-то машинально поправил узел галстука, кто-то отложил ручку. Взгляды, направленные на Кейт, из рассеянно-рабочих мгновенно стали цепкими, оценивающими и откровенно заинтересованными.
Она попала в классический мужской клуб, и ее появление подействовало здесь как открытое окно в душной комнате.
Алекс, прекрасно видя реакцию своих подчиненных, с усмешкой начал представлять их по очереди:
— Валера Щитов... Олег Щепкин... Саша Иванов... Даниэль Зверев…