Сам Себе Враг

Глава 4

К моему удивлению, ужин проходил более чем приятно и легко.

Я ожидала всяких разных расспросов от девушек, подробностей о моём отсутствии в университете и так далее. Но ничего подобного. Если они о чем-то таком и спрашивали, то делали это осторожно и тактично, даже острая на язык Маша. И, сама от себя не ожидав, я почти расслабилась на эти два часа. Шутила в ответ на какие-то фразы подруг и смеялась от ответных подколов.

Если верить моему первому впечатлению о них, то девчонки они действительно классные, дружные и стоят друг за друга горой. А сами Маша и Даша словно инь и ян вместе.

Если вдруг блондинка с чем-то перебарщивает или говорит чрезмерно резкие слова, то Даша тут же мягко её отдергивает. И наоборот. Если Даша чувствует себя где-то некомфортно или возникает спорная ситуация, то Маша немедленно приходит ей на помощь и вселяет в неё свою уверенность. На самом деле, вообще не понимаю, зачем им нужна я — третья подруга.

И всё же этот ужин мне по-настоящему понравился, ничуть не пожалела, что приняла приглашение.

В какой-то момент меня одолевает зевота, и тут же прикрываю рот ладонью. Девчонки обращают на это внимание и переглядываются, после чего Маша заглядывает в экран своего телефона, лежащего на столе рядом.

— Уже десятый час. Хорошо же мы посидели.

— Да, классно провели время и вкусно покушали, — кивает брюнетка, поправляя челку. Смотрит снова на меня. — Говорила это уже сегодня, но повторюсь. Безумно рада, что ты вернулась к нам.

— Спасибо, — улыбаюсь. — Я тоже рада.

— Ну что, пора по домам, наверное? А то ко мне ещё Никитос обещал заехать в гости, — хитро прищуривается Коваленко, а Даша наоборот закатывает глаза.

Заметив моё недоумение, брюнетка поясняет:

— Никита — её новый парень.

— Не новый, а просто парень! Так сказала, будто я сплю со всеми подряд.

— Такого я не говорила. Но согласись, ты меняешь их как перчатки в поисках своего идеала.

— Моим идеалом был и остаётся Сашенька Бадалов, но увы, он возится с этой коротышкой. Если вдруг они разбегутся, я не упущу шанса, конечно.

Непроизвольно улыбаюсь от подобных слов, хотя и понимаю, что прямо сейчас участвую в очередных сплетнях и фактически поддерживаю оскорбления в сторону Миланы. Похоже, быстро я "опылилась" от этих двоих. Но Милана и в самом деле вызывает далеко не самые положительные впечатления о себе.

Вроде не сделала мне ничего плохого, но эта её демонстрация отношений с Сашей... Такое ощущение, будто она не уверена либо в себе, либо в его любви к ней, от того и пытается казаться более важной. А по сути выглядит смешно. Но, конечно же, это не моё дело, мне и своих проблем хватает.

— Я не видела его в университете. Он с нами учится? — решаю перевести тему обратно на нынешнего возлюбленного Маши.

Ответить вновь взялась другая:

— Не, он старше и учится вообще на заочке. Встретить его можно только на общих тусовках наших.

— О, кстати о тусовках! — вдруг громко воскликнула блондинка, отвлёкшись от копания в своей сумочке. — Мы обязаны устроить грандиозную вечеринку по случаю возвращения нашей королевы. Что думаешь об этом? Я всё организую в лучшем виде.

С меня мгновенно сходят все краски, стоит лишь представить масштаб сего мероприятия и количество чужих лиц, приглашённых в честь меня.

Машу руками и отрицательно качаю головой в попытке отговорить девушку от данной затеи.

— Нет-нет, пожалуйста! Правда, я ещё не до конца пришла в себя и не потяну вечеринку. Мне пока пристального внимания от чужих людей хватает и в университете.

— Она права, Марусь, пока не время.

— Ну как хочешь. Если передумаешь — только дай знать, — без какого-либо негатива отвечает, спокойно приняв мой отказ. — Ну ладно, чего мы сидим? Поехали уже.

Достав из кошелька несколько купюр и отсчитав нужное количество, Маша взялась оплатить счёт за троих, а сверху ещё накинула приличные чаевые официанту.

Я послушно встаю и беру свою сумочку.

— Вы поезжайте, а я посижу немного тут, — неожиданно заявляет Дарья, чем заставляет удивиться нас обеих.

— Чего это вдруг?

— Да просто...

— Может, нам на замену сейчас сюда придёт кто-то другой? — Машка откровенно подкалывает подругу, играя бровями и делая прозрачные намёки.

— Даже если и так, это не ваше дело, — с заметным смущением смеётся Проскурина, а после пожимает плечами. — Нет. На самом деле я опять поругалась с родителями и не хочу возвращаться до тех пор, пока они не уснут. Поэтому ещё чуть посижу, попью чай и тоже поеду.

— Ой, ну поехали ко мне на ночевку тогда.

— Ещё чего. У тебя Никита и все дела.

— Если хочешь... — неуверенно начинаю я, почувствовав, что будет некрасиво промолчать в такой ситуации.

— Нет! К тебе я точно не поеду, даже не предлагай. У тебя отчим злющий, не хочу лишний раз на него нарываться. Да и на учёбу завтра, надо будет в любом случае домой возвращаться. Всё хорошо, девочки, честно.

Не став больше настаивать, мы с Машей покидаем здание ресторана, забрав свою верхнюю одежду из гардероба.

На улице меня окутал неожиданно тёплый ветер и запах прошедшего недавно дождя. Захотелось подольше побыть здесь и просто подышать свежим воздухом.

— Запрыгивай, чего замерла, — с улыбкой обратилась ко мне Маша, остановившись рядом со своей машиной.

Недолго думая, закидываю сумку на плечо и говорю:

— Я, пожалуй, воспользуюсь идеей Даши и прогуляюсь в одиночестве.

— Не дури. На улице ночь почти, а ты, напоминаю, не до конца восстановилась, — впервые за весь день голос девушки прозвучал не надменно и не саркастически, а абсолютно серьёзно.

— Не волнуйся. Ещё не ночь, повсюду гуляют люди и светят фонари. Я же не пойду куда-то в подворотню. Честно, хочу просто подышать воздухом и побыть одной. А то, с тех пор, как вернулась домой, меня ни на минуту не оставляют, душат вниманием и заботой. Нахожусь под постоянным присмотром матери и отчима, ещё и водителя ко мне приставили.

Мои слова и особый тон, видимо, смогли убедить девушку.

Поглядев на меня несколько секунд с сомнениями, она кивнула.

— Хорошо. Позвони, если вдруг что, а ещё лучше не задерживайся на улице. Напиши потом сообщение, когда доберёшься домой.

— Договорились.

Наблюдаю за тем, как она садится в автомобиль и уезжает, после чего осматриваюсь и решаю пойти в ту сторону, где находится дом. Пешком туда идти далековато, но пройдусь столько, сколько смогу, а после вызову такси.

Мне и в самом деле не слишком хочется возвращаться туда под постоянный, регулярный контроль, сжимающий в тиски со всех сторон. Я уже и не помню, каково это — просто прогуляться по городу в одиночестве без постоянных тревоги, чувства вины и страха, грызущих меня изнутри. Эта тяжесть с души, кажется, никогда уже меня не оставит в покое. И дальше будет только хуже.

Выдержу ли я вообще всё это? Как в принципе умудрилась докатиться до подобного?

На глаза в очередной раз наворачиваются горячие слёзы, но я не позволяю им пролиться. Быстро вытираю и продолжаю неспешно идти дальше, ни на что особо не обращая внимания. Либо мне в ресторане стало жарко, либо погода резко изменилась и температура повысилась на несколько градусов после дождя. В любом случае на улице сейчас куда приятнее находиться, чем дома.

Вокруг в самом деле достаточно много людей точно так же прогуливаются, ездят машины, горят фонари и вывески зданий.

Размышляя о сегодняшнем дне и о своих относительных успехах, я прошла несколько десятков метров, дыша вечерним воздухом, как вдруг, проходя мимо одного из переулков, настороженно приостановилась.

Повернулась всем телом в ту сторону, прищурилась и постаралась разглядеть, что там происходит в темноте. Свет с оживлённых улиц еле-еле доставал туда, но разглядеть что-либо всё равно проблематично. Видно, что проулок достаточно узкий и даже машина туда бы не смогла проехать, однако довольно длинный и ведёт неизвестно куда.

Делаю шаг вперёд, затем ещё один. А уж когда разглядываю человека, сидящего около стены здания прямо на земле, едва не вскрикиваю.

Судя по комплекции, это точно мужчина, одетый в тёмную одежду. На голову надет капюшон, лица не видно.

— Эй, Вам плохо? — окончательно ухожу в тень, испытывая потребность помочь человеку.

В ответ доносится хриплый и сухой кашель, сопровождающийся парой ругательных фраз. Но не на меня, а на ситуацию в целом. По голосу его догадываюсь, что это точно не бомж. По крайней мере, это не старик, а относительно молодой мужчина.

С чего-то вдруг осмелев, подхожу к нему почти вплотную и приседаю на корточки. Мыслей о том, что это может быть опасно, почему-то нет.

— Молодой человек, что с Вами?

Снова не отвечает на вопрос. Вместо этого отворачивается и пытается подняться с земли. За короткий миг успеваю заметить, что его лицо скрывает не только капюшон, но и маска. Скорее всего, балаклава. Видна лишь светлая полоска кожи и глаза.

Встаю, выпрямляюсь, растерянно застываю рядом и просто наблюдаю. Но стоило довольно крупному парню пошатнуться, как я тут же подскочила к нему и приобняла.

— Мать твою... — прошипел он сквозь зубы и грубо схватил мою руку. Убрал со своего живота и отвёл в сторону. И когда я ощутила на ладони тёплую влагу, поняла, что это кровь. Его кровь.

— Ты ранен!

— Ты тоже, видимо, головой ударилась, раз так смело кинулась на помощь к незнакомцу в грязном переулке.

Парень запрокидывает голову вверх и словно пытается надышаться, набраться сил. При этом полностью меня не отталкивает, пусть даже нам обоим понятно, что если бы он стал падать, я бы точно не удержала.

Мысленно соглашаюсь с его словами, однако отступать не собираюсь.

— Нужно вызвать скорую, кровью же истекаешь.

Встряхнув головой, отчего капюшон куртки едва не спал, грубо бросает:

— Либо помогай, либо иди куда шла. Скорая мне не нужна. Там, за углом стоит машина. Мне просто нужно до неё дойти.

Опустив подбородок, возвышаясь надо мной на приличных сантиметров двадцать пять или тридцать, парень сурово сверкнул тёмными глазами, не давая возможности возразить.

Немало удивлённая всем происходящим, положительно киваю и крепче хватаюсь за его бок, перед этим убедившись, что там раны нет. Поддерживая его и немало потея от усилий, веду по направлению к освещённой части улиц.

Выходим на тротуар, по которому не так давно я спокойно шагала, и молодой человек указывает в сторону. Замечаю чёрный автомобиль, припаркованный на обочине.

Довожу раненого к нему, игнорируя опасливые и заинтересованные взгляды прохожих.

Останавливаемся около водительской дверцы.

— Ключи в заднем кармане штанов с твоей стороны, — не просьба, а скорее приказ.

Подавив в себе раздражение, послушно нащупываю карман и вытаскиваю ключи от машины. Передаю их и только сейчас замечаю, что руки его облачены в чёрные перчатки с открытыми пальцами, но надёжно защищающие костяшки.

Открыв дверь, незнакомец опирается на неё и забирается внутрь, не издав ни звука. И только когда садится, крепко зажмуривается и коротко стонет от боли.

— Ты уверен, что нормально доедешь? — зачем-то всё ещё остаюсь стоять рядом.

Это не мои проблемы, пусть дальше сам разбирается, раз такой умный.

— Девочка, иди уже домой. И впредь старайся не лезть к незнакомым мужикам, если не хочешь пострадать. На моём месте мог оказаться какой-нибудь пьяница или наркоман, который бы с радостью воспользовался твоей добротой.

Тянется вбок и захлопывает за собой дверь. Я больше не могу его видеть, так как стёкла полностью затонированные. Затем и вовсе двигатель заводится и машина отъезжает с обочины. Выезжает на дорогу и просто испаряется через несколько секунд. А я так и остаюсь стоять на тротуаре — абсолютно растерянная и испачканная чужой кровью.