Опасная улика

5

Марат Валеев протянул палец к звонку сто восьмидесятой квартиры.

— Подожди! — остановила его Петелина. Она достала ключи из сумочки погибшей. — Заодно проверим.

Ключ мягко вошел в скважину замка и дважды провернулся. Следователь открыла дверь и пропустила вперед оперативников, взявших пистолеты на изготовку.

— Катька, ты, что ли? — раздался женский голос из закрытой комнаты.

Валеев толкнул дверь, проверил комнату, глядя в прицел пистолета, и опустил оружие.

— Ни фига себе! — встретил его тихий возглас.

На широкой кровати, занимавшей большую часть спальни, сидела девушка в атласном халате и красила ногти. От удивления ее глаза и рот округлились. Растопыренные пальцы торчали на уровне груди. Елена вынуждена была согласиться с мужским утверждением: женщины наиболее беспомощны в те моменты, когда подсыхает лак у них на ногтях!

Елена развернула свое удостоверение и представилась:

— Старший следователь Следственного комитета Петелина Елена Павловна. Кто-нибудь еще есть в квартире?

Девушка отрицательно качнула головой. Оперативники продолжили осмотр помещения, а Елена решила сесть рядом с ней.

— Любишь яркие цвета?

— Клиентам нравится.

— Значит, не отрицаешь, что занимаешься проституцией?

— Ой, что вы! Я только по любви. — Девушка оправилась от шока и криво усмехнулась.

— Сегодня с одним, завтра с другим.

— Я влюбчивая. — Девушка затрясла кистями рук, чтобы красные ноготки быстрее подсохли.

— Я здесь не по поводу проституции.

— Классно! А то менты уже достали проверками. И что же вам надо?

— Как тебя зовут?

— Лиза. Елизавета Малышко.

— Катю Гребенкину давно видела?

— Она на крыше, меня ждет.

Петелина подошла к окну и отодвинула тяжелую штору. Оно выходило на сторону, противоположную тому месту, куда упала Катя Гребенкина. Лиза тоже встала. Елена пригляделась к ней. Черные вьющиеся волосы, собранные в пучок, темные глаза, манящие губы, ладная фигурка, на лице наивность, а в движениях сексуальность, легко воспламеняющая фитиль мужской похоти.

— Зачем вам на крышу?

— Подружку помянуть. Сорок дней, как Стела с крыши бросилась. Мы втроем жили.

— Как вы попадаете на крышу?

— У лифтера ключи выпросили. Там курить классно. И можно выйти через соседний подъезд, если какой-нибудь придурок доставать будет.

— А часто достают?

— Бывает. Эти проблемы Борька Беспалый решает.

— Борька? — Петелина вспомнила записку погибшей, проклинавшей некоего Бориса. — Это ваш сутенер?

— Он называет себя менеджером. Урод!

— Беспалый — его фамилия?

— Беспалый, потому что без пальца. А фамилия, кажется, Мануйлов. Менеджер модельного агентства «Нежная лилия». Там он девчонок и обрабатывает.

— Он был здесь сегодня?

— Вы его ищете? Так бы сразу и сказали. Я могу дать вам его телефон. — Лиза взяла с комода розовый мобильник и продиктовала номер. — Борька приходил сегодня. Как всегда, был недоволен, боялся, что деньги заныкаем. Матерился, козлина. Я дрыхла после ночи. С ним Катька цапалась.

— И что потом?

— Катя напомнила мне, что надо помянуть Стелу. Мы с ней почти год вместе прожили.

— Стела — это та девушка, которая бросилась с крыши?

— Сорок дней сегодня. Катя пошла за коньяком и сказала, что будет ждать меня на том самом месте, на крыше.

— Ваша подруга Стела сама это сделала?

— Стела из Молдавии приехала. У нее фамилия была смешная: Стела Сосеску. Ну, мы и смеялись: тебе на роду написано мужиков ублажать. Она обижалась. Потом влюбилась в аспиранта из МГУ, а он узнал о ее занятии и послал в то самое место, которым мы зарабатываем. Ну не сволочи мужики, а?

— Всякие попадаются, — уклончиво ответила Петелина. — Так что случилось со Стелой?

— Скисла. Клиенты жаловались, Беспалый был страшно недоволен, а мы… Не углядели за дурехой. В нашем деле надо быть циничной стервой, как Катя. — Лиза подула на пальчики. — Кажется, высохли. Пора одеваться. Меня Катя ждет.

В комнату заглянул Марат:

— Лена, тут еще две спальни, такие же, как эта. И никого.

Лиза Малышко демонстративно развязала пояс на халате и выпятила грудь. Обнаженную плоть прикрывали только красные стринги и прозрачные колготки.

— Дверь закрой, мент! Девушке одеться надо.

Елена перехватила заинтересованный взгляд Марата, скользнувший по молодому телу, и встала между ним и развязной девчонкой.

— Не спеши, Лиза. Катя Гребенкина тебя уже не ждет. Она погибла.

— Как? — выдохнула опешившая девушка.

— Точно так же, как Стела Сосеску. Упала с крыши.

— Вот блин! — Лиза опустилась на кровать.

— Я должна разобраться в том, что случилось. В какой комнате жила Катя? Нам надо осмотреть ее вещи.

— Дверь справа.

Нахальство Лизы мгновенно улетучилось. Она с потерянным видом сидела на кровати и хлопала глазками, пока оперативники работали в квартире. Лиза бесстрастно отвечала на вопросы и обещала явиться к следователю по первому зову. Однако как только за полицейскими закрылась дверь квартиры, девушка встрепенулась, бросилась к шкафу и стала лихорадочно собираться. В ее голове формировался план бегства.

«Ничего яркого, к черту мини-юбку, никаких шпилек и ботфортов! Я должна раствориться в толпе. Волосы в хвостик, макияж на фиг. Никакой сексуальной провокации! Что тут есть? Джинсы, правда, с бисером на задних карманах. Сойдет. Белый свитер с губами во всю грудь — под курткой не видно. Поверх голубую дутую курточку — блестит, зараза, в свете фар, но в таких и студентки ходят. На ноги вот эти ботиночки попроще. И сиреневую вязаную шапку-колпак не забыть — под нее можно спрятать длинные волосы. Как я выгляжу? — Лиза посмотрелась в зеркало на стене и осталась довольна. — Не серая мышка, но и до панельной шлюхи далеко».

Уже одевшись, она взяла телефон, набрала номер, который недавно сообщила следователю, дождалась ответа и скороговоркой выпалила:

— Борис, Катя погибла. Бросилась с крыши так же, как Стела. Ко мне приходили менты и следователь. Они будут тебя искать. Сматывайся!

И нажала «отбой». Сутенер тут же перезвонил, но Лиза раскрыла трубку, вытряхнула аккумулятор и вытащила «симку». Из сумочки она достала упаковку с новой сим-картой и вставила ее в телефон. Девушка склонила голову и закрыла глаза.

— Что еще? Что еще? — шептали ее губы.

Она метнулась к комоду и, достав из ящика альбом с фотографиями, побежала в санузел. Пальчики с накрашенными ноготками извлекали из пластиковых кармашков снимок за снимком, чиркали зажигалкой, и огонь пожирал лица девушек: Кати, Лизы и Стелы. Обгоревшие уголки фотографий падали в унитаз. Закончив, Лиза спустила воду.

Пора исчезнуть.

Она прильнула к глазку на входной двери, убедилась, что на площадке никого нет, и выскользнула из квартиры. Решив перестраховаться, Лиза не стала вызывать лифт, а осторожно пошла вниз по лестнице. Спустившись на три этажа, прислушалась. Никого. Девушка приподняла расшатанный подоконник и вытащила оттуда обычный конверт. Убедившись, что содержимое не пропало, она сунула его в сумочку и, уже не таясь, побежала вниз.

Сотрудники полиции покинули двор, но жильцы у разбитой машины продолжали обсуждать происшествие. Лиза на мгновение задержалась и невольно взглянула на место, где нашли ужасную смерть две ее подружки. Проходить рядом с окровавленной машиной ей не хотелось. Девушка поглубже надвинула капюшон теплой куртки и поспешила в противоположном направлении.

Как только она завернула за угол и почувствовала себя в безопасности, чьи-то руки обхватили ее сзади — одна сжала живот, другая жестко сдавила локтевым суставом шею. Девушка беспомощно задергалась, не в силах крикнуть.