Данил Сергеевич Прохоров уже изнемогал от вынужденного безделья. Столь редкого, при его всегдашней сверхзанятости. С самого утра он вволю поплавал в бассейне. Затем, тогда еще ощущая эйфорию от выдавшейся вдруг свободы, с упоением катал шары в биллиардной. Что называется, в отсутствие партнера, сам на сам. Пока их костяной стук, не стал болезненно отдаваться в висках. Тогда то бизнесмен затосковал. Замаялся. А день, как назло, никак не хотел заканчиваться. Тянулся, словно был резиновым.
От нечего делать, Прохоров несколько раз, кряду, обошел многочисленные комнаты двухэтажного особняка. И каждый раз, так и не отыскав себе достойного занятия, вновь спускался в просторный холл. Падал на один из диванов и включал телевизор - целый кинотеатр, занимавший четверть стены. Однако чушь, мутным пот
